Хонорик выходит на дело - Владимир Сотников

А вот у Макара пока нет ни профессии, ни основного любимого занятия точнее сказать, наоборот: его все интересует одинаково. Поэтому он и станет раскрывать все тайны подряд - и про монетку, и про таинственного незнакомца... Так даже интересней!

Сначала уснул Ладошка - вернее, Ладошка с Нюком: хонорик, оставленный в покое Ладошкой, сразу же улегся на коврик. В квартире стало тихо. Папа был в кабинете, мама на кухне, Соня читала, сидя в кресле в гостиной. А Макар даже книгу не мог взять в руки! Только ходил и ходил по комнате, будто заведенный. От волнения, конечно.

Соня несколько раз взглянула поверх книги на Макара, потом усмехнулась:

- Боишься, да? В таком случае забудь обо всем - считай, что ничего особенного не произошло.

Макар даже встрепенулся от обиды:

- Если хочешь знать, совсем ничего не боятся только люди без нервов! Вот и читай свою книгу и баиньки укладывайся. Не понадобится мне твоя помощь! Сам справлюсь!

Макар махнул рукой и ушел в свою с Ладошкой комнату. Он прекрасно знал, что в таком состоянии поссориться - пара пустяков. Когда ожидаешь, нервничаешь и пусть даже немного боишься, любые неосторожные слова могут подействовать как оскорбление. Лучше уж с Сонькой не разговаривать... Захочет - подстрахует его сегодня ночью, не захочет - и не надо. Только бы выполнила свое обещание: не спешила пока рассказывать родителям эту странную историю.

Макар лег в кровать, все-таки взял книгу и стал просматривать страницы, почти не читая. Хорошо еще, что он не в засаде какой-нибудь! Лежать в постели и просто ждать, пока дома все уснут, все-таки удобнее, чем мокнуть где-нибудь под дождем или снегом, или сидеть на дереве... Макар от нечего делать стал представлять самые разнообразные способы засады и слежки - и не удержался, улыбнулся: его нынешний способ не мог себе представить, наверное, ни один сыщик в мире. Засада в чистой постельке. Главное - не уснуть!

"Проспал!" - этот голос так громко вскрикнул внутри Макара, что он подпрыгнул на кровати.

Он был абсолютно уверен, что его кто-то разбудил. Иначе кто же это прокричал?..

Часы показывали одну минуту первого. Стрелки на светящемся циферблате заметно начали разъединяться, и от этого таинственность первой перешедшей за полночь минуты нарастала - казалось, с этой минуты начинается совсем другое, неизвестное время.

Макар осмотрелся и прислушался. Кроме сопящего Ладошки в комнате больше никого не было. Тихо было и во всей квартире. Значит, ему показалось - это во сне он услышал вскрик: "Проспал!".

Крепко ли спят родители? И вообще, уснули ли они? Обычно в будние дни спать они ложились рано. Макар осторожно поднялся, тихо оделся. В прихожей было темно. Сейчас самое главное - неслышно отворить входную дверь. Соню он решил не будить: сказал же ей, что справится сам. Правда, от этой мысли неприятный холодок сразу же пробежал по всему телу, и Макар даже поежился.

Поначалу он долго смотрел в глазок. На площадке за дверью было непривычно темно - еле угадывались контуры стен. Неужели перегорела лампочка на лестнице? В таком полумраке, конечно же, ничего и никого разглядеть не удастся, но ведь Макар и не собирался торчать под дверью бесконечно. Ниша - вот куда он должен пробраться. Не зря же он держит в кулаке монетку...

Не позавидуешь сыщикам, сидящим в засадах по ночам! Особенно если приходится при этом не таиться на одном месте, а еще и двигаться. Кажется, что не ты следишь, а за тобой наблюдают из темноты чьи-то глаза... Но отступать было поздно: завтра Макар не простил бы себе своей трусости. Или хотя бы нерешительности - трусом себя называть все-таки не очень приятно. Вперед!

Замок не звякнул, дверь не скрипнула. Теперь надо было заблокировать замок, чтобы он не захлопнулся... Прикрыв за собой дверь, Макар вышмыгнул на лестничную площадку. Где-то внизу горел неяркий свет, а вот два ближайшие пролета были совершенно не освещены - значит, действительно перегорела лампочка. Макар постоял, дожидаясь, пока глаза привыкнут к полумраку. Хорошо, что зрение у него было отличное - через минуту он различал даже выпуклости кнопок на дверных обивках. А волосок?

"Надо было приготовить фонарик!" - с опозданием подумал Макар.

Впрочем, он и без фонарика прекрасно помнил, на какой высоте был прикреплен волосок, и осторожно приблизил лицо прямо к соседской двери. Волосок... был отклеен! Едва различимый, он был вдавлен лишь в одно пятнышко пластилина. Сомнений в этом быть не могло - Макар даже прикоснулся к торчащему волоску пальцем. И тут ему показалось, что за дверью различился слабый шорох... Макар на цыпочках отпрянул от двери и тут же натолкнулся на кого-то! Вскрик замер внутри него, как тогда, во сне, не вырвавшись. Хорошо, что тихонько ойкнула Соня - конечно, это была она.

- Ой! - Она зажала рот ладонью и сердито шепнула: - Ты чего прыгаешь?

- Фу-у... - Макар перевел дух. - А ты чего подкрадываешься так тихо? Не могла предупредить?

- Позвать надо было, мы же договорились, здесь же страшно одному! продолжала шептать Соня.

Но тут Макар приложил палец к губам.

- Т-с-с!

Он показал на соседскую дверь и потянул Соню за руку - но не к своей квартире, а к нише.

- Тихо! - совсем уж неслышно шепнул он. - Там волосок отклеен. И шорох какой-то...

Ребята замерли. Какая там монетка! Макар даже не пытался потереть ее наоборот, еще сильнее сжал в кулаке. Чтобы и не писнула. А вот Соня так и намеревалась шепнуть что-то еще, но только вздрагивала - Макар это чувствовал. А может, это он сам дрожал - мелко-мелко, как от озноба?

- Ты нашу дверь не захлопнула? - все же спросил он шепотом.

- Нет, только прикрыла, - ответила Соня.

Явственные шорохи раздались совсем рядом с ними, как будто это они сами передвигали ногами. Но ведь они стояли как статуи! Ребята окаменели еще больше... Сколько это продолжалось - минуту, две? Казалось, привычный ход времени исчез.

Вдруг по воздуху пронесся легкий ветерок, как будто откуда-то вылетел сквозняк. В неподвижном воздухе любое колебание угадывается мгновенно может, и правда, от сквозняка открылась дверь их квариры? Но Макар почему-то не решался даже выглянуть из ниши.

Легкие шорохи переместились и теперь уже не раздавались в нише, а доносились извне, с лестничной площадки... Никогда раньше не испытывал Макар такого онемения во всем теле! Каково же Соне? Ведь она все-таки девчонка, хоть и старше его...

Пересилив себя, Макар оглянулся на видимую из ниши часть лестницы. Сами ребята находились в кромешной темноте - глубина ниши была черна, как темная стена. А вот лестница...

По ней плыла тень! Явственная, четко очерченная человеческая тень. Как будто самого человека не было, а тень его вдруг поднялась во весь рост и поплыла над ступеньками! Но разве тень может ступать - пусть легкие, но все-таки шаги отдавались в полу...