Запретный камень - Тони Эбботт

– Кажется, меньше, чем через час.

Вейд прошел по вагону.

– Хватит надеяться на удачу. Подождем, пока поезд сбавит скорость, спрыгнем и где-нибудь спрячемся. Вагон последний, так что никто не заметит.

Даррел скептически хмыкнул.

– Значит, это твой план? Спрыгнуть с поезда?

Но Вейд точно знал – сейчас или никогда. Поезд только что промчался по мосту, но больше не разгонялся. Неужели станция уже рядом?

– Да, именно! – решился Вейд.

Он открыл дверь и вышел на платформу. Если посмотреть на деревья вдалеке, то покажется, будто состав еле ползет, а если взглянуть на рельсы, наоборот – мчится на сумасшедшей скорости. Эйнштейн вроде даже как-то обозначил это явление. Но вот как – времени вспоминать точно уже нет.

– Кто первый?

– Ты первый, – выпалила Лили. – Если не убьешься, пошлем следом Даррела. А если и он не убьется, то, так и быть, мы с Беккой тоже спрыгнем. Да, Бек?

– Да, Лили, – ответила та.

Вейд хмыкнул:

– Ну что, круто.

Состав медленно тормозил. Левый откос железнодорожного полотна покрывала густая трава. Вейд спустился на нижнюю ступеньку и, схватившись за лямку рюкзака, прыгнул, ударился о твердую землю и, дважды перевернувшись, откатился в сторону. Оглянулся. Поезд продолжал тормозить. Ну, давайте же! Следом, обхватив сумку руками, прыгнула Бекка. Немного неуклюже, но в целом – удачно. Лили с Даррелом спрыгнули вместе. Даррел даже не упал – приземлился на полусогнутые, Лили прокатилась немного и замерла.

Вейд поднялся. Рука отозвалась резкой болью, но, когда он сломал ее на бейсболе, было хуже. Пошевелил – терпимо. Переживет.

– Вы в порядке?

Друзья что-то невнятно буркнули и подковыляли к нему – уже хорошо. Поезд проехал еще с полмили и после очередного поворота скрылся за деревьями. Тут же раздались два коротких гудка и протяжный скрип тормозов.

– Увидят, что мы смылись, и начнут прочесывать местность. Надо убежать подальше, – сказала Бекка.

– Прочесывать местность, – повторил Даррел с улыбкой. – А ты, случаем, не шпионка?

– Тише!

Вейд пытался уловить стук колес отходящего от станции поезда, но бесполезно.

– Обычно поезда недолго стоят. Думаю наш еще там. Надо посмотреть, что происходит.

Лили взглянула на Вейда:

– Это опасно.

– Опасно, но они еще не знают, где мы. И нам же будет лучше, если мы посмотрим, что там происходит.

– Будем шпионить за шпионами? – уточнил Даррел.

– Будем.

И, не дожидаясь ответа, Вейд рванул бежать сквозь заросли травы. Хорошо, если остальные побегут за ним. А если нет? Это будет уже совсем по-дурацки. Но – ура! – все бегут следом.

Спрятавшись за деревьями, они наблюдали за тем, что происходит на станции. Черный джип и две полицейские машины уже стояли на платформе. Трое амбалов и красномордый отирались рядом. Тот, которого выкинули из вагона вслед за камертоном, еле выполз из полицейского автомобиля. Размахивая здоровой рукой с зажатым в ней серебристым камертоном, он что-то объяснял и показывал на рельсы. Остальные, похоже, внимательно его слушали и кивали. Наконец один из этих ублюдков вернулся в вагон, а остальные уехали. Поезд тронулся.

– Ну и что мы выяснили, уважаемый профессор Вейд? – съехидничала Лили.

Вейд перевел дыхание.

– Они оставили своего человека в поезде, а значит, думают, что мы можем скрываться там. И это хорошо. Они в курсе, что мы направляемся в Болонью, ведь я сдал всех по глупости…

– Да мы все себя сдали, – перебила его Бекка.

Вейд улыбнулся и продолжил:

– Спасибо. Но они еще не знают, что в склепе мы нашли кинжал, так что им ничего не известно ни про Ахилла Мароццо, ни про фехтовальную школу. Если мы не будем дураками, то доберемся туда без особых проблем. Ну и папина знакомая нам поможет.

– Ладно. Мы выяснили достаточно. Согласна, – сдалась Лили.

– Только, все еще у этих уродов на крючке, – добавил Даррел.

Бекка кивнула:

– А дальше что? Как мы попадем в Италию?

– Для начала найдем на чем можно доехать, не привлекая внимания, – ответила Лили. – Даррел, пойдем со мной. А вы тут подождите. Двое не так подозрительно выглядят, как четверо.

– Хорошо, – согласился Вейд.

И, глядя в спины уходящих друзей, поймал себя на мысли, что прямо слышит, как Даррел болтает сейчас, не затыкаясь ни на секунду. Ну и хорошо.

Бекка смотрела вслед давно ушедшему поезду.

– Вейд, а мы точно правильно сделали, что уехали одни и оставили твоего отца там? Понятно, что выбора у нас не было, но сейчас еще можно все переиграть. Может, нам стоит вернуться и рассказать все как есть. Обратиться в посольство или в газеты, попросить о помощи. Как-то страшно во все это ввязываться одним.

В ее глазах читалось беспокойство, как и в глазах Вейда.

– Я тоже ничего не знаю. Но папа сказал никому не доверять. Он хотел защитить нас. – Вейд достал кинжал. Его волнистый клинок сверкнул на солнце. – Наследие Магистра. Из-за него уже погибли как минимум двое. И те ублюдки охотятся за ним. Мне кажется, самое важное сейчас – это сохранить кинжал, не позволить им добраться до него.

Впечатляющая речь получилась у Вейда. Но был ли в ней хоть какой-то смысл?

Бекка поймала его взгляд. Затем, помолчав немного, сказала:

– Все верно. Постараемся попасть в Болонью и найти Изабеллу Мерканти. Но как только мы заметим хоть одного урода в черном – сразу бежим в посольство.

Вейд засмеялся:

– Урода в черном, говоришь? Мы же едем в Италию!

– Но ты же понял, о чем я! – Бекка широко улыбнулась.

Разговаривать с Беккой было спокойно и легко. Удивительно, но это отвлекало Вейда от тягостных мыслей об отце и о том, что происходит с ним в Берлине. Очень хотелось верить, что тот громила в поезде блефовал, угрожая: «Если хотеть видеть ваш фатер живой…»

Верить в то, что это блеф, Вейду было необходимо. Иначе, потеряв эту веру, его самого не станет в ту же минуту.

Вдруг со стороны дороги послышался звук мотора – в клубах сизого дыма прямо в их сторону вылетел какой-то автомобиль. Затем сбросил скорость и неожиданно встал на обочине.

Вейд схватил Бекку за руку.

– За деревья…

– Вейд! – заорал Даррел, высунув голову из кабины. – Мы нашли на чем ехать. Фургон из супермаркета!

Водитель выпрыгнул из кабины вслед за Лили и Даррелом и широко улыбнулся.

– Он сказал, что у нас приятные лица, – сообщила Лили. – Так, в общем-то, и есть.