Сестры Марч - Луиза Мэй Олкотт

При последних словах голос ее задрожал. С некоторых пор она все острее ощущала, как Мег взрослеет и отдаляется от нее. А тайна, которую ей только что поведал Лори, заставила ее еще отчетливее понять: настанет день, и Мег покинет их дом. Быть может, это случится совсем скоро…

Заметив, что Джо не на шутку расстроилась, Лори поспешил ей на помощь.

– Позвольте узнать, откуда это вы идете такая нарядная? – переключил он внимание Мег.

– От Гардинеров. Салли рассказывала мне о свадьбе Белл Моффат. Торжество было очень пышным, а потом молодые уехали в Париж. Они проведут там всю зиму. Счастливые! Наверное, это очень здорово!

– Ты завидуешь?

– Боюсь, что да.

– Это радует! – внезапно выпалила Джо.

– Ты это к чему? – удивилась Мег.

– А к тому, что тебе хочется быть богатой. Значит, ты никогда не согласишься выйти за бедного человека, – объяснила Джо и, повернувшись к Лори, который подавал ей отчаянные знаки, нахмурилась.

– Я вообще никогда ни за кого не соглашусь выйти, – высокомерно ответила Мег и чинной походкой пошла вперед.

Джо и Лори последовали за ней. По дороге они то и дело хохотали, шушукались или прыгали с камня на камень. «Ну, чистые дети», – думала Мег, не признаваясь самой себе, что, не будь на ней праздничного платья, с радостью бы принялась дурачиться вместе с ними.

Следующие две недели Джо своим странным поведением приводила сестер в недоумение.

Стоило подойти к калитке почтальону, как Джо опрометью кидалась ему навстречу, а когда она видела мистера Брука, характер ее заметно портился и она начинала дерзить ему.

– С этой девочкой ничего невозможно поделать, – возмущенно пожала плечами Мег. – Видно, она никогда не научится вести себя как настоящая леди.

– Но она и так у нас хорошая, – возразила Бет, которая никому не позволяла осуждать любимую сестру.

– А по-моему, Мег совершенно права, – высокомерно возразила Эми, которая сделала себе сегодня новую прическу и чувствовала себя взрослой и совсем светской дамой. – Нам никогда не добиться от Джо корректности, – сокрушенно добавила она.

Несколько минут спустя Джо ворвалась в гостиную и, кинувшись на диван, сделала вид, что внимательнейшим образом изучает газету.

– Что-нибудь любопытное? – без особого интереса осведомилась Мег.

– Да нет. Вот только рассказ. В общем-то и он, по-моему, не слишком интересен, – прикрывая рукой заголовок, ответила Джо.

– Прочти его вслух. Нас это развлечет, а тебя хоть на какое-то время отвлечет от беготни по саду, – сказала Эми самым взрослым тоном, на какой только была способна.

– А как называется этот рассказ? – полюбопытствовала Бет, которую удивило, что Джо упорно прячет лицо за газетой.

– «Соперники».

– Интересно. Ну-ка почитай, – сказала Мег.

Джо издала протяжное глубокомысленное мычание и, вздохнув, принялась быстро читать вслух.

Сестры слушали с нарастающим интересом. Возвышенная, драматическая история кончалась тем, что все ее герои покидали этот мир.

– Мне больше всего понравилось, как описывается картина, – одобрительно заметила Эми, как только Джо дочитала рассказ.

– А мне понравились влюбленные. И имена у них наши любимые – Виола и Анджело, – мечтательно произнесла Мег и смахнула слезу с ресниц, ведь любовная история завершилась трагически.

– А кто же автор? – спросила Бет.

Чтица резко поднялась с дивана и, явив наконец миру раскрасневшееся лицо, дрожащим от волнения голосом объявила:

– Ваша сестра!

– Ты? – воскликнула Мег, и шитье выпало у нее из рук.

– Недурно, недурно, – тоном многоопытного критика заметила Эми.

– Так я и думала! Так и думала! – повторяла Бет. – Я горжусь тобой, Джо!

Она бросилась к сестре и крепко обняла ее.

Что тут началось! Мег отказывалась верить и, лишь увидев в газете подпись «Мисс Джозефина Марч», окончательно убедилась, что Джо их не разыгрывает. Эми, с присущим ей изяществом, ученостью и любовью к мудреным словам, которые она и на этот раз по большей части употребляла совершенно неправильно, начала критиковать описания творческого процесса художника и советовать, каким должно быть продолжение рассказа, совершенно забыв, что продолжать невозможно, ибо, завершая свое творение, Джо не пожелала оставить в живых ни одного персонажа.

Бет совсем разволновалась и, не зная, куда себя девать, принялась от избытка чувств прыгать и петь. А Ханна, узнав обо всем, закричала:

– Святые угодники! Ну и дела!

А как гордилась дочерью миссис Марч!

– Ну, а теперь расскажи, как все вышло. А сколько ты получишь? Интересно, что скажет папа? – обступив Джо, забрасывали ее вопросами сестры.

– Если вы минуту помолчите, я вам все расскажу.

Девочки затихли, и она добросовестно поведала, как «Соперники» оказались в редакции газеты.

– Когда я пришла за ответом, – продолжала Джо, – редактор сказал, что берет оба рассказа, но начинающим гонораров не выплачивает. Редактор сказал, что это отличная практика. Потом, когда новички превратятся в знаменитых писателей, каждый им с удовольствием заплатит. В общем, я согласилась и отдала оба рассказа, а сегодня мне прислали газету. Лори выследил меня и захотел прочесть. Я ему разрешила. Он сказал, что ему понравилось. И просит меня продолжать. Говорит, что за следующий рассказ сам мне заплатит. Я так счастлива. Со временем я, наверное, смогу зарабатывать себе этим на жизнь и помогать вам.

Джо почувствовала, что не в силах говорить. К горлу ее подкатил ком, и, зарыв лицо в газету, она разрыдалась. Как долго она втайне мечтала об этом дне! И вот наконец ее труд заслужил похвалу самых близких и любимых людей. Джо плакала, но это были особые слезы.

Она чувствовала себя так, будто только что сделала первый шаг на пути к счастью.