Семейка монстров - Алан Сноу

«Каков план операции?» – печально спросил капитан

А навстречу этому бронированному отряду шел другой, во главе которого шагал на своих босых, чисто вымытых, с подстриженными ногтями ногах и с кувалдой в руке обретший новые силы (и, можно сказать, новые ноги) Герберт.

Зарождающийся день выпал дождливый, даже грозовой: молнии то и дело перечеркивали серое небо, гремел раскатистый гром. Оглядывая небольшое войско, Уиллбери не испытывал никакого удовлетворения от того, как оно было снаряжено. Да, боевой дух высок, но амуниция и оружие подкачали. Просто ни в какие ворота не лезет. Посудите сами: можно ли успешно воевать, имея на вооружении самодельные рогатки из подштанников и к ним шарики, слепленные из грязи, добытой на дне трюмного насоса, а также из птичьего помета и столярного клея… И это еще куда ни шло, а у большинства воинов вообще нечто невообразимое в качестве наступательного (и оборонительного) оружия: отвертки, гаечные ключи, ведра, удочки, швабры… У него самого был в руках зонтик, который, конечно, мог кое-как защитить от дождя, но от пуль или дубинок… Извините…

Они приблизились к Сырному Холлу и остановились.

– Каков план операции? – печально спросил капитан.

Неунывающий Весельчак улыбнулся.

– Предлагаю, – бодро сказал он, – бросить на прорыв Герберта. А потом всем вползти туда, рассредоточиться и начать поиски Марджори.

– Все правильно, – грустно заметил Том. – Но от шума, который поднимет Герберт, переполошится весь город, а не только Хватсон со своими «сырниками».

– Никакого шума не будет, – хитро улыбаясь, произнес Весельчак. – Потому что Герберт и гром и молния будут грохотать одновременно.

– О, это вы неплохо сообразили! – одобрил Уиллбери. – Громовые раскаты как раз не утихают, и можно начинать. Я подам сигнал…

Блеснула молния, Уиллбери подождал несколько секунд, потом поднял руку – и одновременно с ударом грома Герберт нанес могучий удар колотилом по дверям Холла. Дубовые доски треснули, образовалась пробоина, нападавшие стали ждать появления «сырников» и были готовы атаковать их, хотя исход сражения вполне мог оказаться не в их пользу.

Однако из здания никто не появился.

– Они испугались, – предположил Весельчак.

– Или оглохли, – решил Том.

– Тогда мы войдем! – сказал капитан. – Нет возражений? – Все одобрили решение, и он подал команду своим матросам: – Подштанники к бою!

Это означало, что бывшие пираты молниеносно разделились на орудийные расчеты, в каждом из которых было по три бойца: двое натягивали штанины, третий, заряжающий, закладывал грязевое ядро и производил выстрел.

С этим грозным оружием они в боевом порядке осторожно вошли в дом и проследовали по коридору в первый зал, так никого и не встретив на пути.

– Отряд, стой! – негромко скомандовал капитан. – Теперь нужно ворваться в машинный зал, и там уж Герберт даст волю своему колотилу!

В орудийном расчете было по три бойца

В дверях стояло крошечное создание

Они приблизились к двери, Герберт занес молот, когда она вдруг приотворилась. Они замерли, однако никто оттуда не вышел – так показалось в первую минуту, но, когда опустили глаза и пригляделись, увидели, что в дверях стоит что-то очень маленькое, чем-то знакомое.

– Марджори! – крикнул Уиллбери.

– Да, это я, – грустно пропищала она. – Я знала, что вы придете, и ждала вас. А эти негодяи недавно ушли. Вместе со своим чудовищем.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Артур. Что он мог еще спросить?

– Вообще-то ничего, – так же печально ответила она. – Если бы не мой рост. Я не привыкла к высоте в шесть дюймов. Даже при рождении я наверняка была больше.

– Мы исправим это, – заверил ее Уиллбери. – Но сейчас нужно остановить Хватсона и его банду. Куда они отправились, не знаете?

– Я слышала об их планах – они ужасны: захватить городскую управу, ограбить банк, разрушить фабрики…

– Мы не дадим сделать это! – воскликнул капитан.

– Но как? – с сомнением пискнула Марджори. – У вас рогатки и кувалда, а у них – бронированная крыса с настоящими пушками, а в руках – настоящие ружья.

Ее слова повергли всех в молчаливое раздумье. Через какое-то время Артур неуверенно проговорил, обращаясь к Марджори:

– Вы сказали, она «вся в железе»?

– Да, мой мальчик. А что?

– В таком железе, как башмаки у Герберта?

– Конечно. Почему ты спрашиваешь?

– Не знаю, правильно ли я подумал, – смущенно заговорил Артур, – но вот что…

– Говори, мальчик, – подбодрила его Марджори.

И Артур продолжил:

– Над камерой, где сидел Герберт, он мне говорил, установлен очень сильный электромагнит. Такой сильный, что, когда его включали, башмаки Герберта, вместе с ним самим, притягивало к потолку. Если бы достать оттуда этот магнит и как-то применить его…

У Артура возникла идея использовать электромагнит

Глаза у Марджори загорелись.

– Ты прав, Артур! Если мощность у него достаточная, можно кое-что придумать.

– Что именно? – спросил Уиллбери. – Увы, я в технике совсем не разбираюсь.

– Ну как же, – с готовностью заговорил Артур, – очень просто! Дедушка мне объяснял законы физики. Мы наставляем магнит на это чудище, включаем катушку индуктивности – понимаете? – создаем магнитное поле и заставляем железную крысу делать то, что прикажем.

– Ох, это было бы так окейно! – воскликнул Весельчак, и все его поддержали.

Марджори, обратившись к Герберту, попросила поднять ее с пола и поднести к тому месту в машинном зале, под которым могла находиться его тюремная камера.

– Так я и думала, – пискнула она, когда он остановился в некоторой нерешительности возле одной из паровых машин. – Смотрите!

Крошечной ручонкой она указала на повозку, в которой лежал огромный моток проволоки.

На повозке лежал огромный моток проволоки

– То самое, что вы хотели найти, Марджори? – спросил Уиллбери, и она с удовлетворением кивнула.