Принц Идима - Дия Гарина

Очнуться Сашке Демидову довелось от мерного покачивания. Яркое солнце проглядывало сквозь дыры в холщовой крыше повозки, на которой его везли в неизвестном направлении. Но неизвестным только вначале. Стоило Демидову приподняться на локте над ворохом меховых шкур, служивших ему первоклассным спальником, как сразу несколько голосов выразили всеобщую радость по поводу пробуждения Наследника:

– Алекс проснулся! – прочирикала малышка Тарэ. – Ура! Теперь суп есть будем!

– Доброе утро, принц, – кокетливо улыбнулась ему Миррэ.

– Ваше высочество! – верный Арэт тут же оказался возле Сашки и протянул ему фляжку с душистым питьём. Демидов в три глотка осушил её содержимое и благодарно хлопнул оруженосца по плечу:

– Спасибо, братец, не дал ты мне засохнуть, – Сашка дурашливо поклонился и продолжил: – А теперь, после утоления жажды, не соблаговолите ли вы утолить мой информационный голод. Короче, колитесь, чем всё закончилось? Наши победили?

– Если ваше высочество имеет в виду, что подданные короля Ориса признали свои заблуждения относительно его королевского величества и…

– О господи, – простонал Сашка. – Миррэ, ну хоть ты мне по-человечески всё расскажи! Не то твой брат меня до смерти замучит своим придворным этикетом.

– Всё хорошо, Алекс, – Миррэ подсела к Демидову с другой стороны и накрыла его руку своей ладонью. – Его величество объяснил, что вы на самом деле пришли, чтобы спасти Идим. И все всё поняли. Поэтому сейчас Идэр и везёт нас в королевский Замок по просьбе короля Ориса.

– Получается, я всё самое интересное пропустил? – расстроился Сашка, откидывая не высохший полог. Дорога, ограниченная с одной стороны высокими деревьями, а с другой подступающими вплотную полями пожухших цветов, показалась Демидову очень знакомой. Ну конечно! Ведь именно по этой дороге наследник пустился в полный опасностей и приключений путь к замку Шарэй.

«Всё возвращается, – крутился в голове у Сашки обрывок известной цитаты. – И я возвращаюсь. То есть вернусь. Обязательно вернусь домой. Вот только решу маленькую проблемку спасения этого мира – и на Землю. Приключениями я сыт по горло. Да и экзамены на носу. А я ещё инглиш не вызубрил…»

– Сто-ой, четырёхногие! – донёсся с козел голос Идэра. – Стой, я кому сказал.

Впряжённые в повозку эроги возмущённо зафыркали, но послушались. Деревянные колёса протестующе заскрипелии остановились.

– А ну, живо хворост собирать, – скомандовал старый гвардеец, заглянув в повозку. – Твоего высочества это тоже касается. Тебе сейчас движение только на пользу. Заодно и аппетит нагуляешь.

Демидов хотел было возразить, что у него аппетит и сейчас неслабый. Но передумал и, сладко потянувшись, спрыгнул вслед за близнецами на ещё не просохшую после ночного дождя дорогу. Малышку Тарэ от сбора хвороста освободили. Но она всё равно увязалась за Сашкой с явным намерением заговорить своего спасителя до полусмерти. Сначала Демидов пытался её нейтрализовать, пообещав маленькой болтушке завалявшуюся в джинсах конфету. Но потерпел неудачу и потому поспешно науськал её на близнецов, дав слово принца, что они обязательно расскажут девочке о приключениях его высочества.

Сам же Демидов честно направился на поиски хвороста. Но как-то само собой получилось, что искал он его неподалёку от бывшего короля и его бывшего гвардейца, удобно разлёгшихся на траве под раскидистыми деревьями. Ему даже особо прислушиваться не понадобилось. Несмотря на неутомимый по-весеннему птичий щебет, Демидов отчётливо слышал каждое слово мужского разговора.

– Ответь мне, Идэр, о каких это Последних временах толковали фермеры в лагере? – спросил Орис, лениво покусывая идимскую травинку. – Что-то я о них ничего не слышал.