Ворона в сети - Наталия Кузнецова

Только Наташка Тихонова, встретившись с ней в коридоре, её нисколько не пожалела, а заметила походя:

– Что это с тобой? Выглядишь как бледная макаронина. Поссорилась с мальчиком, да?

Лёшка, не удостоив её даже взглядом, прошла мимо молча, а Наташка ей вслед хихикнула.

Уроков у Лёшки в этот день было мало, и домой она пришла раньше Ромки.

Открыв свой аккаунт, Лёшка увидела, что лайки под её кадром с вороной, как и предвидел Ромка, пошли на убыль, и в друзья набиваться стало меньше парней. После этого она заглянула на страничку Наташки и просмотрела не только её новые, но и старые фотографии, и задержала взгляд на одной из них, двухлетней давности, на которой был запечатлён весь их класс.

Наташка белозубой улыбкой сверкала в центре, рядом с Антоном Матвеевичем, а с другого её боку сидел Артём. Над ними возвышался отчего-то насупленный Ромка. Интересно, Артём сам к Наташке подсел или она его подозвала? Вздохнув, Лёшка расстроилась ещё больше, когда увидела под каждым Наташкиным снимком лайк от Артёма.

Вспомнив о Катьке, она решила связаться с ней.

– Лёшка, – закричала она, – куда ты пропала, почему не отзывалась ни вчера, ни позавчера?

– Ой, Катенька, с нами было такое!

Лёшка подробно рассказала Катьке обо всём, что с ними случилось за то время, что они не общались. И о походе в картинную галерею, и о поездке в посёлок со старинной усадьбой, и о страшных пещерах: о том, как в них случился обвал, и они с Ромкой бродили в кромешной тьме и искали выход до тех пор, пока не пришло спасение.

Закончив свой рассказ, она горько вздохнула и замолчала, и лучшая подруга принялась её утешать.

– Лёшенька, я понимаю, как тебе было страшно, но ведь это всё уже в прошлом и никогда больше не повторится. Почему ты не радуешься, что тебя тревожит ещё? То, что вы так и не узнали, кто икону украл?

– И это тоже.

– Тогда понимаю. Артём? До сих пор нет известий?

– Нет. Ой, Катенька, кажется, Ромка пришёл, давай созвонимся позже, всё равно он не даст нам толком поговорить.

А Ромка бросил в прихожей прямо на пол рюкзак, поел, полез в интернет и через какое-то время спросил:

– Лёшка, а ты бы в Париж поехать хотела?

Такого вопроса Лёшка не ожидала.

– Конечно, – сказала она, – а почему ты спросил? А, догадываюсь. Наверное, Лиза туда собралась на съёмки?

– Угу, – кивнул Ромка. – Всего на несколько дней. А знаешь, Лёшка, что она написала? Что в Париже на Сене есть мост Мари, который ещё называют мостом влюблённых, и что, оказавшись под ним, надо поцеловать человека, стоящего рядом, загадать желание, и оно обязательно сбудется. Вообрази, что прямо сейчас ты плывёшь под этим мостом, и загадывай.

Лёшка не знала, как выглядит мост Мари, но представила себе реку Сену такой, какой она видела её на фотографиях и картинках, сводчатую арку над ней и себя в белой широкой шляпе и белом платье на лёгком белом кораблике…

– Но рядом со мной никакого человека нет.

– А я? Впрочем, меня ты можешь не целовать, но желание твоё, обещаю, сбудется обязательно.

Лёшка недоверчиво хмыкнула, но про себя прошептала: «Только бы у нас с Артёмом было всё хорошо, только бы мне поскорее его увидеть!»

– Загадала? – дёрнул её за руку брат. – Какое?

– Не скажу.

– И не надо. Оно всё равно исполнится.

– Когда?

– Очень скоро.

– На Новый год?

– Что ты! Гораздо раньше.

«Раньше оно никак не может исполниться, Артём ведь только зимой прилетит», – подумала Лёшка и отвлеклась на звонок.

– Это Женя, – пояснила она и включила громкую связь.

– Папа выяснил, – бодро отрапортовал новый друг, – что в красной футболке у них в отряде ходил Борис Караваев. Но он давно в Канаде живёт, имеет там свою телестудию и процветает. В Москве он не был несколько лет и приезжать пока не планирует.

– Опять прокол, – огорчился Ромка. – Женька, ты приходи к нам вечером, наша мама хочет с тобой познакомиться. Придёшь?

– Приду! – с энтузиазмом воскликнул Женя.

В дверь позвонили, Дик радостно завилял хвостом, а это означало, что пришёл Славка с фотогазетой. Только фотографии от ватмана он отлепил и принёс их в конверте.

Ромка внимательно проглядел снимок, на котором на прощание сфотографировался весь отряд, и насчитал на нём двадцать восемь пар ног – хоть и смазанные, они были видны достаточно хорошо.

– Всё верно, раз в отряде вместе с Марией Андреевной было тридцать человек, значит, двух не хватает точно. Но что это нам даёт без красной футболки? – разочарованно сказал он. – Подтверждает только то, что не Павел, а кто-то другой взял икону, а это мы и так знаем.

Затем Ромка позвонил Анне, попросил её поторопиться с оцифровкой плёнки Славкиной бабушки, на что она ответила: «Постараюсь», – и снова куда-то поехал с Пономарёвым. Лёшка уже перестала его спрашивать, что у него за дела с Олегом, хотя её по-прежнему это очень интересовало.

А вечером, когда Ромка вернулся и родители тоже, к ним пришёл Женя. С собой он принёс небольшой аквариум, со словами: «Это тебе», – вручил его Лёшке и смело погладил грозного Дика.

На звонок вышла Валерия Михайловна, и дети познакомили её со своим новым другом.

– Очень приятно, – благосклонно сказала она и перевела взгляд на аквариум. – Это что?

– Это рыбки. Надеюсь, они вам беспокойства не причинят? – очень вежливо спросил Женя, чем окончательно расположил к себе маму.

– Не причинят, это же не ворона, – сказала она и одарила его улыбкой.

Лёшка посмотрела на рыбок. Маленькие, красные, жёлтые и даже зелёные, они метались среди растений так быстро, что приходилось бегать за ними глазами.

– Это не гуппи! – сдвинула она брови.

– Не гуппи, – подтвердил Женя. – Это данио рерио.

Вслед за ней он прошёл в её комнату, установил над аквариумом освещение, которое тоже принёс с собой, включил его и попросил выключить верхний свет.

Лёшка щёлкнула выключателем, и рыбки, переливаясь, загорелись, словно маленькие фонарики.

– Как это? Почему? Они сверкают, переливаются! Первый раз таких вижу.

– Я подумал, – немного смущаясь, пояснил Женя, – что раз мы флюоресцирующую пещеру не осмотрели, то пусть у тебя дома хотя бы рыбки флюоресцируют.

– Интересно, – сказал забежавший к ним Ромка. – И откуда они взялись? У Славки все данио полосатые.

– А это не простые данио, а трансгенные, то есть генетически модифицированные, но ухаживать за ними так же легко, как и за обычными. При специальном, вот таком, освещении они по-особому светятся. Тебе нравятся? – спросил Женя у Лёшки.