Вечное пламя - Шеннон Мессенджер

Магсидиан был редким минералом, который добывали только дворфы, и он мог влиять на определенные силы в зависимости от своей обработки. Когда они использовали его в прошлый раз, он направил стрелку компаса Софи в сторону убежища «Черного лебедя».

Она не представляла, зачем он им сейчас, но у нее были заботы и поважнее.

– Ты правда считаешь, что им можно доверять? – прошептала она, оглядываясь через плечо, будто ожидая, что из-под земли выберется армия дворфов.

– Определенно нет, – предсказуемо вмешался Сандор.

Софи искренне поражалась, что он так долго молчал. Даже не стал спорить, когда они собрались в пещеры, разве что пару раз пискляво вздохнул. Но, вернувшись в свой режим чересчур заботливого телохранителя, он добавил:

– Они уже показали, что не в состоянии обеспечить вашу безопасность. Я не позволю вам слепо следовать их указаниям!

– Но они дали нам три дня на подготовку, – напомнил Киф. – И сказали, куда идти. Они точно знали, что ты психанешь. Так что можешь сначала заняться своей любимой безопасностью.

С такими аргументами Сандор спорить не мог. Но он все равно пробормотал:

– Мне это не нравится.

– Мне тоже, – призналась Софи. – Почему они хотят связаться именно сейчас, хотя так долго молчали?

– Даже не знаю – ты только что взбесила короля огров и чуть не начала войну, – с усмешкой заметил Киф. – Может, они решили, что не стоит предоставлять тебя самой себе.

Сандор вновь пискляво вздохнул:

– Это даже логично.

– Ну еще бы! – сказал ему Киф.

И в следующее мгновение они уже обсуждали план. Софи старалась к ним прислушаться, но большую часть времени перечитывала записку «Черного лебедя», пытаясь понять, известно ли им что-нибудь, чего не знает она.

Одна строка особенно выделялась:

Тяжелые дни поджидают тебя.

Несмотря на предсказание «Черного лебедя», за три следующих дня не случилось ничего тяжелого.

Сандор следил за каждым движением Софи, хотя она только разбирала свадебные украшения в кабинете Эдалин – не находя в них ничего полезного, интересного или относящегося к «Черному лебедю» – и сидела в собственной комнате.

Декс не приходил: был слишком занят ограничителем способностей. Но он связывался с ней каждый вечер и даже не психанул – почти, – когда она рассказала о встрече с «Черным лебедем». Он, разумеется, тоже попросился пойти. Но Софи сказала ему то же, что и Фитцу с Бианой: она не могла рисковать спугнуть «Черный лебедь».

Биана постаралась убедить Софи, что может притаиться как эмфанист, но в итоге признала, что не справится, потому что не умела скрываться дольше нескольких минут. Она перестала часто приходить в гости, чтобы тренироваться с Деллой. Что было неплохо, потому что Фитц хотел поработать с Софи над ее воспоминаниями.

Он приходил каждый вечер, и они испытывали новые упражнения на доверие, но ничего не получалось – даже когда он заставил Софи встать на стул и упасть спиной ему в руки. Он поймал ее, не уронив. Но в итоге они получили лишь порцию шуточек от Кифа, который заявился как раз в момент, когда Фитц держал Софи на руках.

Весь остальной день Киф умолял тоже попробовать и обещал, что уронит ее только один раз.

Это раздражало и расстраивало – но вместе с тем и успокаивало. Как будто жизнь вновь возвращалась в прежнее русло, несмотря на отсутствие занятий в школе и редкие новости по избранию нового старейшины.

О большей части кандидатов Софи никогда не слышала. Но она удивилась, узнав, что среди них есть дама Алина.

– Как думаешь, она победит? – спросила Софи у Грейди, когда наконец застала его за завтраком на утро третьего дня.

Из-за траура, на время которого приостановили все задания аристократов, Грейди с утра до вечера работал в Этерналии, помогая гномам организовать уборку. Они собирали все осколки драгоценностей, чтобы потом возвести монумент в память Кенрика – и Софи считала это прекрасной идеей. Но все равно сомневалась, что сможет на него смотреть.

– Алден явно считает, что у дамы Алины есть сторонники, – сказал Грейди, отрезая Софи большой кусок фиолетового пирога, который Эдалин призвала перед тем, как отправиться работать на пастбища. – А что? Боишься лишиться директора?

На самом деле Софи предпочитала даму Алину всем остальным. В последнее время она была очень добра к ней – и была сторонницей Алдена. Если бы она попала в Совет, то еще один голос в пользу Софи был бы обеспечен.

Софи откусила кусок пирога, с облегчением обнаруживая, что на вкус он был как бекон, смешанный с другим беконом и покрытый плавленым сыром. Гномы и правда выращивали самые вкусные овощи – хотя Софи пока не нашла ничего со вкусом пиццы.

– Долго Совет будет выбирать, как ты думаешь? – спросила она с полным ртом.

– О, думаю, они выберут кого-нибудь, как только закончится период выдвижения кандидатур. Не только потому, что король Димитар ожидает твоего наказания, – он кашлянул, – но и потому, что нашему миру нужно увидеть, что у наших правителей все в порядке. Народ хочет безопасности. И говоря о ней…

Он подвинулся ближе и взял Софи за руку.

– Мы не говорили о твоей сегодняшней встрече с «Черным лебедем», но это не значит, что меня все устраивает.

– Так… думаешь, мне не стоит идти? – спросила Софи, потому что и сама все еще сомневалась.

– На самом деле, думаю, нужно выяснить, чего они хотят. Но я им не доверяю – и еще меньше доверяю «Незримым», – так что Сандор пойдет с тобой. И не только в лес Вандерлингов. Куда бы они тебя ни забрали. Чтобы никто не усыпил тебя и не утащил никуда одну, как в прошлый раз.

– Они могут не разрешить, – предупредила Софи. – В прошлый раз они не пустили Кифа со мной.

– Я могу быть куда настойчивее мистера Сенсена, – сказал Сандор, похлопывая себя по карманам, полным оружия. – А если они откажутся, то я заберу вас домой – сразу же.

– Но…

– Это не обсуждается, – перебил Грейди. – Ты никуда не пойдешь без телохранителя, и никаких исключений. Если Сандор никуда не идет, то и ты тоже, поняла? По крайней мере пока все не придет в норму.

– Ладно, – пробормотала Софи. Она понимала, что спор заведомо проигран.

К тому же она знала, о чем говорит Грейди. Она застала Фитца с Кифом, шепчущихся о кампании «Изгоним Софи Фостер!», у которой было много сторонников.

И слышала, как Киф сказал, что Затерянные города сейчас «не лучшее место для Фостер».

Она отодвинула тарелку, потому что есть перехотелось.

Грейди подвинул ее обратно и доложил еще два розовых пирожных.

– И еще кое-что. Знаю, на тебя многое свалилось. Но тебе нужно есть. И спать. И заниматься с друзьями чем-то помимо заговоров, мятежей и проверки способностей. Детство – драгоценный дар, Софи. Не позволяй никому его украсть.