Тайна зефира в шоколаде - Валерий Роньшин

— Хорошо то, что хорошо кончается, — на сей раз это уже сказал генерал Пивоваров. — Родина по достоинству оценила наш с вами подвиг. Меня она наградила орденом. — Генерал любовно погладил большой орден, висевший у него на груди. — Майору Глотову Родина присвоила звание полковника. А вам, ребята, Родина объявляет… благодарность! Молодцы, просто молодцы! — Пивоваров пожал нам с Володькой руки. — Правда, полковник, они молодцы?!

— Так точно, товарищ генерал, — с готовностью подтвердил Глотов.

— А от нашего управления и от себя лично, — продолжал Пивоваров, — хочу вручить вам памятные сувениры… Ирочка, принеси, милая, — распорядился он.

Ирочка тут же принесла старинную скрипку и отдала ее генералу. Пивоваров передал скрипку Воробью.

— Держи, сынок. Играй на здоровье.

Володька с недоумением повертел скрипку в руках, прочел что — то на боку и вдруг побледнел. Затем покраснел. И снова побледнел.

— Это же… это… — Голос его дрожал. — Скрипка Паганини.

— Она самая, сынок, — подтвердил генерал Пивоваров, — не сомневайся.

— Но она же хранится в Италии, — лепетал Воробей. — В сейфе.

— Хранилась в Италии, — уточнил Глотов.

— Мы с итальянцами поменялись, — пояснил Пивоваров. — Они нам скрипку Паганини, а мы им балалайку Петра I. Все по — честному.

— А можно мне на ней… поиграть? — с придыханием спросил Володька.

— Да хоть гвозди заколачивай, — сказал генерал. — Она теперь твоя, сынок.

Воробей благоговейно заиграл. Генерал с полковником, сделав задумчивые лица, стали в такт музыке покачивать головами.

— Да — а, — широко зевнул Пивоваров, когда Володька закончил, — музыка — это… э — э… Одним словом — облагораживает. Верно, Глотов?

— Так точно, товарищ генерал, — откликнулся полковник. — Еще как облагораживает.

— А где сувенир для Эммы? — обратился Пивоваров к Ирочке.

— Так ведь у нее не сувенир, — ответила секретарша, — а сюрприз.

— Ах да, — вспомнил генерал. — Тебе, дочка, — сюрприз. Завтра узнаешь какой… Ну — с, дорогие друзья, а теперь хочу сообщить вам печальное известие. — Пивоваров погрустнел. — Я ухожу на пенсию. Приказ уже подписан. Сейчас я вам представлю нового начальника Управления внешней разведки генерала Сундукова. Прошу всех встать.

Мы встали.

Массивные двери отворились, и в кабинет вошел… господин Сундзуки.

— Прошу всех сесть, — пропищал он.

Мы сели.

— Господин Сундзуки, — не удержалась я, — вы же говорили, что работаете на секретную службу Японии.

— Работаю, — нимало не смутившись, ответил он. — А теперь буду еще работать на секретную службу России. Там за Йены, здесь за рубли. Двойная выгода получается. — Мутант захихикал, потриая крошечные ручки.

— Я хочу кое — что объяснить, — сказал генерал пивоваров, — но это строго между нами. Дело в том, что генерал Сундуков и суперагент Ф—17 — одно лицо.

— Как?! — ахнула я. — Вы — Ф—17?!!

— Да, — скромно потупил глазки господин Сундзуки. — Я — Ф—17.

— Ой, послушайте, — заторопился Володька, — тогда вы должны знать, сколько на самом деле существует Дженни Ли: семь или восемь?

— Увы, мой юный друг, — развел ручками господин Сундзуки, — Дженни Ли существует в единственном экземпляре.

— Этого не может быть! — воскликнула я. — Как она в таком случае очутилась в Питере, уехав в сторону Ростова?!

— Очень просто, дочка, — ответил за мутанта генерал. — Ты перепутала машины. И преследовала вовсе не Дженни Ли, а торговца наркотиками Шевякова, давно и безуспешно разыскиваемого органами милиции. Когда Шевякова арестовали в Ростове, весь багажник его автомобиля был забит героином. Поэтому он от тебя и удирал.

Я обескуражено почесала нос.

— Не расстраивайся, Эмма, — дружески подмигнул мне господин Сундзуки, — как у нас в России говорят: "И на старуху бывает проруха".

Но воробей не собирался так просто сдаваться.

— Тогда как вы объясните, что ваши люди следили за Дженни Ли в школе? — запальчиво спросил он.