Четыре сыщика - Виктория Медведева

– Связи почти нет. Как ты ему объяснишь? Не будешь же орать в трубку полчаса? Да не бойся ты!

Митя нашарил в темноте ладонь Лены – холодную, подрагивающую. Сжал. Повторил:

– Не бойся. Сейчас придумаем что-нибудь.

Показалось, будто ладонь стала капельку потеплее. А его собственные уши стали горячими-горячими.

Голоса опять стали громче. Защелкали замки, где-то внутри открылась дверь:

– Почему так мало сегодня, Жмых? Ты чем занимаешься за мои деньги?

На улице появился высокий, бородатый и кряжистый обладатель баса, с важным видом шагающий к машине. За ним, сгибаясь под тяжестью большой картонной коробки, переставлял ноги тощий и бледный человек с лысиной и длинными сальными волосенками до плеч.

– Завтра сразу две коробки будет, – оправдывался он блеющим голосом.

– Мне надо не две! Мне надо двадцать две, причем каждый день! – возмущался бородатый, открывая багажник внедорожника. – Ты просил Нику – я тебе купил! Ты обещал, что будет много! Вот я и спрашиваю – где это «много»?

Тощий загрузил коробку в багажник, разогнулся и попытался оправдаться:

– Ника сегодня плохо работала. Очень плохо. Все пришлось на глазок делать. Брака много сегодня.

– Где брак? Давай сюда! – зарычал бородатый. – У меня все разойдется. Бегом тащи, некогда мне тут на тебя смотреть!

Мелко кивая, Жмых снова скрылся в недрах здания.

– Митя, ты тоже слышал? – спросила Лена, еле двигая губами. – Как это «купить Нику»?

– Понятия не имею, – озадаченно пробормотал Митя. – Может, нам послышалось? Из здания выскочил дрожащий и потеющий Жмых с новой коробкой в руках. Просеменив несколько шагов на трясущихся ногах, он споткнулся об обломок кирпича и грохнулся на землю.

От удара коробка разъехалась по шву, и в ярком свете фар было отчетливо видно, как по пыльному асфальту покатились пластиковые бутылочки с цветастыми этикетками.

Точно такие же бутылочки с лекарством от насморка, о которых говорил Иванцов. Которые этой весной стали дефицитным товаром.

– Нет, Жмых, до выходных ты не доживешь! – прорычал бородач. – Если не отработаешь убыток десятикратно. Ты понял?

Лена дернулась. Ее колотило крупной дрожью. Разлепив губы, она быстро-быстро еле слышно зашептала:

– Поддельное лекарство, что ли? Да? Митя, ты понимаешь, что это преступники? Самые-самые настоящие преступники?! Митя, надо что-то делать!

И Митя сделал.

Накрывшись курткой с головой, он написал в общем чате, пытаясь совладать с нервно прыгающими пальцами:

«Срочно! Барьерная 32. Вызовите полицию.

Это не шутка. Я не могу звонить».

Отправил сообщение. Мучительно закрутился таймер ожидания – связь в этом месте была паршивейшая. Наконец сообщение отправилось. Митя облегченно выдохнул.

И лишь затем пришло понимание грандиозности совершенной ошибки.

Во-первых, кто будет полицию-то вызывать? Аня или на тренировке, или спит. Иванцов – уж точно спит.

Во-вторых, ведь это сообщение сейчас придет и к Лене. Проблема в том, что…

В полном соответствии с мыслями Мити сообщение пришло на телефон Лены. И он громко динькнул.

– Ты слышал? Что это? – насторожился бородач.

Прыгнув за руль внедорожника, он резко стартанул к углу здания, безжалостно выжигая темноту светом фар. Митя с Леной вжались в землю возле стены, но…

– Вон там кто-то дернулся! – завизжал Жмых, указывая длинным тощим пальцем. – Я вижу-вижу-вижу!..

Митя вскочил. Дернул Лену за руку. Выпалил:

– Беги! И звони в полицию! Я их отвлеку!

