Кладбище кукол - Валерий Роньшин

— Никак нет! Мы желаем их вам продать.

— Прода-а-ть?.. — сердито засопел квадратным носом Брюховицкий. — Нет, милейший, покупать их у вас я не намерен. Это вы должны заплатить за то, что мы похороним ваших кукол.

— Тогда прощайте! Айда, Боря.

Капитан с девчонками двинулись к выходу.

— Стойте, стойте… — поспешно закричал им вдогонку Брюховицкий. — Ну хорошо. Сколько вы за них хотите?

— Десять долларов за куклу.

— Когда можно будет получить товар?

— Завтра.

— О’кей. Завтра и оформим сделку. — Брюховицкий пристально посмотрел треугольными глазами на Кипяткова. — А ты — малый не промах.

— Так точно! — в очередной раз рубанул капитан.

На этом разговор закончился. Кипятков с девчонками вышли из кабинета. Чижикова-с-Рыжиковой сразу же открыли коробочку с мухами. Мухи, радуясь свободе, разлетелись во все стороны. Итак, под обличьем Брюховицкого скрывался кто угодно, но только не Вальтер.

Когда они вышли на улицу, капитан доложил об этом майору.

— Молоток, Жора, — похвалил его Гвоздь, — ловко с вагоном кукол придумал.

— Рад стараться, товарищ майор! — вытянулся капитан по стойке «смирно».

— И с продажей тоже ловко ввернул. Значит, он согласился купить у тебя целый вагон кукол?

— Так точно! По десять долларов за штуку.

— Вот так номер, чтоб я помер! Покупать куклы, чтобы потом зарыть их на кладбище…

— Причем старых кукол, — уточнил Кипятков.

— Да, да, старых… — задумчиво повторил Гвоздь.

— Товарищ майор, может, его арестовать и допросить?

— Пока не стоит, Жора. Ты лучше «жучок» [7] в офисе поставь.

— Слушаюсь, товарищ майор!

— Я уже поставил… — вдруг вклинился в разговор мужской голос.

— Кто это говорит?! — одновременно воскликнули майор с капитаном.

— Частный детектив Тюхин-Матюхин! — представился голос.

— Майор Гвоздь! — представился в ответ майор.

— Капитан Кипятков! — не отстал от начальства капитан.

— Рад знакомству, детектив, — продолжил Гвоздь. — Я, кстати, заходил в вашу контору в Москве. Секретарша мне сообщила, что вы проводите расследование в другом городе.

— Как видите, она не соврала.

— Но и всей правды не сказала. Она ведь наверняка знала, в каком именно городе.

— Разумеется. Но я попросил ее держать это в тайне. Для конспирации…

— Почему же вы теперь решили расконспирироваться?

— Угадайте, Петр Трофимыч, — с хитринкой ответил детектив.

— Зябликов — ты что ль?! — радостно вскричал майор.

— Я!

— Вот так номер, чтоб я помер! — Гвоздь расхохотался. — Так ты теперь — Тюхин-Матюхин?!

— Ага! — хохотал и детектив.

— Ну и фамильицу ты себе придумал, Сева. Тоже для конспирации?

— А для чего ж еще? За мной ведь ФСБ не стоит, как за вами. Нам, частным сыщикам, на свой страх и риск приходится действовать.

— И что тебе удалось выяснить?

— Судя по всему, Петр Трофимыч, нечистая сила готовит в Волочке ба-а-льшую гадость.

— Я тоже так считаю, — сказал Гвоздь.

— И я, — вставил Кипятков.

— А фирма «АНАТАС»… — начал Тюхин-Матюхин.

Майор перебил:

— Сева, ты это Жоре расскажи, а то у нас с адмиралом срочное дельце появилось…

— С каким адмиралом?

— Жора объяснит. До встречи.

Гвоздь отсоединился.

— Вы где находитесь? — спросил капитан у детектива.

— Рядом с вами.

Кипятков оглянулся. Слепой нищий ему залихватски подмигнул.

И вот они уже сидели в вегетарианском кафе: капитан, детектив и девчонки. Тюхин-Матюхин, с аппетитом хлебая свекольник, рассказывал:

— Сперва я думал — плевое дельце. А когда приступил к расследованию и сел госпоже Терезе на хвост, понял — дело-то серьезное и к тому же опасное. Начала со мной всякая чертовщина твориться: днем повешенные по углам мерещатся, ночью — кошмары снятся…

— Прямо как у адмирала Налимова, — заметила Чижикова.

Рыжикова не принимала участия в разговоре. Она во все глаза Пыжикова смотрела на Тюхина-Матюхина и никак не могла насмотреться. Он ей казался таким классным, таким крутым… В общем, чего уж тут скрывать — влюбилась в него Рыжикова по самые уши.

— Значит, вы нам в Комарово не звонили? — уточняла Чижикова.

— Нет, не звонил.

— И у бара вас не убили?

— Как видите, жив-здоров. — Детектив залпом осушил стакан с капустным соком.

— Выходит, это была наведенка, — сделал вывод Кипятков. — Но почему же тогда Алиса Моллард не попыталась вас ликвидировать по-настоящему, раз вы сели ей на хвост?

— Еще как пыталась! Поэтому мне и загримироваться пришлось, когда я сюда за ней отправился.

— Так она здесь, в Волочке?! — воскликнул капитан.

— Да, — кивнул детектив. — Она меня и вывела на фирму «АНАТАС». А сама как в воду канула.

— Скорее всего ведьма теперь в одном из наших тел, — предположила Чижикова.

— Вряд ли. Вас, девчонки, я бы сразу узнал.

— А Вальтера вы тут не встречали? — спросил Кипятков.

— Нет, не встречал.

— А Соню Пардон?

— Ту дамочку, что в «Веселом могильщике» пела? — припомнил Тюхин-Матюхин рассказ девчонок.

— Так точно! А потом еще Телевицкого охмурила.

— Как она выглядит?

Капитан описал.

— Да, я ее видел, — сказал детектив. — И не раз. Она жена Брюховицкого.

— Вот так номер, чтоб я помер! — ввернул Кипятков поговорку своего начальства. — А сам, Сева, удалось подслушать, о чем они говорят?

— Удалось-то, Жора, удалось. Да только я ни черта не понял. Они, когда вдвоем остаются, болтают на какой-то тарабарщине.

— Может, иностранный язык?

— Не похоже. Именно — тарабарщина. Типа: «Мурык бурык турык». — В каждом слове окончание «ык».

— Прямо как наш «секретный» язык, — мысленно сказала подружке Чижикова. — Только у нас «ик», а у них «ык».

— Угу, — отозвалась та, продолжая с обожанием смотреть на Тюхина-Матюхина.

Детектив продолжал:

— Они у себя дома на той же тарабарщине разговаривают…

— Вы им и в квартиру «жучок» поставили?