Пятеро детей и Нечто - Эдит Несбит

– Спокойной ночи. Надеюсь, замок не вернется ночью, – сказала Джейн.

– Конечно, не вернется, – отозвалась Антея, – но Марта вернется – не ночью, а через минуту. Ну-ка, повернись, я помогу тебе развязать передник.

– Каким было бы унижением для сэра Вулфрика де Тальбота узнать, что половина осажденного гарнизона носила переднички, – сонно сказала Джейн.

– А другая половина – короткие штаны. Да, для него это было бы ужасно. Стой спокойно, ты еще больше затягиваешь узел.

Глава восьмая. Больше мальчишки булочника

– Слушайте, я тут подумал… – начал Сирил.

– И как, головушка сильно заболела? – участливо спросил Роберт.

– Не будь идиотом! Я серьезно.

– Заткнись, Боб, – попросила Антея.

– Все молчим, слушаем речь Сирила, – сказал Роберт.

Сирил, балансируя на краю бочки с водой на заднем дворе, заговорил:

– Друзья, римляне, соотечественники… И соотечественницы – мы нашли псаммиада. Мы загадывали ему желания. Мы летали на крыльях, мы стали прекрасными, как ясное солнышко, тьфу! И все это было довольно забавно – и богатство, и замок, и даже та паршивая история с Ягненком и цыганами. Но в результате мы ничего не получили. Ничего стоящего из наших желаний не вышло.

– Зато были приключения, – сказал Роберт, – а это всегда здорово.

– Но маловато, если в конце все идет наперекосяк, – твердо заявил Сирил. – И я подумал…

– Да неужто? – вполголоса спросил Роберт.

– Да, я размышлял в безмолвии – или как там говорится? – в безмолвии ночи. Если тебя внезапно просят сказать что-нибудь из истории – дату нормандского завоевания или еще что-нибудь – у тебя тут же вылетает из головы даже то, что ты прекрасно знаешь. Дамы и господа, вам отлично известно: мы тут валяем дурака, громоздя друг на друга пустые желания, хотя по-настоящему стоящая идея осеняет нежданно-негаданно…

– Верно! Верно! – сказал Роберт.

– Осеняет любого, как бы он ни был туп, – продолжал Сирил. – Ведь даже Роберту могло бы прийти в голову действительно полезное желание, если бы он не утомлял свои бедные маленькие мозги, усердно пытаясь думать. Заткнись, Боб, сейчас говорю я! Ты испортишь мне все выступление!

Драться на краю бочки с водой увлекательно, но мокро. Когда драка закончилась и мальчики слегка обсохли, Антея сказала:

– Ты первый начал задираться, Боб. Теперь дело чести улажено, поэтому позволь Сирилу продолжить. Мы впустую тратим утро.

– Что ж, – сказал Сирил, продолжая выжимать воду из полы своей куртки, – я согласен на мир, если и Боб на него согласится.

– Ладно, мир, – угрюмо сказал Роберт. – Только у меня над глазом шишка с крикетный мяч.

Антея терпеливо протянула ему носовой платок цвета пыли, и Роберт молча промокнул свои раны.

– Говори, Сирил, – попросила Антея.

– Ну, в общем… Давайте просто поиграем в разбойников, или в штурм крепости, или в солдат, или в любую из прежних игр. Будьте уверены – обязательно придумается какое-нибудь полезное желание, если мы постараемся не придумывать его специально. Ты всегда бывает.

Остальные согласились и тут же решили поиграть в разбойников.

– Эта игра не хуже остальных, – мрачно сказала Джейн.

Надо сказать, поначалу Роберт играл без энтузиазма, но Антея стащила у Марты косынку (белую в красный горошек, в которой лесничий утром принес грибы) и повязала голову Роберта, чтобы тот мог изображать раненого героя, накануне спасшего жизнь главарю разбойников. После этого Роберт повеселел. Вскоре все вооружились кто чем мог. Луки и стрелы очень хорошо смотрятся, если повесить их за спину, а зонтики и крикетные клюшки за поясом сразу дают понять – ты вооружен до зубов. Белые шляпы, какие носят крестьяне, выглядят по-разбойничьи, если воткнуть в них несколько перьев индейки. Коляску Ягненка накрыли скатертью в красно-синюю клетку, и она превратилась в отличную карету. Спящий в этой коляске Ягненок нисколько не мешал игре. Экипировавшись подобным образом, разбойники отправились по дороге к песчаной яме.

– Лучше, чтобы псаммиад был поблизости, – сказал Сирил, – на случай, если нам вдруг что-нибудь придет в голову.

Очень хорошо играть в разбойников, или в шахматы, или в пинг-понг, или в любую другую увлекательную игру, но нелегко делать это от всей души, когда замечательные желания, думай о них или нет, как будто поджидают вас за каждым поворотом. Игра немного затянулась, и некоторые из разбойников начали сердиться на других и заявлять об этом вслух, как вдруг на дороге появился мальчик, подручный булочника: он нес в корзинке свежую выпечку. Такую возможность грех было упустить.

– Стой, руки вверх! – крикнул Сирил.

– Кошелек или жизнь! – сказал Роберт.

И они с двух сторон приблизились к мальчику. К сожалению, этот высокий мальчишка совсем не проникся духом происходящего.

– А ну, отвалите, слышите! – неуважительно сказал он и оттолкнул разбойников.

Тогда Роберт попытался заарканить его скакалкой Джейн, но вместо того, чтобы обвиться вокруг плеч мальчишки, скакалка обвилась вокруг его ног и повалила. Корзина опрокинулась, красивые новые булочки раскатились по пыльной меловой дороге. Девочки подбежали, чтобы их поднять. Через мгновение Роберт и мальчик уже сцепились, как мужчина с мужчиной, а Сирил следил за тем, чтобы драка была честной. Скакалка обвивалась вокруг ног дерущихся, как любопытная змея, пытающаяся изображать миротворца. Миротворца из нее не вышло: деревянные ручки били драчунов по голеням и лодыжкам, что ничуть не помогало примирению.

Знаю, это вторая драка за главу, но что я могу поделать? Такой уж выдался день. Сами знаете, бывают дни, когда нет конца ссорам, даже если вы вовсе не собирались ссориться. Будь я автором приключенческих рассказов вроде тех, какие в моем детстве печатали в журнале «Мальчики Англии», конечно, я могла бы подробно описать битву, но у меня не получится. Я никогда не смотрю, что происходит во время драки, даже если дерутся всего лишь псы. Кроме того, если бы мой рассказ писался для «Мальчиков Англии», Роберт вышел бы победителем. Но я вроде Джорджа Вашингтона – не могу солгать даже о вишневом дереве[3], не говоря уж о драке. Поэтому не стану скрывать, что Роберту второй раз за день досталось на орехи. Мальчик пекаря подбил ему второй глаз и, не зная правил честной игры и джентльменского поведения, дернул за волосы и пнул по колену. Роберт после говорил, что смог бы одолеть врага, если бы не девчонки. Не знаю, не знаю. Уверена только в том, что поражение больно ранило обоих уважающих себя братьев.

Сирил как раз срывал с себя куртку, чтобы, как положено, вступиться за брата, но Джейн обхватила его ноги