Гость из космоса - Росс Уэлфорд

У меня целая куча вопросов. Где это? Кто остальные люди на этой проекции? Как они туда попали?

В тот же самый миг у меня в кармане жужжит телефон. Я смотрю на экран: Ма. Секунду я подумываю не брать трубку – пусть переключится на голосовую почту, но… она в больнице.

Я прикладываю палец к губам, веля остальным вести себя тихо, и провожу по экрану, чтобы ответить.

– Привет, Ма. – Я изо всех сил пытаюсь, чтобы мой голос звучал нормально, но даже эти три слога получаются какими-то дрожащими.

– Привет, милый. Как ты? – Мамин голос звучит… как обычно. Обычно, не странно из-за лекарств и не замедленно – совершенно не так, как я ожидал, и я чувствую такое облегчение, что невольно улыбаюсь, всего лишь услышав её голос.

– Я в порядке. А ты как?

Она говорит мне, что чувствует себя лучше, но ей всё ещё грустно и она беспокоится, и что врачи рекомендовали ей отдыхать и прописали новое лечение, и я одновременно и слушаю, и отвлекаюсь, потому что Эллиэнн с Игги наблюдают за мной.

– Где ты? – спрашивает Ма.

– Я… эм… я у Игги, – вру я и немедленно начинаю себя ненавидеть за то, что соврал своей маме, которая сейчас в больнице. – Но скоро собираюсь домой.

Пауза.

– Ты у Игги? Но папа пытался до тебя дозвониться. Он звонил маме Игги…

Я смотрю на экран телефона: два пропущенных звонка от Па.

– У меня телефон глючит. Я его в воду уронил. – По крайней мере это правда. – И… эм, мы у Игги на заднем дворе, в его, эм… сарае.

«В его сарае»? Как мне это в голову пришло? По-моему, у Игги даже нет сарая…

– Значит, ты собираешься домой? Хорошо, я скажу твоему папе. Я… я скучаю по тебе, Итан, милый… – Её голос обрывается, и мне кажется, что она отодвигает телефон подальше от лица, и я слышу негромкий всхлип.

У меня в горле встаёт комок размером с мячик для гольфа, потому что я знаю, что Ма старается «быть смелой», когда говорит со мной по телефону. Я хочу сказать: «Всё нормально, Ма, можешь плакать», но не делаю этого, потому что она снова заговаривает – и весьма торопливо, чтобы поскорее отключиться и поплакать.

– Я скоро вернусь домой, Итан, милый. Веди себя славно. Я люблю тебя. Пока.

Она отсоединилась, не успел я даже сказать «Пока» в ответ.

Я кладу телефон в карман, и ко мне подходит Эллиэнн, тщательно принюхиваясь.

– Ты очень успешно лжёшь, – говорит она. – Когда мы лжём, мы можем учуять это моментально. Ты вообще не пахнешь. По крайней мере, ложью не пахнешь.

– Эм… спасибо. Наверное. Слушайте, меня папа искал. Мне надо идти, но… – Я перевожу взгляд на Игги.

– Что мы будем делать? – спрашивает он. Он смотрит сперва на Эллиэнн, а потом на меня, глазами умоляя об ответе.

– Мы фернём её, – ровным голосом говорит Эллиэнн. – Но вы не толжны никому расскассывать. Совсем никому. Это может сорвать весь план.

– У тебя есть план? – спрашиваю я и знаю, что в моём голосе звучат мольба и отчаяние, но мне всё равно.

– О да. У меня есть план. Но его необхотимо хранить в полном секрете.

– Ладно. Конечно. Как скажешь, – говорю я, но выходит слишком легко.

Эллиэнн медленно моргает.

– Возможно, вы не всегда пахнете, когда произносите неправту, – говорит она, – но иногда это очевидно. – Она указывает на меня. – Ты сопираешься рассказать всё своему отцу, как только вернёшься домой, не так ли?

– Нет, я…

– Перестань. Ты сопирался. Конечно, ты сопирался. Люди зависят от своих родителей. Вот только если ты так поступишь, он проинформирует полицию, а полиция проинформирует ваших военных, и я буду неспосопна улететь, и Филипа обнарушат, и это…

– Постой. Кто такой Филип?

– Филип – это то, что вы назвали пы роботом с искусственным интеллектом. Однако прямо сейчас он чинит мой аппарат. Он настолько протвинутый, что если он попадёт ф руки земных людей, последствия будут разрушительными… – Эллиэнн прикрывает глаза, словно изо всех сил задумавшись. – Вы долшны доверять мне.

Мы ничего не говорим.

Могу ли я ей доверять? Есть ли у меня выбор?

– Кое-что ещё, – говорит она. – Моя палка – она кута-то делась. Я уронила её возле дерева, когда та сопака напала на меня. Я толжна её вернуть.

– С этим будет трудно, – отвечаю я и рассказываю, что видел её у младшего Джеффа.

– Это проплема, которую мы должны решить завтра. Я не могу остафить её стесь. – Она говорит это невероятно спокойным и будничным тоном. В смысле, стоит моему Па куда-то задевать ключи – и он уже ругается и хлопает дверями, а здесь всё гораздо серьёзнее, а Эллиэнн даже голос не повысила. Она как будто даже не знает, как паниковать.

Игги указывает на спальное место над прилавком.

– Кровать там. Туалет в дальнем конце. Там же найдёшь питьевую воду. Никуда не уходи. Мы вернёмся завтра в восемь утра. – Эллиэнн непонимающе трясёт головой, и Игги вздыхает. На стене у кассы висят часы. – Смотри, когда длинная стрелка будет указывать прямо вверх, а маленькая… Ой, забудь. Мы придём почти сразу после того, как станет светло. Ладно?

Я хватаю куртку и спешу вниз по холму, пока Игги закрывает огромные входные двери в Пункт Проката Психа Мика.

«У неё есть план», – думаю я.

Это лишь крупица надежды, но крупица надежды лучше, чем отсутствие надежды вообще.