Ночь волшебства - Андреас Зуханек

Храп варка превосходил по громкости все самые жуткие звуки, которые Лукасу приходилось когда-либо слышать. Удивительно, как окошки не треснули.

– Кажется, в Шепчущем лесу началось соревнование, кто кого перехрапит, – прокомментировал Лукас, повернувшись к Фелиците.

– В самом деле? А кто ещё в нём участвует? – поинтересовался Рани.

– О, да я просто шучу, – успокоил его Лукас.

Фелицита уже занялась плачущими книгами.

– Они ранены. – Когти варка оставили на бумажных бойцах страшные следы. Переплёты и страницы местами были разорваны.

– Мы можем им помочь? – спросил Лукас.

– Конечно, можем. – Рани запрыгнул на платформу. – Мне нужен клей. И принесите мне вон из той стопки чистую бумагу. Вода тоже не помешает.

Фелицита тут же улетела и вернулась с пустым горшочком, клеем и водой. Лукас позаботился о бумаге. Всё это они положили рядом с Рани. Менок бросил ингредиенты в горшочек. Клей с водой размягчили бумагу, так что в итоге получилась серая кашица. Всё это Рани перемешал пером, которое он бросал в варка.

– А теперь? – поинтересовался Лукас.

Рани опустил кончик хвоста в кашицу и замазал ею разрез на одной из книг. Липкая масса пропитала книгу, та затрепетала – и уже через мгновение выглядела как новая.

– Магия самоисцеления, – прокомментировала Фелицита. – Я об этом не подумала.

Лукас раскрывал книги по очереди, Фелицита их успокаивающе поглаживала, а Рани наносил на раны клей. Так им удалось вылечить все повреждения. Исцелённые книги возбуждённо шуршали страницами и цитировали своё содержимое.

– Откуда ты знаешь, как лечить книги? – спросила Фелицита.

Рани как раз замазал последнюю царапину на последней книге.

– Книги – это моя жизнь. Поэтому я тоже хочу написать книгу – о людях. Конечно, если обдумать всё то, что я уже о них узнал она должна получится довольно грустной.

– Однозначно, – сухо прокомментировал Лукас. – Быть человеком – тяжкое бремя.

Фелицита хихикнула.

Рани, казалось, снова не заметил иронии.

– Знаю. Но у тебя есть мы. С друзьями немного легче.

Лукас не ответил, а лишь улыбнулся. Он знал Фелициту, Рани и Пунхи всего несколько часов, но уже успел их полюбить. Они ведь могли его бросить или выдать варку. Но вместо этого они ему помогли и показали себя смелыми и верными товарищами.

– Они слишком возбуждены, – проворчал Рани. – Нам не уложить их спать. Они прожужжат так всю ночь, а завтра их чернила потускнеют.

– Может, рассказать им сказку? – задумалась Фелицита.

– Глупости, – прокомментировал Рани. – У них и так достаточно сказок. Ведь это книги.

– Чары? – предложил Лукас.

– Ага, конечно, отличная идея. – Рани выжал свой хвост. – Чтобы они загорелись.

Лукас покосил глаза на Фелициту, но эльфийку, казалось, слова Рани не задели. Она ведь только что спасла их всех, отправив варка с помощью сложных чар в мир снов.

– А как усыпляют человеческих детей? – спросил Рани с любопытством.

– Мы поём им песню, или же они считают овец.

Все три обитателя Шепчущего леса посмотрели на него как на сумасшедшего.

– Что считают? – переспросил Рани.

– Овец. Это такие пушистые животные.

– Зачем? – поинтересовалась Фелицита. – Это волшебные животные, способные усыплять?

– Можно и так сказать.

– Хм. – Рани уже усердно что-то строчил в своей книжечке. – Имеют волшебных овец. Но у нас ничего такого нет.

– Тогда, может, песню? – предложила Фелицита. – Лукас, спой.

– Кто, я?

– Это разве была не твоя идея? – спросил Рани. – Если ты умеешь так хорошо петь, что усыпляешь детей, то и с книгами без проблем справишься.

Лукас про себя пожалел, что просто не промолчал. Теперь придётся петь. Уж чего он совсем не умел, так это петь. Но ладно, сами напросились.