Сестры Марч - Луиза Мэй Олкотт

– А у меня много желаний, – заявила Эми. – Самое главное – я хочу стать художницей, побывать в Риме и там написать такие картины, чтобы прославиться на весь мир.

– Ну и компания подобралась! Одна Бет не мечтает ни о богатстве, ни о почестях, ни о славе! Интересно, хоть один из нас добьется своего? – спросил Лори; он задумчиво глядел вдаль и пожевывал травинку, что придавало ему некое сходство с теленком на пастбище.

– К моему воздушному замку есть ключ. Вот только сумею ли я им воспользоваться? – с загадочным видом проговорила Джо.

– У меня тоже найдется ключ. Но мне не дают им воспользоваться. Я, видите ли, должен поступать в этот дурацкий колледж!

– А вот мои ключи. – И Эми подняла вверх коробку с карандашами.

– А у меня ключей нет, – с грустью сказала Мег.

– Неправда, есть, – возразил Лори.

– Есть ключ?

– Ваше лицо.

– Глупости. Какая от него польза?

– А вы потерпите немного. Быть может, вскоре оно принесет вам все остальное, – ответил он с таким видом, будто им с Мег известен какой-то секрет.

Мег покраснела. Не пускаясь в дальнейшие пререкания, она задумчиво посмотрела на реку, и на лице ее застыло то же выражение, что у мистера Брука, когда во время пикника он сосредоточенно разглядывал водную гладь.

– Лет через десять, если все мы будем живы, мы обязательно соберемся и узнаем, кому из нас удалось исполнить свои желания, – сказала Джо, любившая строить планы на будущее.

– Ничего себе! – воскликнула Мег. – Да через десять лет мне будет уже двадцать семь! Наверное, я превращусь совсем в старуху!

– Нам с Лори будет по двадцать шесть, – подхватила Джо, – тебе, Бет, двадцать четыре, а Эми – двадцать два. Что и говорить, общество почтенных стариков!

– Надеюсь к этому времени совершить что-нибудь полезное. Правда, я такой лентяй… А вдруг получится, что так и пройдет зря время? А, Джо?

– Необходим стимул. Мама как-то сказала, что стоит чем-нибудь по-настоящему увлечься, работа пойдет как по маслу.

– Ваша мама словно читает мои мысли. Я бы действительно мог свернуть горы, если бы мне дали делать то, что я хочу! – с воодушевлением воскликнул Лори. – А я должен делать то, что велит дедушка. Понимаете, он хочет, чтобы я стал коммерсантом и вел дела с Индией, как он сам. Но он не понимает, что мне это безумно скучно. Я ненавижу шелка, пряности, чай и другую чушь, которую грузят на его корабли. Дед намерен освободить меня от коммерции только после колледжа, а это четыре года. Переубеждать его бесполезно. Я могу только сбежать, как мой отец. Да и убежал бы хоть завтра, не будь дед совсем одинок.

Голос Лори звучал взволнованно. По всему было видно, что он не шутит и при малейшем обострении отношений с дедом готов исполнить угрозу. Мальчик быстро взрослел, опека деда все более тяготила его.

– Тогда садитесь на корабль и не возвращайтесь домой, пока не попытаетесь осуществить задуманное, – посоветовала Джо.

Она горячо сочувствовала другу и считала, что такой отчаянный поступок стал бы лучшим выходом из сложившейся ситуации.

– Как ты могла такое сказать! Не слушайте ее, Лори, – возмутилась Мег. – Разумеется, вы должны поступить так, как вам советует дедушка. Проявите себя получше в колледже! Уверена, увидев ваше прилежание, дедушка пойдет вам навстречу. Ведь у него, кроме вас, никого нет. Если вы решитесь покинуть его, вы потом никогда себе этого не простите. Вот почему, мой дорогой, вам следует не горевать, не сетовать на судьбу, а думать о долге. Если так поступите, вы будете вознаграждены. Вас будут любить так же, как мистера Брука.

– А вы что-нибудь знаете о мистере Бруке? – спросил Лори, торопясь перевести разговор.

– Только то, что ваш дедушка рассказывал Марми. Как мистер Брук любил свою мать, как заботился о ней до самой ее смерти и даже отказался от какого-то выгодного ученика только потому, что не хотел ее оставить одну. И еще – как он теперь содержит старую женщину, которая ухаживала за его матерью. Он из тех людей, которые мало говорят о себе, зато при первой возможности проявляют доброту и щедрость.

– Все верно. Он чудесный человек! – воскликнул Лори. – Знаете, это очень похоже на моего деда. Видите, он рассказал вам о Бруке, а Брук не может понять, отчего ваша мама так добра к нему и приглашает его вместе со мной в гости да и обращается с ним совершенно по-товарищески. Он так полюбил всех вас! Слышали бы вы, какие похвалы расточает он вам! Если мои мечты о славе когда-нибудь сбудутся, я не забуду мистера Брука.

– Тогда советую вам позаботиться о нем уже сейчас. Перестаньте отравлять ему жизнь, – резко сказала Мег.

– А откуда вам известно, мисс Марч, что я отравляю ему жизнь?

– Об этом нетрудно догадаться. Достаточно посмотреть на его лицо, когда он выходит от вас. Когда вы ведете себя хорошо, он шагает быстро и лицо у него веселое. А когда вы начинаете его мучить, лицо у него грустное и ступает он так нерешительно, будто хочет вернуться и снова начать работать.

– Значит, по лицу Брука вы судите о том, как я отвечал на уроках? Я заметил, что когда он проходит мимо вашего окна, то улыбается и кланяется. Но я не думал, что у вас установлена такая тесная связь. Вы словно мысли друг у друга читаете.

– Ничего подобного! – тут же возразила Мег. – Зря вы сердитесь, Лори. Я не хотела ни поучать вас, ни сплетничать, ни смеяться. Я только боялась, как бы вы не поступили так, чтобы потом всю жизнь раскаиваться. Вы так добры к нам, и мы относимся к вам, как к брату. Поэтому и говорим прямо все, что думаем. Так что, если я сказала что-то обидное, простите меня. – И Мег протянула ему руку.

Устыдившись собственной вспыльчивости, Лори ответил рукопожатием.

– Не вы, а я должен извиниться, – сказал он. – Я сегодня целый день сам не свой. И вы, и ваши сестры можете говорить мне все, что угодно. Не сердитесь, если я иногда ворчу. Я благодарен вам, ведь так мне легче разобраться в ошибках.

Стремясь доказать, что совершенно не обиделся, Лори принялся помогать сестрам. Он мотал клубки шерсти для Мег, читал стихи для Джо, стряхивал с дерева шишки для Бет и, наконец, помог Эми нарисовать папоротник. Таким прилежанием Лори блестяще доказал, что просто создан для Общества трудолюбивых пчел, как нарекли сестры Марч свою организацию.

В роще они просидели до той поры, пока в самый разгар дискуссии о повадках черепах, развернувшейся по тому поводу, что одно из сих любезных созданий как раз поднималось по крутому берегу, не услышали издали голос Ханны, призывающей к ужину.

– Можно мне завтра снова прийти? – спросил Лори.

– Конечно, если, как говорят ученикам первого класса, будете примерно себя вести и прилежно работать, – с улыбкой ответила Мег.

– Приложу все усилия.

– Тогда приходите, я научу вас шотландской вязке. Сейчас как раз большой спрос на носки, – добавила Джо и взмахнула синим носком, как флагом.