Тумас и Трассель - Йоста Кнутссон

— Ну-ка ешь огурец, — потребовал Тумас. — Хорошую еду надо доедать. А овощи — полезные. Съешь огурец!

Тумасу удалось впихнуть огурец Трасселю в пасть. Но в ту же минуту собака с огурцом в зубах умчалась в гостиную.

Тумас побежал за ним. Трассель уже сидел на диване.

— Ну что, съел огурец? — спросил Тумас.

Трассель облизал нос.

— Хорошая собака, — похвалил его Тумас. — А теперь поиграем?

— Гав! — согласился Трассель.

— Давай в прятки, — решил Тумас. — Я спрячусь, а ты меня ищи.

И Тумас спрятался за шторой.

Трассель нашел его почти сразу и радостно залаял — так, что эхо зазвенело по всему дому.

— А давай складывать пазл? — предложил Тумас.

Трассель всему был рад, но он только баловался. Хватал кусочки пазла в зубы, подбрасывал их в воздух, потом кидался за ними, лаял и ворчал. Ему было ужасно весело.

А Тумасу так и не удалось сложить ни одной картинки — Трассель утащил несколько кусочков!

Наконец Трассель устал и прикорнул на диване, а потом, как и вчера, подбежал к двери и попросился домой. А Тумас, как и вчера, выпустил его.

Домой, домой… Куда? Где живет Трассель?

Тумас крепко задумался над этим.

Мама и папа вернулись к вечеру. Сначала мама, потом — папа.

Мама, как обычно, затеяла небольшую уборку.

— Как странно! — сказала она. — В диван засунуты два кусочка пазла и большой кружок огурца!

— И правда странно! — согласился Тумас.

Хорошая собачка!

Тумас все думал, что за собака — Трассель?

Тебе, наверное, тоже интересно.

Откуда он появился? Где он жил?

Сейчас ты это узнаешь.

Как и Тумас, Трассель приехал в городок совсем недавно. Приехал он со своими хозяином и хозяйкой. Раньше они жили в другом городе — совсем как Тумас и его мама с папой.

Но теперь хозяин и хозяйка Трасселя поселились в том же городке. И они, как папа и мама Тумаса, уходили из дому рано утром и возвращались только вечером. Они оставляли Трасселю еду и воду, говорили: «Хорошая собачка!» и уходили. Трассель на долгие часы оставался один. Ему нельзя было даже выходить на веранду или в сад. Он сидел взаперти. Маленькой собаке это не так-то весело.

Но однажды Трассель сделал открытие. Он обнаружил, что может толкнуть носом дверь, ведущую в подвал, — и войти! Так Трассель спустился в подвал. А там было приоткрыто окошко. Через эту-то щель Трассель и сумел вылезти. Так он оказался на свободе!

Как же здо́рово было выбраться наружу! В городе столько всего, что надо обнюхать! Трассель бегал там и сям и наконец оказался на улице, где жил Тумас. Тогда-то он и заметил маленького мальчика на ступеньках веранды — и подошел к нему. А как Тумас гладил его, разрешил зайти в дом, съесть паштет из печенки, поиграть и поспать — ты уже знаешь.

Но через пару часов Трассель понял, что пора отправляться домой — ведь надо было успеть до прихода хозяина и хозяйки. Ты уже знаешь, как он подбежал к двери, как стал скрестись, как Тумас выпустил его, и Трассель убежал домой. И когда хозяин с хозяйкой вернулись, Трассель уже лежал в своей корзинке — в дом он попал через то же окошко в подвале, из которого до этого выбрался наружу.

«Съем-ка я то, что у меня в миске, — подумал Трассель, хотя после паштета есть ему не хотелось. — Если я ничего не съем, хозяин с хозяйкой что-нибудь заподозрят».

И когда хозяин с хозяйкой пришли домой, они ничего не заметили.

— Трульс, ты хорошо себя вел? — спросили они.

Да, на самом деле Трасселя звали Трульс. Но Тумас этого не знал и окрестил пса Трасселем. Что было делать Трульсу? Он ведь не мог поправить Тумаса. Пес решил, что просто мальчик «Трульс» выговаривает как «Трассель». «Всем известно, что маленькие мальчики иногда путаются в словах, — думал Трассель-Трульс. — Одни говорят «Касная Сапотька» вместо «Красная Шапочка». А другие — «касалатка» вместо «шоколадка». А есть такие, кто говорит «Трассель» вместо «Трульс».

Но мы все же продолжим называть Трульса Трасселем, потому что так мы его называли с самого начала.

Я сказал, что хозяева Трасселя ничего не заметили.

Но кое-что они все же увидели. То есть хозяин Трасселя увидел.

— Разве дверь в подвал не была закрыта, когда мы уходили? — спросил он.

— Не помню, — ответила хозяйка. — Ты, наверное, ошибся. Теперь ведь она открыта.

— Гав, — сказал себе Трассель.