Липкий киллер - Дмитрий Щеглов

Когда, взволнованные, мы влетели во двор, дед Макар отбивал литовку, готовясь к покосу.

— Давно пришли? — спросил он.

— Только что.

— И Настя поздно пришла, спит еще. — Дед Макар смотрел на наши возбужденные лица и завидовал. — Вот что значит молодость, гуляют всю ночь, а сна ни в одном глазу. Так и не ложились спать?

— Не-а.

Мы в два голоса стали рассказывать, как медведь задрал киллера Витька и что Горилла и Фитиль сели на автомобиль и уехали, бросив товарища в беде.

— Где это случилось? — спросил дед Макар, не очень веря нашему рассказу.

— На той дорожке, что с поля в лес ведет, — стал я уточнять место трагедии.

— Говорите, нога человеческая торчала из кустов, а потом голова медведя выглянула?

— Да, медведь башку высунул и рявкнул, — немного приврал я с рыком.

— Не рявкнул, а заревел на нас, — подтвердил Данила. Я думаю, если бы рядом стоял Фитиль, он сказал бы, что медведь перестал чавкать и бросился на нас.

— Сидите дома, — строго — настрого приказал дед Макар.

Он, взял из под навеса подоткнутую под застреху рогатину и торопливым шагом через овсяное поле заспешил к лесу. Когда дед Макар был уже далеко, я сообразил, что мне надо было вместе с ним пойти и показать то место. А теперь поздно. Схватив бинокль, я полез на сеновал в сарае. Данила карабкался вслед за мною. Я тут же прильнул к окулярам.

Плотный, ладный, сам похожий на медведя, дед Макар легко и плавно плыл по овсяному полю. На затылок у него была сдвинута пчеловодческая сетка. Рогатины за высокими овсами в руке не было видно, но я знал, что он крепко сжимает ее древко. Проходя мимо липы с колодами, дед накинул на лицо сетку. Значит, потревоженные пчелы еще не успокоились.

— Чего там? — заныл рядом Данила.

— Пока ничего, дед Макар еще до леса не дошел.

— Дай глянуть, — мой приятель выхватывал у меня из рук бинокль. Я отдал ему его на время, но когда попросил обратно, Данила уперся.

— Не волнуйся, я тебе расскажу, если что интересное увижу. Пока ничего существенного не произошло, дед Макар скрылся в лесу, — комментировал он развитие событий. Что он хотел чтобы еще произошло? И тут я вспомнил, что в сене лежит карабин, в его оптический прицел так же хорошо видно, как и в бинокль. Когда я вытащил его на свет и стал отряхивать с него сено, Данила тревожно спросил:

— Ты на кого?

— Ни на кого, я в него вместо бинокля буду смотреть.

Я, как стрелок, изготовившийся к стрельбе, приладил карабин на подрамнике в слуховом окне на сеновале и посмотрел вдаль. В бинокль было лучше видно, чем в прицел карабина. Бинокль был десятикратный и угол захвата у него был больше, а оптический прицел показывал предметы дальше, на большем расстоянии, но у него было другое преимущество. Ствол, лежащий на деревянной поперечине, не дрожал, предметы были видно ясно и четко. Я не пожалел, что у меня в руках он, а не бинокль.

Долго пролежали мы с Данилой на сеновале, с полчаса, не меньше. Какие только мысли не лезли нам в голову! И что дед Макар спасет киллера Витька и вынесет его сейчас на руках, или Витек сам выйдет из лесу, прихрамывая на одну ногу. Нам мерещилась схватка деда Макара с медведем.

— Как ты думаешь, — спросил я приятеля, — рогатиной с одного раза убивают Мишку или его надо несколько раз колоть?

— С одного, — безапелляционно ответил мне Данила.

Неаргументированный ответ, ответ на дурака, мне не понравился. Я сам решил вслух обосновать его.

— Правильно, иначе Мишка может наброситься на охотника.

Данила покосился на меня как на несмышленыша и авторитетно заявил:

— Бьют с первого раза, чтобы шкуру не попортить, товарный вид, дырок чтобы в ней было меньше.

Я хотел с ним заспорить. Как же так, на тебя прет медведь, сейчас заломает, а у тебя в голове мысль, как бы аккуратнее воткнуть перо, сохранив высшую сортность шкуры. Не логика, а бред сивой кобылы. Ознакомить приятеля с нелестными для него выводами я не успел, на опушке леса показался дед Макар.

На этот раз он шел не спеша и походил на горожанина, возвращающегося с дачного участка. Рогатина, как тяпка, лежала у него на плече. А где же киллер Витек? Никого рядом с ним не было. По тропинке через овсяное поле дед направился к Верблюдовке.

— Походка слишком медленная у деда. Дед в трансе, — сделал вывод Данила, сравнивая темп ходьбы деда и наш недавний спринтерский бег.

— Ты что, хочешь сказать, что медведь насмерть задрал Витька? — ошарашенно спросил я приятеля.

— Ну, не Витек же медведя.

Ждать осталось недолго до выяснения истины. Дед Макар пройдет сейчас мимо липы с колодами, а там уже недалеко и до нас.

— Не торопится что-то дед, — на этот раз я выставил медленно идущему старику двойку за скорость. — Переживает, наверно, жалко ему Витька. Сейчас придет и расскажет, как там все было.