#любовь, или Куда уплывают облака - Михаил Самарский

– Не хочется идти домой? – тихо спросила она.

Семен от неожиданности даже вздрогнул – он не сразу заметил девчонку.

– Да, – хмуро ответил он. – Что-то тоска напала.

– И мне неохота, – вздохнула Юля.

– А что так? – спросил Семен.

– Сегодня дома будет скандал.

– Что-то случилось? – предположил Семен.

– Ты разве не слышал на физике? – ответила Юлька.

– А-а-а! – вспомнил Семен. – Двойку тебе влепила?

– Ну да, – кивнула девушка. – Обидно, что я вчера весь вечер готовилась, ты понимаешь, Сем, я ведь хорошо знаю урок. А она взяла и «пару» поставила. Мама прибьет меня сегодня.

– Я пропустил, наверное, – виновато произнес Семен. – А за что она тебе двойку поставила?

– Танька, что за мной сидит, окликнула меня, я обернулась, в этот момент Екатерина Афанасьевна что-то сказала. Попросила повторить ее последнюю фразу, а я не слышала, вот и результат – «двоечка».

– Да, – закивал Семен, – с Екатериной Афанасьевной шутки плохи. Слушай, Юль, а ты не говори ничего предкам! На следующем уроке исправишь.

– Да как же я не скажу? – усмехнулась Юля, – Она в дневник ее зафигачила красными чернилами.

– Так не показывай дневник! – сказал Семен.

– Легко тебе говорить, – грустно ответила девушка. – У тебя, наверное, родители не проверяют дневник? А у меня только переступила через порог квартиры, уже нужно показывать, даже не дожидаясь, что кто-то из родителей его потребует. У нас такой порядок, и у меня, и у сестры.

– Круто, – усмехнулся Семен. – Тебе не позавидуешь! Слушай, а давай мне свой дневник. Скажешь, что «классная» собрала дневники, а проверить все не успела. А завтра «физичка» отойдет и исправит тебе оценку. Подойдешь, объяснишь ситуацию, думаю, пойдет тебе навстречу.

– А вдруг мама позвонит «классной»? – испуганно спросила одноклассница. – Еще хуже будет. Нет уж, пусть как идет, так и идет.

– Ну, смотри – я предупредил, – тут уже сама решай. Да ты так сильно-то не расстраивайся, подумаешь, «двойка». Бывает!

– Спасибо тебе, Сем! – улыбнулась Юля.

– За что? – удивленно спросил Семен.

– За поддержку, – ответила девушка и зашагала домой.

«Странные девчонки, – усмехнулся Семен. – За что спасибо? Наверное, ей нужно было с кем-то поговорить, чтобы немного страх рассеять. А Екатерина Афанасьевна тоже хороша. Я еще понимаю, когда ставят «двойки» за знания, вернее, за их отсутствие. Но при чем тут вот этот, например, случай? Ну, отвлеклась девчонка, не расслышала твою фразу, и что? Сразу ставить в дневник «двойку»? Да я по себе сужу. Иногда сидишь, задумаешься, и пол-урока не слышишь, о чем говорит учитель. Смотришь на него, видишь, как тот рот разевает, что-то говорит, а ты его не слышишь. Такое наверняка у всех иногда бывает, и у тех же учителей. Легко сказать: внимательно слушай и запоминай. Я вам что, диктофон, что ли? «Запоминай». Сам сегодня ничего не слышал. Но! Что случилось с Ленкой? Почему она так резко порвала со мной отношения? Что это на нее нашло? Обидно же! Хотя она не сказала, давай порвем отношения, просто пауза… Впрочем, это одно и то же. Ну, что это за пауза такая? Если любишь человека, какая может быть пауза? Я готов смотреть на нее и быть рядом с ней двадцать четыре часа в сутки без всяких пауз и перерывов. Елки-палки, что же произошло? И почему она с Карманом ходит? Хотя, если мне не изменяет память, Витька живет рядом с ее домом. Но все равно, что это значит: со мной пауза, а с Карманом ходит, улыбается. Может, испытывает меня? Впрочем, по-моему, я уже несу какую-то чушь. Какие на фиг испытания? Тут что-то другое – серьезное…»

* * *

На третий день Семен решил посоветоваться с бабушкой. Та внимательно выслушала его и пожала плечами:

– Трудно сказать, Семушка. Пока я не могу ничего понять. Как ты говоришь? Внезапно?

– Да, – закивал Семен, – пришла в школу и перестала разговаривать со мной. Я сначала не сообразил. Смотрю, она с девчонками всю перемену общается, в мою сторону даже не смотрит. Я на следующей перемене сам к ней подошел. Спрашиваю, мол, что случилось, ну она и выдала мне про эту паузу в отношениях.

– А перед этим не было никаких намеков, разговоров, ссор или разногласий? – расспрашивала бабуля.

– Все было нормально!

– Как вы расстались в самый последний раз перед этим «холодком»? – бабушка тоже не могла сообразить, что произошло.

– Как обычно! – заверил внук. – Проводил ее до дома, поцеловали друг дружку в щеки и разошлись по домам.

– Вы всегда так делаете? – спросила Лидия Михайловна.

– Всегда, – ухмыльнулся Семен. – Пока дружим.

– Ладно, – бабушка погладила парня по голове. – Думаю, скоро все разъяснится. Мне кажется, кто-то что-то ей наговорил о тебе.

– Не может быть такого! – воскликнул Семен. – Неужели она поверила? Ну, на крайний случай могла бы и спросить. Представь, завтра мне кто-то что-то наговорит о ней, я губы надую и буду ходить мимо нее с важным или обиженным видом? Дурость какая-то.

– Ой, Сема-Сема, не все так просто в этой жизни, как кажется. Ты знаешь, какие есть интриганы, так могут преподнести, что человек и поверит.

– Да я все понимаю, – сжал кулаки Семен, – у нас в школе интриг тоже хватает, но ведь есть я, подойди и спроси.

– Люди все разные, характеры разные, – покачала головой бабушка, – и еще: ты должен быть готов и к тому, что девушке может понравиться другой парень. Тут уже ничего не поделаешь, сердцу не прикажешь. Может, ты ей просто разонравился, и такое может быть. Но к этому нужно относиться спокойно. Как говорится, насильно мил не будешь.

– Нет, – Семен вскочил и начал быстро ходить из угла в угол, – я не верю в это. Не могу поверить, этого не может быть!

– Успокойся! – строго сказала бабушка. – Присядь. Что не может быть? Не накручивай сам себя. Люди по двадцать-тридцать лет живут вместе, детей поднимают, внуков нянчат, а потом бах – и разошлись. Тут нужно уметь держать удар, Семен. Об одном тебя прошу: не вздумай раскиснуть. Любовь – это хорошо, но раскисать нельзя. Раскиснешь, считай – пропал. Живи и радуйся жизни. Ты знаешь, сколько людей пострадало из-за неумения держать себя в руках! Учись, дорогой. Ты еще молод, и все у тебя впереди. Знаешь, сколько еще будет у тебя таких Ленок?

– Ба, не говори так, прошу тебя, – взмолился Семен.

– Хорошо-хорошо, – улыбнулась Лидия Михайловна. – Не буду. Все наладится, все встанет на свои места! Вот увидишь.

Бабуля подошла к внуку и поцеловала его в лоб.