Три кило веселья - Валерий Гусев

Постепенно в парке все затихло. Доносились иногда детские крики и собачий лай. А иногда женские голоса, созывающие разбежавшихся детей и собак.

Я подгреб ногами листья в ямку возле дерева, мы улеглись и стали ждать Томаса. Листва с деревьев уже почти вся облетела, дергались только от ветерка на кустах последние жухлые листочки – видимость была отличная.

Сначала было ничего, терпимо. Потом стало скучно. Потом холодно.

Алешка вдруг завертелся, привстал:

– Дим, на минуточку. В сторонку отбегу.

Не терпится ему! Нашел время!

Алешка отбежал за дерево и исчез. Довольно надолго, я даже заволновался. А он появился так же неожиданно, как и исчез. Плюхнулся, немного запыхавшись, рядом со мной и сказал с облегчением:

– Порядок!

– Живот схватило? – спросил я с сочувствием.

Алешка не ответил, только странно взглянул на меня.

И тут вдруг Вася каркнул – раз.

– Томас идет, – шепнул Алешка.

– Ага, идет, – отозвался я, стуча зубами. – Скорей бы уж.

Каркнуло еще раз. И еще три раза.

– Целая команда идет, – шепнул Алешка. – Он не один. Он один боится.

Но тут сверху донеслось:

– Не боись, это не я каркал. Это тут ворона присоседилась. Щас я ее шугану.

Треск обломанной ветки, шелест высохшей листвы, стук палки по стволу, шепот: «Кышь, поганка!»

Ворона опять каркнула и улетела в глубь парка.

И тут же каркнул Вася. На этот раз по-человечески. Кто-то подошел к тайнику.

– Ку-ку, ку-ку!

– Два мужика, – сказал Алешка.

– Один, – возразил я. – Два «ку-ку» – один мужик.

Тут ворона каркнула во все воронье горло. Три раза.

– Взяли или положили? – повернулся ко мне Алешка. – Я что-то с этой птичьей азбукой запутался.

Тут с дерева рухнул Вася и горячо зашептал:

– Мужик. Один. Взял дуплет из пакета… то есть пакет из дупла. Пошел в город.

– Так бы и сказал, – проворчал я.

– Ку-ку! – сказал Алешка и помчался по тропинке. Обернулся и сказал: – Кар-р!

Томас торопливо шагал по тропке, задевая плечами кусты, сбивая с них последние в этом году листья. Пакета в руках у него не было – наверное, за пазуху засунул.

Мы следили за ним издалека. Да он и не обратил бы на нас внимания – мало ли пацанов в это время по парку шляется. Алешка даже вприпрыжку тихонько напевал: «Раз ку-ку, два ку-ку, оба шлепнулись в муку».

На выходе из парка Томас огляделся, пошарил в кустах и вытащил оттуда другой плащ – светлый, с поясом. Быстро переоделся, а зеленый плащ сунул под дерево. И шляпу бросил туда же. Вместо нее надвинул на лоб черный берет со значком.

Удерет ведь, беспокоился я. Вместе с наградами нашего адмирала. Эх, был бы сейчас мобильник. Или тот приборчик, который папа оставил адмиралу. Как бы он сейчас пригодился.

А Томас шел все быстрее и быстрее. Видно, сильно нервничал.

Он перескочил канаву, пересек дорожку. Кругом – ни души. Никто нам не поможет.

– Говорил я тебе, – обругал я Алешку, – надо было забрать ордена. Ну кто его теперь задержит? Да еще с поличным.

– Кто надо, – спокойно сказал Алешка.

– Откуда они возьмутся? Они его потеряли.

– Он сам их вызовет, – ляпнул мой брат Алексей. – «Оба шлепнулись в муку».

Да, подумал я, перетрудился малец.

Томас тем временем миновал трансформаторную будку и вышел к магазину, где он оставил свою зеленую «девятку».

Все, сейчас сядет и уедет. А на соседней улице остановится и – «Раз ку-ку!» – пересядет в другую машину. Или на этой – «Два ку-ку!» – номера сменит.

«Оба шлепнулись в муку!»

Томас еще за несколько шагов до машины вытащил из кармана плаща брелок, направил на нее, пикнул. Но машина не отозвалась. Не пикнула в ответ, не мигнула фарами.

Он нажал кнопку еще раз – тот же результат. Вернее – никакого результата. Томас лихорадочно начал шарить по карманам в поисках обычных ключей. Но было уже поздно!

Из толпы покупателей откуда ни возьмись возникли конкретные парни. А та самая тетка с сумками оказалась дядькой с наручниками. Томас попал в крепкие руки. И никто, кроме нас с Алешкой, этого даже не заметил – так было чисто и профессионально проведено задержание.

Со стороны: трое приятелей обнялись, похлопали друг друга по плечам, сели в машину и уехали.

Алешка посмотрел им вслед и каркнул. Другая тетка с сумкой, настоящая, шарахнулась от него в сторону и сказала: «Хулиган!»

А он вовсе не хулиган. А даже совсем наоборот. Если бы у вас, тетенька, был такой сын, вы бы гордились им так, что об этом знала бы вся наша страна. И ближнее зарубежье…