Пятеро детей и Нечто - Эдит Несбит

– В осажденном замке и солдаты должны быть, только где они? – напомнил Роберт.

– Мы не знаем, как долго длилась осада, – мрачно сказал Сирил. – Возможно, большинство храбрых защитников погибли в ее начале, и вся провизия была съедена, и осталось всего несколько выживших храбрецов… Нас, в смысле, тех, кто собирается защищаться до последней капли крови.

– И с чего вы начнете? Я имею в виду, защищаться до последней капли? – спросила Антея.

– Надо хорошо вооружиться и стрелять в противников, когда они пойдут в атаку.

– Обычно осаждающих поливали кипящим свинцом, когда те подходили близко, – вспомнила Антея. – В замке Бодиам папа показывал мне отверстия, сделанные специально для этого. И в здешней надвратной башне есть такие же дырки.

– Кажется, мне пора порадоваться, что это всего лишь игра… Это просто игра, ведь правда? – спросила Джейн.

Ей никто не ответил.

Дети нашли в замке много странного оружия. Если бы они разобрали всё найденное, они бы стали, как выразился Сирил, «тяжеловооруженными», потому что мечи, копья и арбалеты оказались слишком тяжелыми даже для мужественного и сильного старшего брата; что же касается длинных луков, никто не смог согнуть их хотя бы чуть-чуть. С кинжалами еще можно было управиться, но Джейн надеялась, что осаждающие не подойдут настолько близко, чтобы пришлось тыкать их кинжалами.

– Неважно. Кинжалы можно метать, как дротики, или сбрасывать на головы врагов, – сказал Сирил. – Знаете, на дальней стороне двора много камней. Может, затащим сюда несколько штук и просто уроним на головы тех, кто попытается переплыть через ров?

В комнате над воротами быстро выросла куча камней и еще одна куча – острых, блестящих, опасных с виду кинжалов и ножей.

Антея шла по двору в поисках новых камней, когда ее осенила неплохая идея.

Подбежав к Марте, девочка спросила:

– Можно нам взять печенье к чаю? Мы хотим поиграть в осаду замка, и печенье будет провиантом осажденного гарнизона. Пожалуйста, сунь мне его в карман, а то у меня ужасно грязные руки. И я скажу остальным, чтобы они тоже пришли за печеньем.

Действительно счастливая мысль! Марта сунула детям в карманы четыре щедрых пригоршни воздуха, которые превратились в печенье. Теперь гарнизон был с лихвой обеспечен едой до самого заката.

Дети принесли несколько котелков с холодной водой, чтобы выливать ее на осаждающих, потому что расплавленного свинца в замке не нашлось.

День пролетел удивительно быстро. Подготовка к отражению штурма была захватывающей, но никто, кроме Роберта, не чувствовал, что им грозит настоящая опасность. Тем, кто видел лагерь и осаждающих только издалека, все происходящее казалось то ли игрой, то ли потрясающе реалистичным и совершенно безопасным сном. Только Роберту время от времени становилось по-настоящему жутко.

Когда наступило время чая, дети съели печенье и запили его водой из глубокого колодца. Воду пили из рогов. Сирил настоял на том, чтобы приберечь восемь печенек на тот случай, если кто-нибудь потеряет сознание, не выдержав напряжения боя. Как раз когда он убирал печеньки в нечто вроде маленького каменного шкафчика без дверцы, внезапный резкий звук заставил его уронить три штуки. Это был громкий яростный вопль трубы.

– Вот видите, все по-настоящему, – сказал Роберт. – И скоро начнется штурм!

Все бросились к узким окнам.

– Да, – продолжал Роберт, – люди выходят из своих палаток и кишат, как муравьи. Там, где соединяются две половинки моста, гарцует этот Джекин. Хотел бы я, чтобы он видел, как я показываю ему язык! Ага!

Остальные были слишком бледны и испуганы, чтобы им захотелось кого-нибудь дразнить. Все посмотрели на Роберта с удивлением и уважением, и Антея сказала:

– Ты очень храбрый, Роберт.

– Ерунда! – Сирил из бледного мгновенно стал красным. – Он весь день готовился быть храбрым. А я просто не успел приготовиться, вот и все. Я в два счета стану еще храбрее его!

– О боже! – воскликнула Джейн. – Какая разница, кто из вас храбрее? По-моему, Сирил свалял ужасного дурака, пожелав оказаться в замке, и я не хочу больше в это играть.

– Это не игра… – сурово начал Роберт, но Антея перебила:

– О нет, игра, и очень хорошая, потому что они не смогут сюда ворваться, а если даже ворвутся, цивилизованные армии никогда не трогают женщин и детей.

– Но ты полностью, стопроцентно уверена, что они цивилизованные? – спросила Джейн, тяжело дыша. – Они выглядят такими старинными!

– Конечно, потому что они и есть старинные. – Антея весело показала на то, что виднелось за узким окном. – Ой, посмотри на маленькие флажки на копьях! Какие яркие! А какой блестящий у них военачальник! Роберт, ведь это их предводитель, да – тот, что на сером коне?

Джейн согласилась посмотреть и увидела такую красоту, что почти перестала волноваться. Зеленая трава, белые палатки, блеск копий с вымпелами, сияние доспехов, яркие шарфы и туники – все это было похоже на великолепную многоцветную картину. Зазвучали трубы, а когда трубачи перевели дух, дети услышали лязг доспехов и гул голосов.

Трубач подошел к краю рва, который теперь казался намного уже, чем раньше, и выдул из трубы самый длинный и самый громкий звук, какой когда-либо слышали дети. Наконец, рев стих, и пришедший с трубачом человек крикнул:

– Эй, в замке!

Гарнизон в караулке у ворот ясно услышал этот оклик.

– Привет! – тут же прокричал Роберт.

– Именем нашего владыки короля и нашего доброго господина и доблестного вождя сэра Вулфрика де Тальбота мы призываем сдать этот замок, иначе он будет беспощадно предан огню и мечу. Сдаетесь?

– Нет! – заорал Роберт. – Конечно, не сдаемся! Никогда, никогда, НИКОГДА!

– Тогда ваша судьба будет в ваших руках.

– Ура, – сказал Роберт яростным шепотом. – Кричите «ура», чтобы показать им, что мы не боимся, и гремите кинжалами, шумите как можно громче. Раз, два, три! Гип-гип, ура! Снова! Гип-гип, ура! И еще раз: гип-гип, ура!

Крики «ура» получились слишком тонкими и слабыми, но звон кинжалов придал им внушительности.

Из лагеря за рвом донесся еще один вопль – и дети в осажденной крепости поняли, что штурм действительно начался.

В комнате над большими воротами темнело, и Джейн слегка воспрянула духом, вспомнив, что закат уже близок.

– Этот ров ужасно узкий, – сказала Антея.

– Но даже если они его переплывут, они не смогут попасть в замок, – заверил Роберт.

Не успел он договорить, как как на лестнице послышались шаги – тяжелые шаги и лязг железа. На мгновение все перестали дышать. Лязг и топот приближались: кто-то поднимался по башенной лестнице.

Роберт подскочил к двери – бесшумно, потому что снял ботинки.

– Подождите здесь, –