#любовь, или Куда уплывают облака - Михаил Самарский

Лидия Михайловна любит напевать какую-то «древнюю» песенку из репертуара Аллы Борисовны Пугачевой: «Хорошо-то хорошо, да ничего хорошего!» У Ленки вышло точно так. Как поется в той несчастной песне.

Какими путями ходят слухи, никто не знает. Ленка поговорила с подружкой Танькой из десятого «А», та с матерью, мать с мужем, муж с другом, друг доложил Виталию Васильевичу.

– Ну что, Елена Витальевна, Семка твой уже угонами промышляет? – сурово спросил отец.

– Папа, откуда у тебя такая информация? – растерянно спросила дочь.

– Земля слухами полнится, – уклончиво ответил Виталий Васильевич.

– Он ничего плохого не сделал! – сказал Ленка. – Просто помогает другу.

– То есть его друг – твой друг. Правильно я понимаю? – с сарказмом спросил отец.

– Его друга я ни разу не видела, – ответила дочь.

– Но тем не менее бегаешь по друзьям и занимаешь деньги…

– Ничего я не бегала, – у Лены на глаза навернулись слезы, – я обратилась с просьбой к единственной подруге. Я не знаю, что тебе там наболтали.

– Не наболтали, а сказали, что ты просишь денег взаймы. Ты хоть понимаешь, что ты творишь, Лена? Моя дочь занимает деньги! Ты вообще отдаешь себе отчет?

– Я не думала, что моя просьба получит огласку, – расплакалась Ленка.

Она плакала скорее от обиды, что, когда доверила секрет подруге, тот стал известен не только им двоим.

«Как же так? – думала Нестерова. – Мы же подруги, она пообещала, что никому не скажет ни слова. Не прошло и суток, уже о моей просьбе знает папа. Ничего себе подружки! Выходит, доверять никому нельзя? А вдруг это не Танька? Тогда кто? Нет-нет, конечно, это она разболтала, хотя… кто его знает. Совсем запуталась…»

– …вот так, – отец завершил какую-то фразу, но Лена ее не слышала.

– Пап, повтори еще раз, – попросила дочь, – я не поняла, что ты сказал. Последнюю фразу.

– Что не поняла? – удивился отец.

– Ну, я задумалась и пропустила, что ты сказал, – пояснила дочь.

– Я говорю, пришла бы ко мне и объяснила, что произошло. Почему ты все время пытаешься со мной играть в какие-то тайны парижского двора. Я тебя съем, что ли? Приди, скажи правду – неужели я не пойму? В конце концов, придите вместе.

– Как вместе? – удивленно воскликнула девушка. – Семен стесняется…

– Ага, красть мотоциклы он не стесняется, а прийти в гости и сказать правду… тут, конечно, стеснительность нападает.

– Папочка, миленький, да не угонял он этот мотоцикл или мопед, как он там называется. Это их товарищ взял покататься, хотел вернуть на место, а у него его украли.

– Я смотрю, у вас сюжеты покруче, чем у Шекспира. Взял покататься, у него тоже взяли, третьи бегают покупают новый, чтобы тоже покататься. Ленка, тебе самой не смешно от всего этого? Ты не понимаешь, что катишься куда-то в пропасть? Еще не хватало, чтобы ко мне пришла домой полиция с обыском и объявила, что моя дочь сколотила какую-то банду.

– Ты что такое говоришь? – побледнела Лена.

– Ну, к этому все идет, – хмыкнул отец. – Ты разве не заметила, что постепенно все больше и больше стала привирать дома. То ты кино где-то на бульварах смотрела, попала в полицию, то твой Семен с переломанными ребрами в больницу среди ночи попадает, то его или ваши друзья мотоциклы угоняют…

– Ты и про больницу знаешь? – удивилась Лена. – Следишь за нами?

– Делать мне нечего, только следить за собственной дочерью и ее молодым человеком, – усмехнулся Виталий Васильевич.

– Но ведь откуда-то же у тебя информация появляется? Значит, следишь, – заключила Ленка.

– Ох деточки-деточки! Какие вы еще наивные. Я говорил с директором школы, звонил ей с работы. Надеюсь, это хоть я имею право делать как родитель? Она и сказала, что Щетинин на больничном, дескать, ребра переломал. Думал, приеду домой, ты подробности расскажешь, смотрю, молчишь. Ну я и не стал сам поднимать эту тему. Если бы не последний случай, может быть, так и не сказал бы.

– А про деньги кто доложил? – спросила дочь.

– Коллега по работе, – ответил отец. – Он знаком с семьей твоей подруги. Слово за слово, разговорились… Ленусик, пойми ты наконец, земля круглая.

* * *

Перед сном у дочери состоялась беседа с матерью. С мамой Ленке всегда было говорить легко. Та понимала дочь с полуслова и никогда не навязывала ей своего мнения. Обычно Наталья Владимировна заканчивала все разговоры одной фразой: «Доченька, все, что ни делается, – к лучшему!»

– Мама, расскажи, как вы познакомились с папой, – неожиданно попросила дочь. – И почему решили пожениться?

Наталья Владимировна начала свой рассказ не сразу. Долго о чем-то думала, улыбалась, то закрывая, то приоткрывая глаза. Начала тихо: