Повнимательнее, Картер Джонс! - Гэри Шмидт

«Флай-слип» – позиция полевого игрока в крикете. Флай-слип стоит дальше, чем обычный слип. Его задача – ловить так называемые «глубокие мячи», чтобы противник не набрал несколько очков сразу.

Шла последняя неделя перед матчем. В среду после тренировки меня встретил Дворецкий и отвез домой на Баклажане. Тренировка была напряженная: мы с Челлом подавали поочередно, а в свободное от подач время я отбивал мячи, перебегал между калитками и играл в поле на позиции слипа. Устал так, как только может устать крикетист из команды «Индия», и не сказать, чтобы очень уж предвкушал прогулку с Недом вокруг квартала. И потому, когда мы въехали в ворота и я увидел на крыльце Энни с Недом на поводке, у меня мелькнула мысль, что, может быть, в жизни все-таки есть справедливость.

Но Дворецкий был другого мнения.

– Молодой господин Картер сопроводит Неда, – сказал Дворецкий, когда мы вылезли из машины.

– Я не против его выгулять, – сказала Энни.

Я посмотрел на Дворецкого.

– Я согласен.

– Я могу его выгулять, – сказала Энни.

– Она может его выгулять, – сказал я.

– Как правило, мисс Энн, молодые леди не…

Энни уперла руки в боки и посмотрела на Дворецкого Супервзглядом. Правда-правда.

– Мистер Боулз-Фицпатрик, мы живем в Америке.

Он посмотрел на нее. На меня. И опять на нее. И, наконец, сказал:

– Да, мы в Америке. Мы оба сопроводим вас.

Я-то надеялся совсем на другое.

Но мы пошли ее сопровождать.

Наверное, со стороны это была просто умора: три человека выгуливают одну таксу мимо зелено-бурых азалий Кечумов, мимо зелено-бурых рододендронов Бриггсов, мимо зеленого падуба Роккаслов с россыпью красных ягод, мимо засохших петуний Кертджи; доходят до ворот Билли Кольта и ждут, пока Нед сделает свои дела, а потом еще ждут у лилейников – уже пожелтевших, конец октября все-таки, – пока Нед делает то, что ему позарез надо сделать.

А пока Нед делал то, что ему надо было сделать, Энни посмотрела на меня и спросила:

– Папа не вернется домой?

Меня начало мутить. Казалось, вот-вот стошнит. Как будто я такса.

– Мама говорила с тобой о папе? – спросил я.

– Он не вернется? – опять спросила Энни.

– Ты лучше поговори с мамой, – сказал я.

– Молодой господин Картер, – сказал Дворецкий. Таким голосом, который слышишь разве что в тихих снах. – Мисс Энн задает своему старшему брату вопрос.

Я посмотрел на Дворецкого.

– Вы все слили.

– Она просит старшего брата сказать ей правду, – сказал он.

Нед расправился с лилейниками.

В Голубых горах в Австралии вы бы даже не обратили внимания на лилейники наподобие тех, которые растут у ворот Билли Кольта. В Голубых горах в Австралии у всех растений здоровенные листья, и все они затеняют друг дружку, и с них все время капает вода, потому что то и дело случаются тропические грозы, и заросли там такие густые, что вряд ли продерешься, даже если попробовать. Такие густые, что под ними почти не видно земли.

В Голубых горах в Австралии Нед потерялся бы в один момент, едва сойдя с тропы. И как знать, что за змеи шуршат в низкой траве, поджидая его? В Голубых горах в Австралии почти все змеи, поджидающие, пока ты сойдешь с тропы, ядовиты. Один укус – и ты не успеешь добраться живым до домика лесника. Просто не доживешь, и точка.