Затекшие и замерзшие ноги подвели. Колени подогнулись. Перекувырнувшись на бок и оттолкнув Лену в сторону, Митя рухнул на землю.

Ревя мощным мотором, внедорожник пролетел совсем рядом и с визгом затормозил, обдав лицо Мити асфальтовой крошкой. Хлопнула дверца.

– И кто это к нам в гости пожаловал? – прорычал бородач, нехорошо усмехаясь.

И занес мощный ботинок для удара.

Глава пятая. Расплата

– Бей! Бей их! – выкрикнул Жмых, радостно оскалившись и возбужденно приплясывая прямо по раскиданным бутылочкам. – Давай!

Внезапно показалось, будто взошло солнце. Мощнейшие прожекторы, направленные со всех сторон, залили окружающее пространство нестерпимо ярким светом. Грозный голос, усиленный мегафоном, пророкотал:

– Работает спецназ! Всем лечь на землю! Повторяю: работает спецназ! Не двигаться! Никому не двигаться!

Замелькали тени. Раздались устрашающие крики. Десяток бойцов, одетых в городской камуфляж и с лицами, закрытыми черными балаклавами, мгновенно взял территорию вокруг здания в оцепление. Два бойца подскочили к ослепленному, ничего не понимающему бородачу. Повалили на землю, заломили руки, звякнули наручниками. Весь процесс занял не больше трех секунд.

Еще столько же времени потребовалось, чтобы поймать и скрутить Жмыха, пытавшегося было улизнуть.

Затем крики переместились внутрь дома. Удары, звон, снова крики.

Кто-то потрепал Митю по голове. И знакомый голос произнес:

– Давай вставай уже. Ох и влетит же кому-то!.. Ох, влетит!..

– Пётр Петрович?

– Вставай, Дмитрий как-там-тебя-по-батюшке. Будем говорить с тобой. И разговор наш будет очень-очень долгий.

* * *

Лишние прожекторы выключили. Оставили лишь парочку, да и на тех убавили мощность в несколько раз.

Пульсируя яркими огнями, по старому асфальту к заброшенному хлебозаводу потянулись машины скорой помощи. Сразу несколько.

Из подвала полуразрушенного здания цепочкой выходили люди. Бледные, изможденные, полусогнутые. Один, другой… Всего четыре человека. Медики их быстро осматривали. Что-то спрашивали. Те что-то тихо отвечали.

– Кто это? – в ужасе спросила Лена, спрятавшись за широкую спину Петра Петровича. – Что происходит? Вы отвезете нас домой?

– Отвезу, но не сразу. – Иванцов-старший ответил на последний вопрос и криво ухмыльнулся. – Передам вас в руки родителей, и пусть они занимаются воспитательным процессом.

А затем посерьезнел. Так, что по щекам пролегли жесткие морщины. И мрачно пояснил:

– Это бездомные. Их ловили на улицах и буквально держали в рабстве, заставляя работать на себя. Здесь подпольный цех. Они делали тут лекарства, омыватели для стекол, удобрения и прочее. Все, что пользуется спросом и что можно легко подделать и быстро продать.

Митя поморгал глазами. Амплитуда поступающего в мозг потока информации была настолько размашистой, что требовалось время для осмысления всего произошедшего. И похоже, это осмысление теперь затянется на несколько дней.

Незаметно откашлявшись, чтобы голос звучал хоть капельку уверенно, Митя спросил:

– Как вы смогли так быстро приехать?

– Я зашел к Сергею. Он заснул, но телефон лежал в руке. В этот момент пришло сообщение от Лены, – Пётр Петрович кивнул в сторону Филипповой, – с картой и флажками. Не требовалось долгих размышлений, чтобы понять, что вы сюда попретесь.

– То есть вы знали про это место? – быстро спросил Митя.

– Скажем так, – уклончиво ответил Пётр Петрович, – мы имели информацию, что в этом квартале происходит нечто незаконное. И даже планировался рейд… Ну и я решил, что этот плановый рейд произойдет чуть раньше. Вот только надеялся сперва вывести