Ветер Дивнозёрья - Алан Григорьев

— Агент Микрокрокодил!

— А лучше — агент Мимокрокодил!

Нет, они точно спелись за время Тайкиного отсутствия. Наверняка тут не обошлось без Василисы. Хорошо, что Митяй их насмешек не услышал! Улучив момент, Тайка погрозила Пушку и Лису кулаком, а доблестный разведчик продолжил:

— Ну так вот: главная новость дня! Всего два Горыныча согласились сотрудничать с Доброгневой. Остальные отказались наотрез. Так что авиации у нашего врага почитан что нет.

— Даже пара горынычей способны сжечь город дотла, — покачала головой Маржана, а Огнеслава со вздохом добавила:

— И кто поручится, что остальные змеи не передумают?

— Папка наш поручится! — вскинулся Митяй.

Тут уже на него все вытаращились.

— Какой еще папка? — насупился Яромир. — Чего ты врешь? Сам же говорил, что твоя единственная семья — змеи дивнозёрские.

— До недавнего времени так и было. — Митяй шмыгнул носом. — А теперь папка появился. Приемный, конечно. У нас, горынычей, родителей не бывает, сиротинушки мы.

Он так жалобно это сказал, что у Тайки слезы на глаза навернулись.

— Я рада, что вы нашли друг друга. Поздравляю! Наверняка это была очень интересная история, я бы послушала про вашу встречу, но потом. А сейчас скажи: ты уверен, что этому твоему папке можно доверять? Сам понимаешь, Горыныч все-таки.

— Ага, горынычи как йогурты — не все одинаково полезны, — усмехнулся Митяй. — Но папка сказал, что знает Василису. Мол, собирался спасти ее даже. Ну, не один, а с дивьим чародеем каким-то.

— С Весьмиром, — кивнула Василиса. — Было такое.

— Вот, точно, это имя он и назвал. Говорил, что скучает по нему. Мол, кое-кто — не будем показывать пальцем, но все знают, что это был Лис, — обратил его в ледяную глыбу.

— Я не нарочно, — буркнул Кощеевич, отводя взгляд.

— Еще скажи: «Больше не буду»! — фыркнул Яромир.

— Ну, может, сделаю для тебя исключение.

Некоторое время они сверлили друг друга гневными взглядами, пока не вмешалась Василиса:

— Мальчики, не ссорьтесь!

Дядька Ешэ хохотнул так, что чуть чаем не подавился:

— Умеешь ты разрядить обстановку, Василисушка! Не зря тебя Кощей пуще других жен привечал.

— Тьфу на тебя! — Василиса дернула плечом. — Вспомнил черта.

Лис тоже метнул в шамана гневный взгляд, но стрела не достигла цели, разбившись о непроницаемо-каменное лицо.

— Не будем лишний раз об отце, — сказал он уже более спокойно. — Я же обещал, что дам одолень-траву, чтобы расколдовать статуи, и слово свое сдержу. Могу хоть сейчас весь запас отдать.

— Давай! — Яромир протянул руку.

— Не тебе. Еще потеряешь!

— Тогда дивьей царевне.

— Нет-нет, — замотала головой Тайка. Еще не хватало ей такой ответственности. — Лучше Василисе. Она и прекрасная, и премудрая, в общем, точно знает, что делать.

Этот вариант устроил всех.

Пока Лис выкладывал траву из сумки, в круглое окошко на потолке влетела ворона и, каркая, устремилась к шаману. Тайка от неожиданности взвизгнула — сама от себя не ожидала, а вот поди же ты! Она подумала, что это Воронович вернулся, но ошиблась.

— Чего орешь? — вытаращился на нее Лис. — Это обычная вещунья. У дядьки Ешэ их сотни. По миру летают, весточки приносят. Это как у папки моего змеи были, только птицы. Птицы — лучше.

Ворона тем временем что-то каркала шаману на ухо. Тот слушал, кивая. Потом взялся за трубку, принялся набивать ее, раскурил и только тогда вымолвил:

— А теперь дурные вести: Светелград осадили войска Доброгневы. Может, горынычей у нее всего и два, зато упырей да злыдней — тьма-тьмущая. И пока мы тут с вами чаи гоняли, все войско сквозь зеркало в Дивье царство ушло.

У Тайки заколотилось сердце. Как же там дедушка? Наверное, чуял, к чему все идет, — иначе зачем бы ему бабушку к коловершам в убежище отправлять?

— Проклятые вороны. — Маржана поджала губы. — Вечно приносят недобрые вести.

— Ты на птичек-то не пеняй. Они не виноваты, что люди зло творят.

— Да люди в большинстве своем с гнильцой. На вид вроде ничего, а на деле одна труха внутри, — сказала мара таким будничным голосом, словно о погоде рассуждала. Оно и понятно: наверное, надо очень не любить людей, чтобы насылать им кошмарные сны.

В другое время Тайка с ней, может, и поспорила бы, но сейчас ей было не до того. Мысли лихорадочно скакали в голове, точно бешеные белки.

Она вскочила, едва не снеся одну из балок юрты, — хорошо, что та оказалась достаточно крепкой.

— Погодите, я не понимаю! Вот Кощей с Дивьим царством воевал-воевал, но до столицы так и не дошел. И Лис тоже не преуспел.

— Потому что не очень-то и хотелось, — быстро ввернул Кощеевич.

— Почему же у Доброгневы все так быстро получилось? Не годы, не месяцы даже, а дни — раз, и все упыри уже под стенами. Что же изменилось?

— А вот что.

Тайка не сразу поняла, на что указывает дядька Ешэ. А поняв, ахнула: ну да, конечно! Перстень Вечного Лета на пальце у Яромира! Теперь понятно, почему предыдущий царь не хотел делиться — это было бы все равно что собственноручно открыть врагу ворота города. Откуда он мог знать, что Лис на самом деле не хочет нападать? Но еще больше Тайка восхитилась дедушкой: он ведь тоже знал об истинных свойствах кольца — и все-таки отдал его, поверил. Ох, и тяжело ему далось такое решение, наверное! А теперь вот и последствия подвезли…

— Дяденька шаман, а ворона случайно не сказала вам, где сейчас находится сама Доброгнева?

Ешэ в задумчивости огладил бороду, глянул на птицу, та снова закаркала.

— Вещунья говорит, среди войск, стоящих под стенами Светелграда, княжну не видали.

— Конечно, не видали, — фыркнула Огнеслава. — Вы б знали, какая она трусиха! Ни за что не будет под стрелы да заклятия подставляться. Наверняка в замке Кощеевом сидит и оттуда командует. Она же не бессмертная, как некоторые…

— Ты так говоришь, будто это плохо, — усмехнулся Лис. — Да, я бессмертен. Нет, мне не стыдно. А завидовать нехорошо.

— Я и не завидую, — пожала плечами Огнеслава. — Слыхала, что не дар это, а проклятие.

Кощеевич не стал отвечать, только плечом дернул: мол, много ты понимаешь. Этот жест у них, кстати, с Василисой был прямо точь-в-точь — сразу видно, что мать и сын.

— Так это хорошо, — улыбнулась Тайка.

— Что именно? Мое бессмертие?

— Нет, то, что Доброгнева здесь, в замке. Далеко идти не придется. Ты же сделал новое ожерелье.

— Ну вот, такой сюрприз псу под хвост! — Лис от досады чуть пиалу из рук не выронил. — Я думал, сейчас расскажу — ты ахнешь… Этот дивий болтун растрепал, да? Просил же сохранить в тайне. Ну