Эви и животные - Мэтт Хейг

– Ещё раз прошу прощения. Разумеется, я компенсирую вам все затраты на кролика и заплачу сколько нужно. И, можете не сомневаться, Эви будет наказана. Я заставлю её тысячу раз написать «Я НЕ ДОЛЖНА ВЫПУСКАТЬ КРОЛИКОВ ИЗ КЛЕТКИ» и лишу карманных денег. На целый год.

Эви от удивления раскрыла рот. Сейчас ей как никогда сильно хотелось прочитать папины мысли. Она, конечно, подозревала, что из-за кролика у неё будут неприятности, но даже вообразить не могла, что папа разозлится до такой степени.

Похоже, директрису суровая папина речь тоже впечатлила.

– Вижу, мистер Тренч, вы осознаёте всю серьёзность случившегося.

– Поверьте, осознаю. Вам не о чем беспокоиться, миссис Бакстер.

– Боюсь, всё не так просто, мистер Тренч. Видите ли, на следующей неделе мы ждём школьную инспекцию, и вопрос о кролике неизбежно всплывёт. Мы должны будем показать, что не даём спуску нарушителям порядка. Так что Эви придётся подыскать другую школу.

Вид у папы сделался такой, будто он вот-вот заплачет.

– Вы хотите её исключить?

– У меня нет выбора.

И тут Эви кое-что вспомнила.

– Простите, – сказала она, – но как вы думаете, инспекторам будет интересно узнать, где вы взяли этого кролика?

Настал черёд миссис Бакстер побледнеть.

– О чём ты говоришь?

Сердце Эви колотилось как сумасшедшее. Папа очень расстроится и разозлится, если её исключат. А значит, нужно срочно что-то предпринять.

– Кое-кто видел, как вы забрали крольчиху из леса. Думаю, это незаконно, – как можно спокойнее проговорила Эви. И на всякий случай не стала уточнять, что «кое-кто» – это другие кролики.

Ноздри миссис Бакстер раздулись от ярости, но директриса не сразу нашлась что ответить.

– Я… я… Да ты хоть представляешь, как сложно уложиться в школьный бюджет? Я вынуждена на чём-то экономить!

– Надеюсь, инспекторам понравится такое объяснение, – сказала Эви.

– Или… – вмешался папа, – мы можем просто сделать вид, что ничего не случилось.

В кабинете повисла тишина. Миссис Бакстер смотрела на Эви. Папа тоже смотрел на Эви. А Эви смотрела на свои туфли.

Наконец миссис Бакстер нарушила молчание.

– Что ж, в таком случае не смею вас больше задерживать. Можете идти.

Папа Эви благодарно улыбнулся.

– Спасибо, миссис Бакстер. Эви, скажи «спасибо». Ведь ты благодарна миссис Бакстер за её доброту?

Эви выдавила из себя тихое «спасибо». Ещё ни одно слово не давалось ей так тяжело.

А мистер Тренч тем временем встретился взглядом с директрисой и сказал то, что давно собирался.

– Могу я кое о чём вас попросить, миссис Бакстер?

– Конечно. – Вид у директрисы был по-прежнему суровый, но голос слегка смягчился.

– Я подумал, можем ли мы сделать так, чтобы случившееся осталось между нами? Ведь у вашей школы прекрасная репутация. И будет прискорбно, если она испортится из-за какого-то недоразумения.

Миссис Бакстер глубоко вздохнула, словно сдерживая слова, которые собиралась произнести.

– Вы правы. Эта история не выйдет за порог моего кабинета. Иначе люди начнут задавать вопросы, а нам это ни к чему. Но ещё один подобный проступок – и вам придётся забрать из школы свою проблемную дочь. Надеюсь, вы меня поняли.

Папа улыбнулся, встал и почти поклонился миссис Бакстер.

– На сто процентов, – ответил он, и в коридоре зазвенел звонок. А папа повернулся к Эви и сказал строгим голосом: – А нам пора домой.

Имя из сна

В машине Эви попыталась определить, как сильно папа сердится на самом деле. Он точно сердился, но, возможно, чуть меньше, чем хотел показать миссис Бакстер.

– Я не злюсь, Эви. Мне просто грустно, что ты не смогла сохранить один-единственный секрет, хотя я тебя об этом просил.

Эви отвернулась к окну, за которым проплывали деревья.

– Я помогла крольчихе. Она ведь тоже живая, как человек. И у неё есть чувства. Кролики вообще очень умные. Они…

– Ты обещала, что не будешь этим заниматься.

В машине воцарилось молчание.

– Знаю. Прости, – наконец негромко сказала Эви.

Они проехали мимо чумазого пса, который с интересом обнюхивал фонарный столб. Эви узнала Колтуна, но машина двигалась слишком быстро, чтобы она успела разобрать его мысли.

– Я же просил не делать этого, – продолжал папа. – Если начнёшь слушать животных, у тебя будут большие неприятности…

Эви кивнула. Наверное, папа говорил о том, о чём накануне предупреждала бабушка Флора. Что голоса животных в конце концов сведут Эви с ума. Но потом папа едва слышно произнёс имя, от которого у неё внутри всё похолодело.

– Мортимер.

Мортимер. Она точно его где-то слышала. Сначала Эви не могла вспомнить, но, когда поняла, её сердце забилось испуганной птицей.

Она слышала его во сне об изумрудном удаве и ядовитой лягушке! Змея тоже говорила о каком-то Мортимере.

Эви беспокойно заёрзала на сиденье. Она боялась задать вопрос, но выхода не было.

– Папа, а кто такой Мортимер?

Папа не спешил с ответом. Их зелёный автомобиль натужно пыхтел по Лофтинг-роуд, а папа бормотал что-то себе под нос. Он выглядел очень уставшим. В его мешках под глазами легко поместилась бы ещё парочка мешков. Всё-таки папы полны загадок.

Эви не слышала, о чём он бормочет, но, кажется, папа спорил сам с собой. Наконец до Эви долетело «если не сейчас, то когда», и папа повернулся к ней.

– Эви, я хотел подождать, пока тебе исполнится шестнадцать, но вижу, что откладывать нельзя. Правда, сперва я тебе кое-что покажу.

Эви сглотнула.

– Это касается мамы?

– Да, и мамы, и нас с тобой. Это касается всего. – Папа припарковал машину и пригладил дрожащими пальцами редеющие волосы. – Ладно, – выдохнул он, – иди за мной.

На дереве возле дома сидела белка – старая знакомая Эви.

– Почему ты такая грустная? – спросила белка, когда девочка вылезла из машины. – Орехи закончились?

Эви ничего не ответила и молча пошла вслед за папой.

Девочка из джунглей

Папа привёл Эви в гараж. Там пахло сыростью и замшелыми тайнами. Вокруг громоздились сломанные стулья и диваны, которые чинил папа. Из них во все стороны торчали пружины и набивка.

Эви держала документ, который вручил ей папа. В самом верху страницы по-испански было написано «Свидетельство о рождении» – Acta de Nacimiento.

Руки Эви дрожали.

Она снова и снова перечитывала имя, напечатанное на бумаге.

Изабелла Ева Наварро.

– Кто это? – спросила Эви.

А потом увидела, что они с Изабеллой Евой Наварро родились в один день.

Вот только эта девочка появилась на свет не в Лондоне. В графе «Место рождения» у нее значился «город Тена, Эквадор».

– Что это такое? – прошептала Эви. Во рту пересохло. – Кто это?

Но беда в