Вундермастер. Призвание Морриган Кроу - Джессика Таунсенд

– Мог, пожалуйста, не суйся больше в уличные ловушки!

Лицо Юпитера было мрачным и осунувшимся. Прошлой ночью, получив срочное известие, он штурмовал Чёртов тупик вместе с ищейками, хорьками и агентами Бюро географических наблюдений, не забыв прихватить и Фенестру, которая одна, по мнению Морриган, стоила десятка ищеек и полусотни хорьков.

Однако было уже поздно. Эффектное освобождение магнификота вызвало слишком большой шум, и к их приходу рынок словно вымер: злоумышленники испарились вместе с запрещёнными товарами, оставив на грязной площади голые прилавки да надпись «Про́клятый рынок», намалёванную на входной арке… а на булыжной мостовой рядом с пустым аквариумом сжался окоченевший от холода парнишка в мокрой одежде.

По крайней мере, удалось спасти Альфи Свонна, но сегодня на лице рыжебородого не было ни радости, ни даже простого удовлетворения от выполненной работы, а одна лишь угрюмая решимость выбить у своей подопечной обещание никогда больше не лезть в подозрительные переулки.

– Я серьёзно, Мог! – сверкнул он синими глазами. – Там слишком опасно, оно того не стоит.

Морриган скорчила гримасу. Ну как он может такое говорить? Не сунься она в тупик, Про́клятый рынок так и остался бы мифом, и котёнка никогда не удалось бы выпустить на свободу, не говоря уже об Альфи! Она раскрыла было рот, чтобы высказаться, но Юпитер жестом остановил её.

– Альфи лишился искры, – произнёс он глухо, почти трагически, как будто сообщал о смертельной болезни.

– Лишился искры? – эхом отозвалась Морриган. Он печально кивнул. – Разве такое возможно? Как же…

– Пока неизвестно, – тяжко вздохнул спонсор, устало потирая лицо ладонью. – То ли отняли, то ли… Иногда серьёзная душевная травма может… – Он недоумённо пожал плечами, и Морриган поняла по голосу, что все и впрямь теряются в догадках.

– А что Кассиэль и Паксимус? – тихо спросила Морриган. – И котёнок… не нашли ещё?

– Никаких следов Кассиэля, а Плаки там был – мы нашли список аукционных лотов, – но потом исчез. Возможно… – Юпитер снова умолк, то ли не зная, что сказать, то ли не желая. – Так или иначе, рук мы не опускаем. Фен со своими людьми ищет котёнка – раз он теперь не в клетке, а бродит по улицам, найти бедняжку будет куда легче.

– Что за свои люди у Фен? – удивилась Морриган.

Рыжий спонсор пожал плечами.

– Ну, друзья её… и другие магнификошки – они всегда сами по себе, но тут всполошились, конечно.

– А как же Вундерколлегия, разве она не помогает? Есть же ищейки… и мы тоже.

– Никаких «мы», Мог! – повысил голос Юпитер. – Ты в расследовании не участвуешь, ясно?

– Так несправедливо! – В её голосе невольно прозвучали умоляющие нотки. – Ведь это я нашла… то есть мы с Каденцей… Мы освободили котёнка и нашли… а теперь…

– А ещё продемонстрировали твой дар куче людей, – сердито оборвал он, – готовых заплатить кучу денег, чтобы его у тебя отобрать!

Морриган опустила глаза.

– Я не нарочно, – пробормотала она, вспомнив о чудесном превращении магнификота. – Говорю же, сама не знаю, как оно получилось, просто…

– Получилось, – кивнул Юпитер, вздыхая, – и этого я тоже не могу объяснить. – Он жёстко взглянул ей в глаза, но за раздражением прятался страх. – Морриган, поверь, для поисков пропавших делается всё возможное. А тебя очень прошу не вмешиваться. Больше никаких ловушек!

Остаток летних каникул промчался как причудливый и немного удушливый сон. Юпитер по-прежнему частенько отсутствовал, но в перерывах между отлучками очень старался наверстать потерянное время и, как Морриган сильно подозревала, отвлечь её от мыслей о Про́клятом рынке всевозможными празднествами и увеселениями.

По-видимому, и персонал «Девкалиона» получил задание сделать это лето как можно более красочным и занимательным. Рок-концерты сменялись вечерними пикниками на крыше, а турнир по крокету на Южной лужайке отеля дополнялся почти ежедневными ночными фейерверками. В результате Морриган, хоть и осаждала спонсора вопросами о ходе расследования, но всё же вынуждена была немного отвлечься.

Каждые выходные Фрэнк устраивал вечеринку у бассейна с праздником мороженого и поединками на мешках с водой. Юпитер велел установить над бассейном горку, а надувные белые медведи ловили тех, кто с неё скатывался, в мягкие резиновые лапы и окунали с головой, к великому восторгу публики и, конечно, Морриган с Готорном и Джеком.

Однажды её посетила великолепная идея пригласить на мороженое с купанием всю группу 919 целиком. Окрылённая надеждой доказать всем свою безобидность и ошибку старейшин, Морриган собственноручно написала приглашения на красивом пергаменте, где извинялась за случайный инцидент на станции и клялась, что подобное не повторится. Запечатала конверты красивым цветным сургучом, одолженным у Юпитера, а Готорн доставил их лично каждому от её имени. Однако, когда настала долгожданная суббота, на праздник явился только он сам и Каденца.

Морриган постаралась не слишком огорчаться и долго водила новую подругу по отелю, показывая разные разности. Впрочем, в отличие от Готорна, который искренне восхищался даже самыми странными чудесами «Девкалиона», Каденца к многому отнеслась критически.

Она вежливо подивилась дождевой комнате: «Как, всё время так и льёт? А… зачем?» и совсем не одобрила домашний театр с его костюмами, к которым прилагались голос и манеры… хотя Морриган и предупреждала её насчёт Кота в сапогах – мяукать и чесать за ухом потом хотелось ещё целый час. Совсем другое дело валяться на песчаном островке с пальмами посреди лагуны, наслаждаясь тёплым бризом под треньканье укулеле – Каденца была в восторге.

Готорн и в каникулы продолжал гонять на драконах в своей детской лиге Невермура, но по вечерам, вымотанный и измазанный сажей, частенько заходил в «Девкалион» перекинуться в карты с Морриган и Каденцей в курительной, вдыхая новейшие смеси сезона. Кокосовый дым, а также морской и земляничный со сливками принимались на ура, тогда как ароматы спрея от комаров, часа пик в поезде Вундерграунда и картофельного салата на пикнике пользовались куда меньшим успехом.

Не имея возможности участвовать в официальных расследованиях, Морриган снова стала задумываться о загадке шантажистов. Впрочем, отель она покидать не могла и с остальной группой 919 не общалась, так что и тут ожидать какого-то продвижения было трудно. «Одно хорошо, – думала она, – у автора таинственных писем небось тоже летние каникулы, так что новых дурацких требований до осеннего семестра можно не ждать».