Разрисованная мама - Жаклин Уилсон

— Никак наслушаться не могу! «Папа» — ну надо же! Чертовски странно, учитывая, что весь этот год я буквально каждый день чувствовал, как утекает время…

— Все потому, что ты тоже оказался как бы на распутье! — торжествующе воскликнула Мэриголд и забралась в машину, продемонстрировав во всей красе свои щедро татуированные ноги. — О, Микки, мы с тобой — родственные души! Вот поэтому-то я и решила вытатуировать этот крест! Слушайте, у меня опять новая идея! Почему бы не попросить Стива вытатуировать на концах его наши имена — твое и мое вместе? Или лучше, чтобы они переплетались между собой, как тебе кажется?

— Как тебе угодно, дорогая, — любезно бросил он. — Нет, на самом деле я хотел сказать, что не раз уже думал о том, что хотел бы иметь ребенка. Время шло, и эта мысль все чаще меня посещала. Хотя, признаться честно, стоило только представить себе закаканные подгузники и мокрые слюнявчики, как это моментально охлаждало мой пыл. А теперь, ей-богу, сам не могу понять, за что мне привалило такое счастье! Оказывается, у меня есть взрослая дочь, да еще красавица, — самый лучший подарок, который мне сделала жизнь!

Стар со смехом наблюдала, как он откидывает сиденье, чтобы ей было удобнее. Потом, на мгновение прижавшись к его плечу головой, она украдкой обернулась и одними губами произнесла: «Видишь?!»

Впрочем, в тот день я много что увидела. И то, что я видела, мешало мне упиваться, может быть, самым замечательным днем в моей жизни, потому что удовольствия сыпались на нас как из рога изобилия. Микки отвез нас не куда-нибудь, а прямо в Лондон, и мы позавтракали в шикарном отеле. Нам принесли круассаны с кофе, а потом еще такую классную шипучку — наполовину апельсиновый сок, наполовину шампанское. Я даже перепугалась немного — как бы не опьянеть! А Стар выглядела так, словно и без того уже была слегка навеселе — еще до того, как сделала первый осторожный глоток. Она сидела чуть ли не прижавшись к Микки, а он суетился вокруг нее, собственноручно открыл ей баночку с джемом и даже мазал масло на хлеб, как маленькой.

Стараясь не смотреть в их сторону, я впилась зубами в свой круассан и от неловкости засыпала крошками всю юбку. Пузырьки газа в шипучке так сильно ударили мне в нос, что я тут же закашлялась и никак не могла остановиться. Мэриголд перегнулась через стол, чтобы похлопать меня по спине и опрокинула свою чашку с кофе на скатерть. Стар с Микки сидели с таким видом, будто желали только одного — чтобы мы провалились сквозь землю, и поскорее.

А потом мы отправились на Оксфорд-стрит к «Хэмли» — оказалось, что это такой огромный магазин игрушек. Микки потащил нас туда купить нам со Стар куклы, хотя даже ему должно было быть понятно, что Стар давным-давно вышла из того возраста, когда играют в куклы. Конечно, я уже тоже считала себя слишком взрослой, чтобы интересоваться подобной ерундой, и тем не менее, стоя у витрины, где за стеклом красовались роскошные, непохожие одна на другую куклы, чувствовала безумное желание заполучить одну из них. У кукол были такие красивые лица, а роскошные волосы спадали ниже спины. У меня просто руки чесались потрогать их, причесать по-своему. А как они были одеты! Восхитительные платья — сшитые вручную и украшенные оборками и бантами, фартучки в кружевах и рюшечках и даже крохотные кожаные башмачки на изящных ножках.

Прижавшись лбом к холодному стеклу, я пожирала их глазами — одну за другой, придумывала для каждой имя, старалась догадаться, какой у них характер. Казалось, все они протягивают ко мне свои белые ручки, умоляя взять их с собой. Они казались такими живыми, такими настоящими. Я мысленно выбрала ту, которая понравилась мне больше всех. У нее были роскошные светлые волосы и голубые глаза, великолепный наряд, похожий на лепестки гиацинтов, и еще такие же розовые шелковые чулки и голубые, украшенные крошечными жемчужными пуговками туфельки. Я тут же окрестила ее Наташей и решила, что мы с ней всегда будем подругами…

— Пошли же, Дол, — прошипела Стар, потянув меня за локоть.

