Охота за Красной Шапочкой - Валерий Роньшин

— Естественно, помню. — Она протянула Молодцову пухлую руку: — Очень приятно познакомиться. Зайчик только про вас и говорит.

— Зайчик? — с недоумением повторил Суперопер, забыв, что это домашнее прозвище Чайникова.

— Сашенька от вас просто без ума, — продолжала Калерия Ивановна. — «Григорий Евграфыч сказал то… Григорий Евграфыч сказал это…» Он вас любит больше, чем свою родную мамочку.

— Ну что ты, мама, — стал ластиться к матери Чайников.

— Не подлизывайся, не подлизывайся, — шутя оттолкнула она сына.

Профессор Чайников поправил на носу очки.,

— Прошу в мой кабинет.

— Нет, нет, — замахала руками Калерия Ивановна. — Кабинет подождет. Сначала обед.

— Ничего не поделаешь, — улыбнулся профессор, — придется подчиниться.

— Григорий Евграфыч, может, правда, пообедаете? — сказал практикант. — И ребята, наверное, проголодались.

— Мы не проголодались, — стали наперебой отказываться Димка с Ромкой, хотя у обоих слюнки потекли при слове «обед».

— В принципе можно перекусить, — к радости мальчишек согласился Суперопер.

— Тогда живо мыть руки и за стол! — распорядилась Калерия Ивановна.

На обед был наваристый борщ с мясом, домашние вареники с картошкой, маринованные огурчики, винегрет с селедкой, отварной рис с тушеной крольчатиной, сладкая творожная запеканка… Не удивительно, что Калерия Ивановна была такой пухленькой. Удивительно, что папа-профессор и Шура были такими худыми.

Калерия Ивановна не закрывала рот ни на минуту.

— Вы знаете, — обращалась она преимущественно к Григорию Молодцову, — моя девичья фамилия Волконская. А когда я вышла замуж за Глеба Борисыча, то стала Чайникова. Калерия Чайникова, как вам это нравится?

— Очень даже неплохо звучит, — отвечал ей Суперопер, налегая на винегрет с селедочкой. — У одной моей знакомой девичья фамилия была Шереметьева, а вышла замуж и — стала Грязева.

— А у нас в классе учится девчонка по фамилии Баранова, — уминал Димка вареники с картошкой. — И она дружит с пацаном по фамилии Быков. Баранова и Быков. Скажи, Ромыч?!

— Ага, — подтверждал Орешкин, лихо расправляясь со сладкой запеканкой.

Профессор Чайников тоже принял участие в разговоре.

— Когда я учился в институте, — с хрустом раскусил он маринованный огурчик, — у нас на курсе был студент по фамилии Кукарекин. Представляете, Кукарекин.

Все смеялись. Обед проходил весело и непринужденно.

— Как вам мой Зайчик? — интересовалась у Григория Молодцова Калерия Ивановна.

— Очень вкусный. — Суперопер положил себе на тарелку новую порцию крольчатины.

— Григорий Евграфыч, я вас про Сашеньку спрашиваю.

— Ах, про Сашеньку. Боевой парень, — нимало не смутившись, исправился Молодцов. — Думаю, он далеко пойдет.

Саша Чайников вспыхнул от радости.

— Но ведь это так опасно — работать в милиции… Зайчик, — Калерия Ивановна жалобно посмотрела на сына, — может, ты все-таки попробуешь еще раз поступить в Академию культуры?

— Нет, мама, — твердо произнес Чайников и даже пристукнул вилкой по тарелке, — я решил посвятить свою жизнь борьбе с преступностью. Как Григорий Евграфыч.

— Я горжусь тобой, сынок, — прослезилась Калерия Ивановна.

После обеда Саша остался помогать матери мыть посуду, а профессор Чайников пригласил гостей в кабинет.

— Чем могу служить? — спросил он, когда все расселись.

— Требуется ваша консультация, Глеб Борисыч, — сказал Суперопер. — Вы не в курсе, что такое микропроцессор?

— Разумеется, в курсе.

— А вы не могли бы в двух словах объяснить, что это за штука.

— «В двух словах», — иронично повторил профессор. — Нет, батенька, компьютер — это вам не овощерезка, здесь в двух словах не объяснишь.

— Ну тогда в трех словах, — засмеялся Суперопер.

— Видите ли, милейший Григорий Евграфыч, для того чтобы вы поняли, что такое микропроцессор, я должен вам вначале рассказать, что такое процессор. — И профессор начал рассказывать: — Процессор — это микросхема, реализующая основные арифметические и логические операции с данными в вычислительной системе. В отличие от других микросхем, преобразующих информацию, процессор обрабатывает данные в соответствии с заданной программой, которую он может читать из микросхем памяти. Множество инструкций, которые может выполнять данный процессор, называется набором машинных команд и является одной из основных черт архитектуры процессора…

Суперопер широко зевнул. За ним зевнули Ромка с Димка.

— Центральный процессор составляет ядро вычислительной системы, — продолжал профессор Чайников, — и выполняет основные управления потоками и обработкой данных. Помимо центрального процессора в компьютере обычно есть и другие процессоры, выполняющие вспомогательные функции. Вот эти процессоры и называются микропроцессорами.

— Ясненько. — Григорий Молодцов с трудом подавил второй зевок. — А что это за вспомогательные функции?

— Их довольно много. Например, клавиатурный микропроцессор контролирует нажатия клавиш, а если взять микропроцессор графического ускорителя на плате видеоадаптера, то… — и дальше пошел такой компьютерный жаргон, что Суперопер с ребятами чуть не уснули. В речи Глеба Борисыча замелькали байты, килобайты, локальные сети, серверы, стриммеры, эмуляции, табуляции…

— Постойте, профессор, — сказал Григорий Молодцов. — Мы ровным счетом ничего не понимаем… Нельзя ли подоходчивее?

— Но это же так просто.

— А можно еще проще? — спросил Ромка.

— Как для дураков, — прибавил Димка.

— Я, право, не знаю, — растерялся Чайников. — А что вас конкретно интересует?

Теперь уже начал объяснять Суперопер:

— Предположим, некий человек работает в банке и имеет доступ к компьютерной банковской системе. Если он поставит в эту систему свой микропроцессор, то что он может сделать с его помощью? В криминальном смысле, разумеется.

Профессор задумался:

— Может уничтожить всю систему.

— А еще что?

— Да что угодно. Все зависит от того, какую он заложил программу в свой микропроцессор.

— А как его обнаружить в компьютере?

— Кого?

— Микропроцессор.

— Да никак… Вы его не отличите от стандартной микросхемы. Тем более что он будет выполнять функцию микросхемы, место которой занимает. Но как только поступит сигнал, он начнет работать по собственной программе…

— А откуда поступает сигнал? — спросил Суперопер.