Ворона в сети - Наталия Кузнецова

– И хорошо, что не успели, не правда ли? Поскольку ваша икона оказалась не древним шедевром, а самой обыкновенной, то вор рисковал напрасно. Вас хоть это утешило? – спросил Ромка.

– Не очень. Дети мои, икона оценивается не деньгами, а помощью Всевышнего, кою он дарует нам посредством сего благословенного образа, – патетически сказал батюшка. – Так что образ тот и без реставрации представлял собой большую духовную ценность, поскольку Архангел Гавриил является самым важным и значимым покровителем человечества. И по моей вине она была утрачена.

Отец Тихон горько вздохнул, и Лёшка коснулась его руки.

– Мы вам очень-очень сочувствуем.

Ромка закивал, присоединяясь к её словам, и уточнил, вставая:

– Значит, икону украли именно в тот момент, когда вы отошли к алтарю? И рядом с церковью, кроме мимо бегущего Павла, никого не было?

– Не знаю, я не смотрел. Но как раз тогда от нас уезжали студенты, автобус их ждал поодаль от остановки. Да вы расспросите сельчан, может, кто из них ещё чего видел и помнит. Я, по правде сказать, потом в подробности не вдавался, душу без толку не тревожил, так как знал, что икону ту не вернуть.

Чужаков в деревне не любят. Местные ребята заезжих москвичей приметили сразу. На пути сначала появились двое мальчишек, к ним тут же присоединился ещё один, и ещё, вскоре из них образовалась целая стая. Трое из них выступили вперёд, перегородили дорогу. Один из них, высокий, сплюнув, спросил:

– Эй, чего приехали?

Лёшка не на шутку перепугалась. С такой кодлой никакие приёмы дзюдо справиться не помогут. Набросятся – костей не собрать. Со страху она спряталась за Ромкину спину, но когда увидела, что он и Женя готовы вступить в явно неравный бой, испугалась за них больше, чем за себя, и выступила вперёд:

– Ребята, мы приехали сюда по очень важному делу.

– Какие у вас тут дела? – спросил перегородивший дорогу парень.

– Надо поговорить кое с кем.

– И с кем же?

Лёшка беспомощно оглянулась на Ромку. Не рассказывать же этим пацанам про икону.

И тут из толпы выступил ещё один, невысокий, мальчишка и подошёл ближе, не сводя с Лёшки глаз.

– Эй, а не ты ли это с вороной сфоткалась?

– Я, – ответила Лёшка с опаской, не зная, пойдёт ли это признание ей на пользу или во вред.

Оказалось, на пользу.

– Клёво вышла! – с восторгом вскричал мальчишка. – Слышь, ты, а ворону кто-нибудь взял?

– Нет, никто.

– А она и вправду у вас живёт?

– Вправду, – кивнула Лёшка.

– Мы можем для тебя ещё сколь угодно ворон наловить. Тут у нас их полно. Хочешь?

– Нет, с меня и одной пока хватит, – уже с улыбкой сказала Лёшка.

– Что за ворона? – загалдели ребята.

Мальчишка выудил из кармана смартфон и продемонстрировал своим дружкам Лёшкину фотографию, они её тут же отыскали в своих телефонах и даже поставили лайки.

– Так чего ж вы у нас тут забыли? – совсем миролюбиво спросил первый парень.

И Лёшка, полностью осмелев, пояснила:

– Мы ищем кого-нибудь из тех, кто помнит, как лет двадцать назад студенты из Москвы восстанавливали вашу усадьбу. Долго объяснять, зачем, но нам это нужно. Не подскажете, к кому обратиться?

– Да вы у бабки Нюры спросите. Она вон в том доме живёт, – невысокий мальчишка вытянул руку вправо. – Видите, крыша серая? А рядом берёза.

– Видим, – обрадовалась Лёшка. – Спасибо вам огромное. А вы заходите ко мне на страничку, я всегда вам отвечу.

– Спасибо, – сказал мальчишка, – я тебе свои фото пришлю, а ты их заценишь.

– Пронесло, – выдохнул из себя напряжение Ромка, когда позади них осталась уже не представляющая угрозы стайка сельских ребят. – Лёшка, спасибо, выручила. Ты у нас и впрямь знаменитость, слава о тебе и вороне разнеслась по всем сёлам и городам.

– Бери выше, – вставилл Женя, – по всем странам и континентам.

Лёшка тут же подумала об Артёме, живущем в своей Англии, и тихонько вздохнула.

Бабу Нюру друзья застали около дома – она откуда-то возвращалась. Ей, как и отцу Тихону, Ромка обо всём рассказал и попросил им помочь.

– Про икону эту все помнят, кто давно здесь живёт, – пожевав губы, сказала баба Нюра, – а вот чтоб подробности…

Она увидела в соседнем дворе другую старушку и громко ей закричала:

– Мань, помнишь, как отец Тихон страдал, когда у него икону украли? Жаль, меня тогда в церкви не было. А ты, случаем, не знаешь, кто мог её взять? Тут вот ребята интересуются.

Баба Маня подошла к разделяющему их дворы низенькому забору, оглядела друзей и головой покачала.

– Не знаю, не ведаю. Но вот Люба что-то видела и наверняка помнит, сходите к ней.

Старушки указали, как найти Любин домик: он стоял от них совсем близко.

Люба оказалась женщиной далеко не старой, разговорчивой, но осторожной. Она сама вызнала у друзей причину, по которой они приехали, и зачем им понадобились сведения двадцатилетней давности, после чего сказала:

– Помню я, как батюшка упал в обморок, когда увидел, что киот пуст. И перед тем я возле церкви была, где-то там серёжку свою обронила и очень долго её искала. Меня никто не заметил, зато я, кроме Павла, ещё одного парня видела. Но не уверена, что он и есть вор. Могла и других упустить, меня моя серёжка больше интересовала.

– Да кто он? – воскликнул в нетерпении Ромка.

– Парень такой симпатичный, в красной футболке, я его и раньше не раз встречала, он всё глазки мне строил, только я с приезжими не собиралась дружбу водить. Зачем? Они уедут, а я останусь. Так вот, парень этот, когда подошёл автобус, чтобы их в Москву отвезти, прямо от церкви бежал и в руках что-то нёс.

– А как его звали?

– Не знаю и знать не хотела. Это о Павле тогда все судачили, потому его я запомнила.

– А что ж вы об этом студенте в милиции не сказали? – спросила Лёшка.

– А доносить не хотела. В то время лучше было сидеть да помалкивать. Хотя и наше время не лучше. – Люба вздохнула. – Это всё. Больше мне нечего вам сказать.

– И на этом спасибо! – воскликнул Ромка. – Вы и представить себе не можете, как нам помогли.

Уйдя от Любы, Ромка радовался как ребёнок.

– Какой я умный, однако! – то и дело восклицал он. – Надумал сюда поехать – и вот результат! И как всё просто, оказывается. Теперь я знаю, зачем вору понадобилось облить газету: он хотел цвета одежды стереть, чтобы о его красной футболке никто не вспомнил. Вот так часто бывает: ищешь, ищешь, уже отчаешься, как вдруг удача на тебя прямо как с неба сваливается. Теперь нам осталось только узнать, у кого из студентов была футболка красного цвета, – и вор будет изобличён. Павел его, конечно, не убьёт, но репутацию поломает.