Как Гитлер украл розового кролика - Джудит Керр

Анна отодвинулась от трубы и почувствовала, что краснеет.

Слова Анны, казалось, ошеломили бабушку Сару. Затем лицо ее сморщилось, и она издала звук, напоминавший нечто среднее между хрипом и смешком.

— Совершенно верно! — закричала она, и в ее черных глазах заплясали огоньки. — Твоя мама совершенно права. Но что ей делать, а? — бабушка Сара кивнула маме. — Какой у тебя забавный ребенок! Чудесный забавный ребенок! — и с неожиданным проворством поднявшись со стульчика, добавила: — Сейчас мы пойдем и выпьем чаю. Там несколько старых дам играют в бридж, но я от них скоро избавлюсь.

И она почти бегом устремилась в гостиную.

Старые дамы, с удивлением заметила Анна, выглядели гораздо моложе бабушки Сары. Их было около двенадцати, все в элегантных платьях и изысканных шляпках. Они закончили играть в бридж — Анна догадалась об этом, потому что ломберные столики были придвинуты к стене — и теперь пили чай, угощаясь крошечными печеньями, которыми обносила их горничная с серебряным подносом.

— Они приходят каждый четверг, — прошептала бабушка Сара по-немецки. — Бедные старушки, им больше нечего делать! Но они очень богаты и жертвуют на моих нуждающихся детей.

Анна едва справилась с удивлением, вызванным видом гостий бабушки Сары. Но представить ее в окружении нуждающихся детей — вообще в окружении каких бы то ни было детей — было совсем невозможно. Однако у Анны особенно не было времени размышлять: бабушка Сара громко представила их с мамой:

— Моя племянница и ее дочь, приехали из Германии! — закричала она по-французски, но с сильным немецким акцентом. — Скажи «бонгжюр», — прошептала она Анне.

— Bonjour, — сказала Анна.

Бабушка Сара восхищенно всплеснула руками:

— Вы только послушайте этого ребенка! Она в Париже всего каких-нибудь несколько недель и уже говорит по-французски лучше, чем я!

Анне было бы трудно сохранить о себе хорошее впечатление, когда одна из дам попыталась вовлечь ее в разговор. Но бабушка Сара спасла положение, заявив громовым голосом:

— Я не видела племянницу несколько лет. Я бы хотела поговорить с ней наедине.

Тут дамы торопливо допили свой чай и начали прощаться. Пожимая руки бабушке Саре, они бросали деньги в ящик, который та протягивала им, и за это бабушка Сара благодарила их. Анна все гадала, сколько нуждающихся детей у бабушки Сары. Наконец горничная проводила всех гостий в прихожую, и они ушли. Стало хорошо и тихо. Но Анна с сожалением заметила, что серебряный поднос с маленькими печеньями исчез, и горничная собирает пустые чашки и уносит их из комнаты. А ведь бабушка Сара обещала, что они будут пить чай!

Бабушка и мама сидели на диване, и бабушка рассказывала про нуждающихся детей. Оказывается, это вовсе не ее дети. Просто она занимается благотворительностью и собирает пожертвования. Анна, которая успела нарисовать себе в воображении бабушку Сару в окружении загадочных маленьких оборвышей, испытала разочарование. Она то и дело ерзала на своем стуле. Бабушка Сара, должно быть, это заметила и прервала беседу.

— Ребенку скучно. Ребенок проголодался, — воскликнула она и обратилась к горничной. — Старые дамы ушли?

Горничная ответила утвердительно.

— Тогда можешь накрыть стол к чаю по-настоящему! — велела бабушка Сара.

Спустя несколько мгновений горничная вернулась, с трудом удерживая поднос со сладкими пирогами пяти или шести видов (а еще с сэндвичами и печеньем), чайником свежезаваренного чая, шоколадом и взбитыми сливками.

— Люблю пироги, — заявила бабушка Сара, заметив удивленный взгляд мамы. — Но нет никакого смысла предлагать их тем старым дамам. Все они сидят на диете. Поэтому я подумала, что лучше нам выпить чаю после того, как они уйдут.

С этими словами она плюхнула на тарелку большущий кусок яблочного пирога, намазала его взбитыми сливками и протянула Анне.

— Ребенок нуждается в хорошем питании!

За чаем бабушка Сара расспрашивала маму о папиной работе и о квартире, в которой они живут. Иногда маме приходилось повторять свои ответы в слуховую трубу. Мама с юмором рассказывала об их жизни, но бабушка Сара то и дело качала головой, приговаривая:

— Ну что за жизнь… Такой благородный человек… Она читала все папины книги и покупала «Парижанин» специально ради папиных статей. Время от времени бабушка Сара поглядывала на Анну.

— Ребенок совсем отощал, — и подкладывала еще кусок пирога.

Наконец, когда никто уже не мог больше съесть ни крошки, бабушка Сара поднялась из-за стола и своей обычной энергичной походкой двинулась к двери, поманив за собой маму и Анну. Они прошли в другую комнату, сплошь заставленную картонными коробками.

— Вот, взгляните! — сказала бабушка Сара. — Все это я собрала для моих нуждающихся детей.

В коробках лежали куски ткани разных видов и всех возможных цветов.

— Одна из моих старых дам замужем за фабрикантом. Его предприятия производят текстиль. Он очень богат и отдает мне остатки материалов, которые ему не нужны. Я подумала: почему бы не использовать один отрез для твоего ребенка? Это ведь для нуждающихся детей. А она, безусловно, нуждающийся ребенок.

— Нет-нет, — испугалась мама. — Я не думаю… Я не могу…

— О, какие все гордые! — заметила бабушка Сара. — Ребенку нужна новая одежда. Почему бы не взять для нее отрез?

Она порылась в одной из коробок и вытащила оттуда кусок шерстяной ткани замечательного зеленоватого оттенка.

— Вот, как раз на пальто. А тут и на платье хватит и, возможно, на юбку.

И в скором времени на кровати бабушки Сары образовалась груда ткани. А когда мама снова попробовала отказаться, бабушка Сара воскликнула:

— Какая ерунда! Или ты хочешь, чтобы полиция арестовала ребенка за то, что она демонстрирует всем свои панталоны?

Тут мама, которая вообще-то протестовала не очень убедительно, рассмеялась и согласилась. Горничную попросили все как следует упаковать. И когда пришло время расставаться с бабушкой Сарой, у мамы и Анны в руках оказалось по большому свертку.

— Спасибо! Спасибо огромное! — крикнула Анна в слуховую трубу бабушки Сары. — Я всегда хотела зеленое пальто!

— Надеюсь, твое желание исполнится! — крикнула бабушка Сара в ответ.

Мама с Анной вышли на улицу. Было уже темно. Всю дорогу домой они говорили о ткани и о том, что из нее можно сшить. А как только добрались до дома, мама тут же позвонила мадам Фернан. Та обрадовалась и сказала, чтобы в следующий четверг они все приносили к ней — будет настоящий праздник шитья.

— Как здорово! Не могу дождаться папы! Хочу все ему рассказать! — воскликнула Анна.

Наконец папа пришел. Захлебываясь от возбуждения, она все ему рассказала.

— У меня теперь будет и пальто и платье, — тараторила она. — Это все для нуждающихся детей. А бабушка Сара сказала, что я нуждаюсь не меньше других. И она так вкусно нас угощала…