Охота за Красной Шапочкой - Валерий Роньшин

— Сидоров, — добавила вторая.

— Ясненько.

Молодцов прошел на территорию сумасшедшего дома.

Он быстро отыскал третий корпус. По коридору первого этажа из угла в угол ходил какой-то мужчина в белом халате.

— Слушай, друг, — окликнул его Суперопер, — как пройти к главврачу?

— Я главврач Сидоров, — отрывисто ответил мужчина. — В чем дело?

— Я из угрозыска.

— Наконец-то! — Мужчина радостно схватил Молодцова за руку. — Вы получили мое письмо, да?! Получили?!

— Нет, я собственно…

— Ну это не важно. Главное, что вы пришли. — Мужчина понизил голос до шепота: — Здесь совершаются преступления…

— И какие же? — спросил Суперопер.

— Ужасные. К примеру, мне на прошлой неделе отрубили голову. Представляете?!

Молодцов все понял. Передним был один из пациентов психушки.

— Я вас сразу узнал, — продолжал заговорщически шептать мужчина. — Вы мистер Шерлок Холмс… Давно из Лондона? Как там поживает доктор Ватсон?

К ним подошла миловидная девушка:

— Мардаулин, опять ты мой халат надел! До каких пор это будет продолжаться?!

— Но я же ваш первый заместитель, — важно ответил больной.

— Мне уже надоело бегать за тобой по всей больнице. Учти, Мардаулин, еще раз возьмешь халат — я тебя выпишу.

Больной затрясся:

— Только не выписывайте!.. Я вас умоляю!.. Ведь там, — показал он в окно на высокий забор, — одни сумасшедшие… одни сумасшедшие…

— Дай сюда халат и иди в палату.

Мардаулин послушно отдал халат и ушел. Девушка вопросительно посмотрела на Суперопера:

— Вы к кому?

— К главврачу. Я из уголовного розыска. — Молодцов вновь достал удостоверение.

— Вам во второй кабинет. Пойдемте, я вас провожу. — И она повела Суперопера по коридору.

— Что это у вас сумасшедшие по больнице разгуливают? — спросил Молодцов.

— Так это ж сумасшедший дом, — пожала плечами девушка и остановилась у одной из дверей: — Вам сюда.

Суперопер вошел в кабинет. За столом сидел представительный мужчина и что-то писал.

— Добрый день, — сказал Молодцов, — мне нужен Антон Мироныч Сидоров.

— Он перед вами. — Главврач отложил ручку в сторону. — Присаживайтесь. Чем могу служить?

Суперопер опустился в глубокое кресло:

— Я Григорий Молодцов. Следователь по особо важным делам.

— Да что вы говорите? — оживился Сидоров. — Наслышан, наслышан… Так вот вы какой, знаменитый Суперопер.

— Какой?

— Самый обыкновенный… Вы знаете, что о вас по Питеру легенды ходят?

— Знаю.

— И как вы к этому относитесь?

— Пускай себе ходят. Жалко, что ли.

— Ну-с, уважаемый Григорий Евграфыч, что вас привело в сумасшедший дом?

— Не «что», а — «кто». Некий Аркадий Карягин.

— Да, есть у нас такой пациент. Недавно поступил. Очень тяжелый случай.

— А что с ним?

— Шизофрения в самой крайней форме, плюс мания преследования.

— Интересно. А у меня имеются сведения, что он абсолютно нормален.

— Помилуйте, Григорий Евграфыч, — всплеснул руками главврач, — да он у нас в отделении для буйнопомешанных содержится. Я такого сумасшедшего за всю свою многолетнюю практику не встречал. Это просто уникальный случай.

— А нельзя ли на него посмотреть?

— Пойдемте.

Они вышли из кабинета и спустились по каменной лестнице в полуподвальное помещение. Здесь уже сидел настоящий охранник. Здоровенный. С пистолетом на боку. Все как положено.

Вдоль стен тянулось множество металлических дверей с зарешеченными окошками. Это и было отделение для буйнопомешанных.

Главврач Сидоров остановился у одной из дверей.

— Вот он, ваш нормальный Карягин. Полюбуйтесь.

Суперопер заглянул в окошко. Все стены, пол и потолок палаты были обиты толстым войлоком. По палате, словно раненый зверь, метался какой-то человек.

— Откройте, — сказал Молодцов, — я хочу с ним поговорить.

— Да вы с ума сошли! Это очень опасно. Говорите через окно.

— Нет, откройте дверь, — настаивал Суперопер.

— Ну глядите, я вас предупреждал… Толик, — позвал главврач охранника, — открой дверь.

Охранник подошел со связкой ключей, выбрал один и открыл дверь. Суперопер безбоязненно вошел в палату.

— Здравствуйте, Карягин.

— Ага! Попался, гад!.. — торжествующее завопил человек и, бросившись на Молодцова, вцепился ему в горло мертвой хваткой.