Опасная игра - Жаклин Уилсон

– Трейси!

Приятно было, что хоть кто-то мне рад. Я сжала его костлявое плечико:

– Привет, Чиппендейл!

Александр озадаченно уставился на меня:

– Чип… Это вроде такие здоровенные дядьки, намазанные маслом, которые раздеваются? Ты что, меня дразнишь?

– Да ну тебя, Александр! А еще умным считаешься. Чиппендейл – это был такой старикашка, шикарную мебель делал.

– А-а, понятно.

Александр старался приладить картонку в паз между двумя картонными полосками.

– Еще один стульчик, маэстро?

– Нет, это я хочу сделать книжный шкаф. Я могу туда поставить книгу про Александра Македонского, а ты – свой дневник.

– Какой еще дневник?

– Ну, что ты там записываешь в такой толстенькой фиолетовой книжечке?

– Если ты посмел заглянуть в мою толстенькую фиолетовую книжечку, я тебе глаз выбью!

– Что ты, Трейси, я бы не стал… даже на слабо́! Ой, только не надо больше никаких слабо́, ладно?

– Ладно, не буду пока. Слушай, а что ты здесь делаешь? Ты вроде не собирался больше прогуливать?

– Не собирался. Папа меня убьет, когда узнает. Просто я, как вернулся в школу, хромал изо всех сил, а физкультурник, мистер Кохран, сказал, что я жалкий хиляк и все равно должен участвовать в матче. Я вышел на поле, и меня сразу толкнули. Так больно было, прямо слезы из глаз брызнули. А все стали говорить, что я плакса, и хором кричали: «Огуречик-дуралечик», и…

– В общем, понятно. Все-таки это не конец света.

– А по-моему, вроде того.

– Подумаешь, какие-то дураки тебя обзывают. И учитель придирается. Да это ерунда! Послушал бы ты, как меня в школе дразнят! А миссис Рвота Мешкли вообще ко мне цепляется постоянно. Тебя-то наверняка большинство учителей любят, потому что ты самый настоящий мегамозг.

– Ну… – задумался Александр. – Правда, мистер Бернштайн и мистер Роджерс ко мне хорошо относятся, а миссис Беттерстол говорит…

– Вот видишь! Спорим, твой ужасный папка на самом деле тебя любит, иначе не переживал бы так из-за тебя. У меня вот папы совсем нет.

– Зато у тебя мама есть.

Александр вправил на место последнюю полочку, обернулся похвалиться готовым книжным шкафом – и тут увидел мое лицо. Он вдруг вспомнил:

– Ой, твоя мама!

– Что такое? – спросила я со злостью.

– Ты же к ней должна была уехать на целую неделю.

– Ну да, я съездила. Если тебе так интересно, мне там надоело.

– Она не купила тебе то, что ты хотела?

– Купила. Целую кучу всего накупила. Вот, смотри!

Я покружилась, демонстрируя замечательные армейские штаны.

– А, хорошие штаны, – быстро проговорил Александр. – Трейси, ты такая красивая!

– Неправда! – Я плюхнулась на пол рядом с ним. – Мама говорит, я смешная.

– Ну да, смешная. Это же хорошо, правда? Трейси… что у вас с мамой случилось? – Александр несмело погладил меня по коленке. – Ты ей не понравилась?

Я так и шарахнулась от него:

– Ничего не случилось! Мама от меня в восторге, я же говорила уже. Все время вокруг меня хлопочет. Просто я подумала: да кому это нужно? Мне она не нужна!

– А, значит, тебе нужна Кэм? – обрадовался Александр. – Я был прав!

– Нет! – Я скрестила руки. – Ничего ты не прав! Мне никто не нужен.

Александр не сдавался:

– Тебе нужны мы с Футболистом. Мы твои друзья.

– Сказала – никто! И вы с Футболистом тоже! Без никого обойдусь!

– Без никого, может, и обойдешься, а без нас – нет!

– Не умничай, зануда! Понятно, почему тебя все дразнят. Как ты меня бесишь!

Я пихнула его. А потом пихнула книжный шкаф.

– Осторожней, шкаф поломаешь! – сказал Александр.

– Да какой это шкаф? Картонка простая!

Я треснула по коробке кулаком.

– Ой, мой шкаф! – заныл Александр.

– Здесь мой дом! Нечего тут расставлять свои дурацкие шкафы!

– Я тебе тоже такой сделаю, – предложил Александр, поправляя погнутые полки.

– Не надо мне ничего! Здесь мой дом, и я не хочу его набивать разным дурацким барахлом! Надоели мне всякие вещи, вещи, вещи! Пусть в доме будет пусто!

Я расплющила книжный шкаф и забегала по комнате, круша картонную мебель.

– Трейси, не надо! Перестань! – кричал Александр.

Я крушила, Александр вопил, и тут в комнату влетел Футболист:

– Что такое? Вы целы? Кто это наш дом разгромил?

Александр так и вцепился в него:

– Ох, Футболист, хорошо, что ты пришел! Останови Трейси! Она тут все разломала, даже мой новый шкаф!

– И правильно, – одобрил Футболист, стряхивая с себя Александра. – Точно, Трейси, давай веселиться! А что ты вообще здесь делаешь? Твоя мама все-таки решила, что ты ей не нужна?

– Помолчи, Футболист! – обозлилась я. – Ты своей маме тоже не нужен! И своему драгоценному папке тоже!

Мне было необходимо делать им больно. Пусть поймут, что они мне не нужны. Тогда они не смогут ранить меня.

– Футболист, как твой папочка поживает? А твой, Александр?

– Прекрати! – сказал Футболист.

– Давайте все не будем! – взмолился Александр. – Давайте дружить и… и… и починим мебель.

– Заткнись, Огуречик! – отмахнулся Футболист. – Кому нужна твоя тупая мебель?

Он поднес к смятому шкафу отцовскую зажигалку и щелкнул колесиком.

– Перестань! – закричал Александр.

– А ты тут не командуй! – сказал Футболист и опять щелкнул.

Пламя перепрыгнуло на картон, лизнуло его по краю и вдруг вспыхнуло.

– Ты ненормальный! – крикнул Александр.

– Заткнись, – ответил Футболист.

Он еле успел затоптать огонь.

– Ты сгоришь! И весь дом сожжешь! – надрывался Александр. – Нельзя играть с огнем, ни в коем случае!