Когда ей наконец удалось увести меня, я оглянулась и заметила на стекле витрины, там, где я так долго стояла и дышала на него, крохотный запотевший кружок. А Мэриголд тем временем перерыла всех до единой Барби, причем копалась в них с таким восторженным энтузиазмом, словно вновь стала маленькой девочкой. Когда мы спустились в отдел мягкой игрушки, Мэриголд окончательно потеряла голову. Это был какой-то кошмар: она носилась по всему отделу, хватала львов, медвежат и обезьянок, мяла, трясла их, заставляя рычать и реветь на разные голоса. Я даже испугалась, что кто-нибудь из продавцов прибежит на шум и выставит нас вон. Я видела, что и Стар тоже не по себе — достаточно было посмотреть, какие смущенные и испуганные взгляды она кидала на Микки. Он казался слегка удивленным, но воспринимал все с полнейшим спокойствием. Даже присоединился к Мэриголд, заставив огромную гориллу так оглушительно рявкнуть на Стар, что та взвизгнула от неожиданности. А я отскочила в сторону, снова вспомнив об оставшейся наверху Наташе.

— Дол, ты что, уснула? А кто «спасибо» скажет? — подтолкнула меня локтем Мэриголд.

Я не сразу поняла, что она имеет в виду. Оказывается, Микки решил купить всем нам по мягкой зверушке. Для начала он попытался уговорить Стар взять себе ту огромную гориллу, но Стар только рассмеялась и покачала головой — дескать, уж очень она страшная. В конце концов она выбрала очаровательного плюшевого мишку. У него была шубка медового цвета, мягкая мордочка и бархатные подушечки на лапках. В отличие от нее Мэриголд устроила целое представление — не в силах остановиться на чем-то одном, она буквально разрывалась на части между гиппопотамом, пандой и чудовищной величины питоном. В итоге ей понравился оранжевый тигр, с черными полосами и ярко-зелеными громадными глазами.

— В точности как у тебя, Мэриголд, — одобрительно хмыкнул Микки. А потом повернулся ко мне: — А ты на кого положила глаз, а, Долфин? Как насчет дельфина?

Тут было полно жирных бирюзового цвета дельфинов с черными мордами и оскаленными зубами. Мне они совсем не понравились, но я молчала, не решаясь сказать «нет», поскольку подозревала, что это не очень-то красиво по отношению к Микки. Лучше всего, конечно, было бы отвести Стар в сторону и потихоньку спросить, нельзя ли мне вместо дельфина купить Наташу. Правда, она стоила намного дороже, но Микки, как мне показалось, был просто набит деньгами. И потом, разве он не пытался уговорить Стар взять гориллу, а ведь та стоила чуть ли не две сотни фунтов. Правда, Стар была его дочерью. И к тому же сама она выбрала обыкновенного дешевенького мишку.

В итоге я так и не решилась сказать никому о Наташе. Во всяком случае, открыто.

— Очень трудно выбрать, ведь они все такие классные. И красивые. И куклы тоже, — выразительно добавила я, набрав полную грудь воздуху. Намек был достаточно ясен. Но меня, похоже, никто не слушал.

В конце концов мне купили дельфина. Он бултыхался в своем пластиковом бассейне, тычась мне в ногу при каждом шаге и зловеще скалясь острыми зубами. Мэриголд тащила своего тигра, вызывающе перекинув его через плечо и привлекая к себе всеобщее внимание, так что теперь на нее таращились уже почти открыто. Стар бережно прижала к себе своего плюшевого мишку. Она по-прежнему шла рядом с Микки, погрузившись в разговор, который касался именно плюшевых медведей. Как оказалось, у Микки тоже в детстве был мишка, но какой-то особенный, и он берег его как зеницу ока.