Руди-Пятачок - Уве Тимм

Мы поехали домой. Папа был страшно зол и, как обычно, когда бывал не в духе, с досады ругался на других водителей, что те якобы слишком быстро или слишком медленно едут, ворчал на Бетти, что она его дергает и отвлекает, и на меня, что я не сразу закрыл окно. Вообще-то, мы к этому уже привыкли, только мама еще иногда на него сердилась.

Дома мы устроили семейный совет.

— Что будем делать? — спросила мама.

— Триста пятьдесят марок — кругленькая сумма!

Деньги на нас с неба не падают, — проворчал папа и посмотрел на маму.

— Но ведь мы должны спасти Руди! — взмолилась Цуппи.

— Деньги тут не главное, — сказала мама.

— Да вы только подумайте: куда мы денем этакую раскормленную свинью? Он ведь стал просто огромным, его уже в ванную не запихнешь. А стоит господину Шустербергу обо всем пронюхать, он нас в два счета выставит на улицу. Да и другие жильцы ему наверняка нажалуются. Поросенок — это одно дело, многим они даже нравятся, но что скажут люди, когда мы поселим в квартире такого громадного откормленного борова?

— Руди не виноват, что он теперь такой толстый, — заступилась за поросенка Бетти. — Все равно надо постараться протащить его в квартиру.

— А что потом? — не успокаивался папа. Так и будем вечно жить со свиньей в ванной?

— Можно его выводить на прогулки по ночам.

— А где мы возьмем денег ему на прокорм? Такой здоровенный хряк на одних объедках не продержится. Ему подавай жрать, жрать и жрать. Может, прикажете установить ему в ванной кормушку с компьютерным управлением? И потом: кто будет там убираться? Тоже — я? Всю жизнь мечтал ухаживать за свиньей!

— Значит, тебе Руди совсем-совсем не жалко?

— Жалко, но надо себе представлять, куда мы его денем и где на все возьмем денег.

Бетти сказала, что она готова мыть соседям окна, за это платят пять марок в час. Цуппи вызвалась убираться у старой дамы, нашей соседки сверху, а я был готов подтягивать отстающих по математике. И пока мы таким способом накопим триста пятьдесят марок, Руди уже отправят на бойню.

Мама посмотрела на папу и решила:

— Что ж, детям придется поделиться частью своих накопленных карманных денег. Ну, скажем, ста пятьюдесятью марками.

Тогда и папа согласился:

— Так и быть, придется раскошелиться для начала.

На следующий день мы встали рано-рано и отправились на свиноферму. Когда мы туда приехали, на дворе уже стоял грузовой фургон, и водитель как раз закрывал кузов. В грузовике теснились свиньи.

— Стойте! — закричала Цуппи. — Остановитесь, там наша свинья!

— Отойди в сторону, — велел водитель. — Я спешу.

И он сел в кабину. Папа побежал к хозяину фермы, размахивая деньгами. Фермер тщательно пересчитал их, потом подошел к грузовику и сказал шоферу:

— Одну свинью придется вернуть.

— Час от часу не легче! — рассердился водитель, выключил мотор и вылез из кабины. — Как вы тут разберете, какая ваша, а?

— Сейчас я свистну, и он сам объявится, — пообещала мама.

Водитель опустил заднюю стенку кузова. Мама свистнула в два пальца. И Руди тут же протиснулся мимо толстых свиней, медленно и с трудом перешагнул через борт и ступил на пандус. А водитель поспешил поднять стенку кузова.

Усадить Руди в наш комби оказалось совсем непросто. Сам он туда взобраться не мог, таким стал неповоротливым. Пришлось папе подогнать автомобиль к самому пандусу. Когда Руди вошел в багажник, машина сильно просела.

— Надеюсь, ось не сломается, — проворчал папа.

На выезде с фермы мы обогнали грузовик со свиньями. Они стояли там и печально на нас смотрели. Цуппи расплакалась и, чтобы отвлечь ее, папа спросил: