Огненные драконы - Эми Кауфман

Обратно ребята возвращались не в самом веселом расположении духа. Андерс утешал себя тем, что даже если вторая загадка сложнее первой, одну часть артефакта они уже нашли.

Уставшие Рэйна и Эллука подлетели к Дракхэлму на закате и приземлились у подножья горы. Когда драконы превратились в людей, все четверо, убедившись, что путь чист, начали подниматься к воротам главного зала, через которые планировали проскользнуть внутрь.

– Сегодня очень холодно, и дело не только в том, что мы ходили в ледяной воде, – пожаловалась Эллука.

– А я еле соображаю, – посетовала Рэйна. – Хотя с тех пор, как мы вернулись, мне уже лучше.

Андерс забеспокоился: неужели холод наступил из-за Снежного камня? Получается, Хейн не смог придумать очередную отговорку и ему пришлось отдать Сигрид аугментер? Но тогда она сможет напустить на Дракхэлм такой же холод, какой они ощутили в Холбарде.

Подойдя к двери, Андерс обнаружил, что она слегка приоткрыта. Заглянув в щель, он предостерегающе поднял руку, чтобы остальные подождали. От увиденного у него похолодело внутри: за столом главного зала сидели члены Совета драконов, по всей видимости, обсуждающие очередной бесконечный вопрос.

Слово держала Сафира – девушка, которая приходила к ребятам в класс накануне.

– Даже если мы ничего об этом не знаем, кто-то устроил все эти пожары в Холбарде.

– Знать бы кто, я бы того лично отблагодарил, – самодовольно проревел из-за бороды Торстен.

К удивлению Андерса, Валериус неодобрительно посмотрел на пышнобородого – неужели они солидарны не во всем? Возможно, только в большинстве вопросов.

– У нас есть донесения от шпионской разведки, – сказал Валериус. – Они видели пожар в порту и говорят, что огонь точно был драконий – белый с золотым.

– А мы точно знаем, что его не зажгли эти самые шпионы? – спросил сидевший рядом с Сафирой Майлстем.

– Я полностью им доверяю, – ответил Лейф. – Но у нас есть более неприятные новости. – Он поднял стопку бумаг. – Вот тут у меня новый отчет о небольшом пожаре, который случился три дня назад недалеко от города на складе крупного поставщика овощей, снабжающего столовую казарм и Академии Ульфара. И снова говорят о бело-золотом огне.

– А наши шпионы как же? Ничего не знают? – возмутился Валериус.

– И плевать, главное – пусть волки видят, что мы не беззащитные! – проревел Торстен, сам напоминая разъяренного волка.

Тут же поднялся гвалт голосов:

– Ты не можешь…

– Мы должны помнить…

– Волки будут…

Призывая к тишине, Лейф воздел руки к верху, и мало-помалу драконы замолкли.

– Давайте прервемся на ужин. А позже у каждого будет возможность высказаться, мы выслушаем всех.

Когда драконы покинули зал, ребята пробрались внутрь. Последней зашла Рэйна и закрыла за собой дверь.

– Пойду поищу отца, – сообщила Эллука. – Скажу, что весь день была тут и ждала его к ужину.

– Нам тоже надо поесть, – сказала Лизабет.

Набрав еды, троица пошла искать Тео и Миккеля. Пока ребята шли, Андерс размышлял о том, стоит ли говорить Лейфу о своей догадке насчет драконьего огня. Мальчик даже не был уверен, можно ли было устроить при помощи такого маленького пламени большой пожар, и случилось ли это вообще.

Найдя Тео и Миккеля в комнате Андерса и Лизабет, ребята рассказали им о своих дневных приключениях, пока все ждали возвращения Эллуки. Услышав о новой загадке, Тео и Миккель не были сильно поражены и напомнили Андерсу, что даже если она кажется сложной, первую они уже решили, и довольно быстро.

– Лейф сегодня точно что-то подозревал, – заметил Миккель. – Знал, что мы что-то скрываем, но ничего не сказал.

– Мы думаем, он и дальше не будет против наших делишек, – предположил Тео. – Не то что Валериус и Торстен – те, если узнают, шкуру спустят.

– Как, наверное, тяжело Эллуке таиться от отца, – вздохнула Рэйна.

– Уж лучше так, чем всем нам попасть под его немилость, – сказала Лизабет, и возражений не последовало.

Когда вошла Эллука, ребята ломали головы над загадкой.

– Отец так расстроен тем, что ничего нельзя сделать, – с порога выдала она. – Все члены Совета обозлены и подавлены – обсуждают да обсуждают до посинения, а толку никакого. Вечно так продолжаться не может, все это понимают, но слушать друг друга не хотят, – разочарованно сообщила девочка и перешла к другой теме: – Как дела с загадкой, продвинулись?

– Тут сказано, – начал рассуждать Миккель вслух, – «сквозь горную пелену». Пелена – это же что-то, что покрывает, верно? Тогда, может, это облака? Еще написано, что эта пелена холодная как лед, а облака и есть студеные.

– Выходит, надо лететь прямо через облака? – рассуждала Лизабет. – «Вы укрытие это найдете, пройдя сквозь».

– Кажется, так и есть, – согласился Тео. – Я надеюсь, в горы врезаться не придется.

– «Свет в воздухе» – тоже похоже на облака, – присоединился к обсуждению Андерс. – Вам не кажется, что это как-то слишком просто?

– Я не против простоты, – сказала Рэйна. – Меня больше волнует, что значит это непонятное rót. Я такое слово первый раз вижу.

– Наверное, это на другом языке, – предположила Эллука. – Завтра спросим у Брин, может, она знает.

Андерс подумал о всегда дружелюбной ученице-языковеде: возможно, если она растолкует им значение этого слова, его происхождение даст им еще одну подсказку.

Больше этим вечером в решении загадки ребята не продвинулись. Перед сном Андерс еще долго вертел в голове слова четверостишия, пытаясь найти ответ. Остальные наверняка делали то же самое.

* * *

На следующее утро Андерс переписал слово rót из карты на клочок бумаги и, зайдя в класс, подсел к Брин. Не успев заговорить, он заметил, что с девушкой что-то неладно. Всегда уверенная и сильная, сейчас Брин сидела за своим занятием ссутулившись, с низко опущенной головой, прижав локти к телу, а на ее светло-коричневой коже проступила заметная бледность.