Вундермастер. Призвание Морриган Кроу - Джессика Таунсенд

– Выходит, ловушка изменилась? – нахмурилась Морриган, дважды перечитав объявление.

– Наверное, раз повысили уровень… – Каденца пожала плечами. – Но ты же прошла тогда… и те, кого я видела, тоже куда-то делись – значит, проскочить всё-таки можно.

– Красная угроза… – с колотящимся сердцем Морриган глянула на девочку, затем вновь на табличку.

Про́клятый рынок – это шанс, возможный ключ к загадке Кассиэля, Паксимуса и других пропавших без вести. Найти их – значит не только помочь Юпитеру в деле розыска, но и доказать нелепость обвинений Элоизы! Может, тогда старейшины передумают?

Морриган решительно кивнула.

– Ты права, пошли!

Каденца улыбнулась, и они ступили в узкий тёмный коридор Чёртова тупика. Поначалу ничего не происходило, и даже замаячила надежда, что ловушки больше нет… но затем Морриган вдруг стала задыхаться – казалось, из лёгких разом выкачали весь воздух.

– Держись, – глухо выдавила Каденца, сжимая её руку и упрямо шагая вперёд. Морриган скрипнула зубами, инстинкт самосохранения бунтовал вовсю, требуя вернуться к воздуху и свету. – Мы пройдём, верь мне!

Внезапно Морриган поняла, что и в самом деле верит. С чего бы вдруг… и с каких пор?

Она с усилием подавила инстинкт и заставила двигаться непослушные ноги. В груди царапалась жгучая боль, голова раскалывалась…

Ура!

Прорвав невидимый барьер, Морриган согнулась, преодолевая головокружение. Прижав руки к саднящей груди, она жадно хватала ртом драгоценный воздух. Каденца, переведя дух, молча показала вверх.

Неряшливо выбеленная деревянная арка смотрелась дешёвой карикатурой на Восточные ворота с их сияющей волшебной вывеской. Чёрная надпись по верхней кромке читалась теперь до конца:

– Он всё-таки настоящий, – выдохнула Морриган.

– Я знала, – свирепо прищурилась Каденца.

На площади по ту сторону арки, уже не пустой, как в прошлый раз, кишели продавцы и покупатели – и те и другие не самого дружелюбного вида. Очарованием Невермурской ярмарки с её добрым сиянием волшебства тут и не пахло. Про́клятый рынок выглядел заплёванным, истоптанным и грязным.

– Да уж, – пробормотала Каденца, – нашему Милмаю придётся выслушать от меня пару слов. – Она пихнула Морриган локтем: – Не пялься так на них, заметят! Держись спокойно.

Легко сказать… Такое увидишь, глаза сами собой вытаращатся! Ничего подобного не было нигде на всём базаре. Слева на прилавках – свежие окровавленные потроха унтерживотных, справа – объёмистые стеклянные сосуды с заспиртованными головами и конечностями, а впереди…

– Гляди, человеческая голова! – взвизгнула Морриган, показывая на сморщенное, странно умиротворённое лицо, плавающее в желтоватой вязкой жидкости.

– Тс-с-с! – прошипела Каденца уголком рта. – Спокойно, кому говорю!

На чёрном полотняном шатре красовалась вывеска: «Покупка и продажа секретов», а чуть дальше какая-то женщина предлагала тайную переправку людей в Зимнеморскую республику и обратно «за умеренную цену».

– Зубы! – выкрикнул хозяин соседнего лотка, заставив девочек вздрогнуть. – Зубы на любой вкус! Унтер-, вундер- и человеческие – какие угодно! Налетай, покупай! Резцы, коренные, зубы мудрости, клыки и бивни! Кому для колдовства, кому для украшений – плати и забирай! Зубы! Зубы!

Чем дальше они шли, тем сумрачнее и неприятнее становились торговые ряды. Хотелось зажмуриться и кинуться прочь, к ярким цветным огням и весёлой музыке ярмарочного базара. К тому же, хотя в здешней толкотне тоже легко было затеряться, а покупатели избегали смотреть друг другу в глаза, Морриган начинала чувствовать себя какой-то слишком заметной. В самом деле две девочки без взрослых… да ещё и с золотыми буквами «W» на воротнике!

Она поспешно сорвала свою и сунула в карман.

– Сними значок! – шепнула, повернувшись к Каденце.

У небольшого шатра в самом центре площади собралась особенно густая толпа. Посетители рынка осаждали крупного мужчину мрачного вида, охранявшего вход со сворой из четырёх злобных псов на поводках. Он вёл счёт проходящим, а затем вдруг поднял руку, останавливая очередь:

– Всё, ребята, места больше нет. Удачи в следующий раз!

– Ты что, шутишь? – заревел бородатый мужчина, стоявший первым. – Я полгода ждал… Пропусти, так нечестно!

– Надо было раньше приходить! – буркнул охранник. – Сказано же было, вход ограничен. Кто не успел, тот опоздал. Знаешь же сам правила, я тебя весной тут видел.

Мужчина оглянулся и с заговорщицким видом наклонился к его уху:

– Слушай, я же не просто так… Сегодня на торги выставлен… ну, ты знаешь. Я готов много за него выложить, и мои деньги ничем не хуже других.

Морриган с Каденцей переглянулись. Кто выставлен – один из пропавших без вести?

– Ну так и приходил бы вовремя! – пробурчал страж. – Теперь жди осенних торгов… Давай вали.

Несостоявшийся покупатель в отчаянии дёрнул себя за бороду.

– Так продадут уже зверюгу, а я так…

– Вали, сказал! – жёстко бросил охранник. – Не то своих друзей спущу. – Он кивнул на псов, и те понятливо зарычали.

Бородатый мигом стушевался. Когда он проходил мимо Каденцы, та вдруг тронула его за плечо.

– Ты что, так это и оставишь? – спросила она. Мрачно усмехнувшись, он двинулся было дальше, но услышал: – Стой! – и встал как вкопанный. Каденца уставилась ему в лицо и произнесла своим особым голосом, жужжащим, словно пчелиный улей: – Вернись и покажи ему, что бывает с теми, кто тебя не уважает!

В глазах мужчины что-то блеснуло, он развернулся и кинулся обратно к шатру, крича и размахивая кулаками. Собаки с оглушительным лаем рвались с поводков, у шатра вновь собиралась толпа, притянутая, как магнитом, назревающей дракой.

– Быстрее! – шепнула Каденца, и девочки, пользуясь всеобщей неразберихой, проскользнули за полог шатра… и оказались в огромном сумрачном помещении не меньше бального зала, куда таких шатров могла поместиться сотня.

Едва полог опустился за спиной, шум с площади мгновенно стих, словно залитое водой пламя. В зале, тускло освещённом канделябрами, слышались лишь тихие беседующие голоса и звон винных бокалов. Удивительно!

На одном из столиков чуть в стороне лежали грудой карнавальные маски, капюшоны и вуали, а табличка сверху гласила: «Для вашего удобства и спокойствия». Морриган быстро нацепила резиновую маску гориллы, а Каденце сунула рыжую лисью морду.