Блин - секретный агент - Евгений Некрасов

Он мчался, расталкивая гостей, и видел перед собой только спину Палыча с торчащим из-за нее расплывшимся животом. Набежать, обхватить его сзади и сцепить пальцы в замок. Несколько секунд он продержится. Этого хватит Измятому майору, чтобы все понять, и он придет на помощь!

Бац! Блинков-младший получил нокаутирующий удар в подбородок. В глазах вспыхнули разноцветные круги.

Через долгие полминуты он осознал, что лежит на траве и никто его не бил: подставили подножку или сам споткнулся и полетел с разбега на землю.

Он перевернулся на спину и сел. Подбородок саднило – нокаут был самый настоящий, хотя и не от кулака, а от удара о землю. Голова еще плыла.

– А теперь мы попросим представиться отважных спутников майора Снежко! – громыхал из поднебесья голос старшего Букашина.

Он превращал задержание в шоу. Конечно, офицеры успели рассказать ему, что пришли за опасными преступниками. Но банкир был слишком самоуверен. У него в голове не укладывалось, что на его вилле могут работать фальшивомонетчики. Он решил, что это ошибка, и хотел поиздеваться над тупыми ментами.

Рядом с Блинковым-младшим присела на корточки мать Энни, та самая милосерднейшая наша Наталья Константиновна, которая вправляла вывих Америкэн бою и ругала старшего Букашина за бессердечие.

– Сколько пальцев? – спросила она, быстро махая ладонью у него перед глазами.

– Не мельтешите, – попросил Блинков-младший. – Два.

– Правильно. Можешь встать.

Он встал, опираясь на руку Энниной мамы, и понял, что все прогадил. Нельзя было ни на шаг отходить от Ирки!

Николай с Измятым майором стояли рядом с бабулей. Помимо Блинкова-младшего, только она знала в лицо преступников. Подслеповато щурясь, майор Снежко шарила взглядом в толпе гостей. А тем временем фальшивомонетчики неторопливо уходили к причалу с катером, и самое ужасное – позади них шли Америкэн бой с Иркой!

На преступников работало все. Прикрывавший их отход молодой хозяин виллы со своей гостьей, закатное солнце над озером, бившее бабуле в глаза, и, наконец, лакейские «шапки-невидимки». Майор Снежко не знала, что Палыча и Худышку обрядили в униформу и поставили прислуживать за столом. Ведь это сделали только по случаю парадного обеда с целой сотней гостей.

Мельтешащие гости тоже не облегчали выбора майору Снежко. Особенно потому, что преступников среди них не было.

– Я младший лейтенант налоговой полиции Столетов, – взял микрофон Николай. – Прошу всех сесть и сохранять спокойствие!

Он правильно сообразил, а скорее был так научен. Честные послушаются полицейского и усядутся. Тогда станут видны пытающиеся улизнуть преступники.

Но полицейского не приняли всерьез.

– А почему не Пистолетов? – крикнули из толпы, и сразу же нашелся второй остряк:

– Пистолетов – это Столетов, у которого количество пистолетов равно числу «пи»!

Толпа разбредалась от стола с микрофоном, как будто ее разгоняли гигантской поварешкой. Гости смеялись. Все решили, что это не очень удачный розыгрыш.

Только не нужно думать, что Блинков-младший стоял и слушал эту клоунаду. Нет, он уже сообразил, что микрофон все равно не перекричишь, и кинулся за преступниками! Хотя, честно говоря, «кинулся» – чересчур сильно сказано. Все-таки он еще не вполне пришел в себя после удара. Он бежал длинными прыжками и не был уверен, что бежит прямо. Казалось, земля гарцует под ним, как лошадь. Каждый прыжок почему-то отзывался болью в макушке, а не в ушибленном подбородке.

Худышка уже стоял на причале и не спеша скатывал брезент с кабины катера. Отставший от него шагов на пятнадцать Палыч обернулся всем корпусом и что-то с улыбкой говорил Дэнни. Конечно, болтовня предназначалась для Иркиных ушей. Через руку Палыча была перекинута официантская салфетка. Блинков-младший уже догадался, что под ней скрывалось!

– Прошу всех сесть! – как попка, твердил Николай.

И тут Измятый майор показал столичным штучкам, что такое провинциальный мент-практик.

– Всем лечь! – заревел он, отобрав у Николая микрофон. – На землю! Лицом вниз!

И начал стрелять в воздух.

От неожиданности Блинков-младший споткнулся и снова упал. Он успел сгруппироваться и подставить руки, но это уже ничего не решило. Да, ушибся послабее, чем в первый раз, но время упустил.

Фальшивомонетчики успели раньше.

При первом же выстреле Палыч схватил Ирку и ткнул ей в бок рукой с официантской салфеткой. Ирка неслышно кричала и тянулась к Дэнни. Америкэн бой отошел в сторону и сел на траву.

А Худышка, перестав ломать комедию, сорвал брезент с катера и отвязывал причальные канаты. Их было два – на носу и на корме катера. Худышка успел отдать носовой, когда мимо валявшегося на траве Блинкова-младшего прошуршал подол цветастого сарафана.

Следом за бабулей неслись Николай и размахивающий пистолетом Измятый майор, но ветеран милиции обгоняла их корпуса на четыре. На бегу она два раза пальнула поверх голов из своего почти скрывшегося в кулаке маленького пистолетика.

Блинков-младший отлично помнил, что в обойме было только два боевых патрона. И оба майор Снежко, не задумываясь, выпустила в воздух.

Тем временем Палыч втащил Ирку в катер и запустил мотор. Катер дернулся и чуть не отдавил Худышке руку натянувшимся кормовым канатом. Петля затянулась на причальной тумбе. Худышка пытался ослабить ее и дергал канат, подтягивая катер обратно к причалу.

Было видно, что офицеры не успевают: один удачный рывок Худышки, и петля соскользнула бы с тумбы. Майор Снежко остановилась и приняла классическую позу стрелка-спортсмена: боком к мишени, пистолет в правой руке, левая заложена за спину.

Выстрел!

Худышка согнулся пополам и полетел в воду.

Толпа гостей ахнула, как один человек. Никто не знал, что у бабули пластиковые пули. А маленький пистолетик уже смотрел на Палыча. Бабуля мешкала: старый уголовник прикрывался Иркой.

Винт катера впустую месил воду за кормой. Канат натянулся, как струна, но было ясно, что вряд ли он порвется, если не порвался сразу. Бабуля и подбежавшие к ней офицеры поняли это и без особой спешки пошли к Палычу.

И тогда фальшивомонетчик сбросил с руки официантскую салфетку.

В бок Ирке упирался пистолет.