Джамби, духи леса - Трейси Батист

– Мне нужно пробраться мимо джамби, – сказала Коринн.

– Ха! – презрительно откликнулась ведьма. – И как ты собираешься это сделать?

– Ты не можешь мне помочь? Ты ходишь мимо них все время.

– У джамби нет причин бояться меня, и у меня нет ничего такого, что им нужно, – проговорила ведьма. – Я не собираюсь сражаться с ними и жечь их дома, так что они мне доверяют. Если можете сказать про себя то же самое, – значит, можете также пройти мимо них.

– То есть никакой хитрости нет? – спросила Коринн.

Ведьма покачала головой, и ее косички взметнулись в воздух.

– Тогда почему бы тебе попросту не избавиться от джамби? – спросила Коринн.

– Мне? Вы, люди, слишком высокого мнения о моих способностях.

– Ты смогла бы, если бы захотела, – сказала Коринн. – Для чего же это всё?

Она махнула рукой в сторону бутылок, семян и листьев на столе.

– Некоторым людям нужны эти вещи.

– Прямо сейчас людям нужно средство от джамби. Что у тебя есть против них?

– Ничего, – сказала белая ведьма.

– Северина наложила на моего отца какие-то чары. Он даже не понимает, что происходит вокруг него. А мой дом оплела ядовитая лоза. Что у тебя есть от этого?

– На этом столе уж наверное есть какая-нибудь отрава для джамби? – спросил Буки с ухмылкой, подтолкнув локтями брата и Дру.

Но никто не засмеялся. Ведьма бросила на него злобный взгляд, и Буки притворился, что разглядывает разложенные на столе растения.

– Я говорила тебе, что она сильная. А теперь она полностью захватила твой дом? – Ведьма покачала головой и цокнула языком. – Женщины и мужчины живут вместе с начала времен, – наконец сказала она. – Тебе стоит попытаться поладить с новой матерью.

– Она не моя мать! – крикнула Коринн и сжала кулаки, чтобы руки не дрожали. – Ты понимаешь? Она захватила моего отца. Она меняет его. Ты – единственный человек на острове, который может помочь. Не говори, что просто будешь сидеть здесь сложа руки! Я не могу спокойно смотреть, как он превращается… – Коринн запнулась.

– В джамби, – закончила Дру, твердо кивнув.

Коринн бросила на нее сердитый взгляд.

– Он не джамби. Он не знает, кто он такой. Я, наверное, могла бы помочь ему, если бы сумела пробраться домой, когда ее там не будет.

– Мимо ее ядовитых зарослей? – спросила ведьма.

Коринн обхватила себя руками.

– У тебя должно быть что-то, что сможет мне помочь. Она сильнее меня. И призвала всех остальных. Разве ты не слышала их прошлой ночью? Это наш остров, а они пытаются захватить его.

– Они? – спросила ведьма. – Что еще за они?

Она взглянула на Коринн, вздернув седую бровь.

– Те, кто вышел из леса прошлой ночью, – медленно ответила Коринн.

– Они, вы – есть ли разница?

– Они пытались убить нас! – сказала Дру.

– Они принадлежат этому острову, дитя. Вы не можете избавиться от них. Они – его часть. Тебе ведь не пришлось по душе, когда в один прекрасный день кто-то поселился в твоем доме, – сказала ведьма Коринн. – Понравилось бы вам, если бы кто-нибудь перебрался жить к вам, загнал вас и ваши семьи в самые дальние уголки острова и на протяжении пары сотен лет отказывался уходить? А что, если этот новый народ забыл бы про вас, а потом, обнаружив заново, испугался и попытался вас убить? Понравилось бы вам?

Коринн смотрела на свои руки, лежащие на коленях. Северина говорила ей о том же самом.

– Они не похожи на обычных людей, – тихо проговорила девочка.

Но она понимала, каково это – терять свой дом и быть готовой сражаться за него, как Северина.

– Я тоже не похожа на обычных людей, – сказала ведьма. – Потом попытаешься и от меня избавиться?

Коринн вгляделась в лицо ведьмы.

– Чем не похожа?

– Тем же, чем и ты, – сказала старуха, пристально глядя на Коринн.

Девочка напряглась. Она бросила взгляд на друзей, чтобы понять, догадались ли они, что имела в виду ведьма.

– Они забирают детей! – взмолилась Дру. – Может, следующими схватят этих мальчиков, ведь у них нет родителей и некому присмотреть за ними.

– Эй! – запротестовал Буки.

– Это правда. Ведь нет, – настаивала Дру.

Но, не желая слишком сильно пугать Малика, она улыбнулась и легонько похлопала его по руке.

– Слушай, – сказала Коринн. – Мы знаем, что Северине был нужен один из твоих пузырьков. Какой бы магией она ни околдовала моего отца, она взяла ее здесь.

– Вы заварили эту кашу. – Буки грохнул кулаком по столу, отчего бутылочки закачались, звякая друг об друга. – Так что вы должны помочь ее расхлебывать.

Он попытался выдержать взгляд ведьмы. Но когда ее глаза впились в него – опустил голову и убрал руки под стол.

– Думаешь, я имею к этому какое-то отношение? – поинтересовалась ведьма. – Ошибаешься. Чтобы обратить твоего отца, помощь ей не требовалась. Каждую минуту каждого дня какой-то мужчина ловится на красивое личико.

Буки покивал.

– Я ведь так и говорил ей, да, братишка? – тихо спросил он Малика.

Малик и глазом не моргнул в ответ.

– Тогда зачем она приходила к тебе? – спросила Коринн.

– Она приходила, чтобы найти способ жить снаружи. Такие, как она, не могут долго находиться вдали от своей стихии.

Коринн и Дру обменялись взглядами.

– Как ты могла помочь ей и не помочь нам?! – воскликнула Коринн. – Теперь она захватила мой дом. Дом моей матери. Она убивает моего отца!

Слова жгли ей горло.

Ведьма глубоко вздохнула:

– Дело в моей клятве. Я не могу принимать чью-либо сторону. Если помогаю одним, должна помочь и другим. Лучше уж держаться подальше от чужих распрей. Я многое сделала для вас. Все, что могла.

– Что с тобой случится, если ты примешь чью-то сторону? – спросила Коринн.

– Посмотри на мою руку, – сказала ведьма. – Бесполезную.

Буки цокнул языком:

– Это случилось, когда ты купалась в реке и чуть не утонула.

– А ты не очень-то умен, да, мальчик? – усмехнулась ведьма. – Неужели ты думаешь, что я могла прожить столько лет в окружении воды и так и не научиться плавать? – Она переключила внимание на Малика: – Должно быть, очень тяжело жить с болваном вроде этого.

По лицу Малика быстро пробежала улыбка, которая тут же исчезла, стоило ему заметить, что брат обижен.

– Ты не можешь вылечить свою руку? – спросила Коринн.

– У меня нет средств против ее магии, – сказала ведьма. – Это древнее искусство, намного превосходящее все, что я знаю.