Я – комментатор! Василий Уткин, Виктор Гусев, Владимир Стогниенко, Геннадий Орлов и другие о тонкостях профессии - Роман Скворцов

сейчас стали выходить какие-то липовые словари, где пишут, что можно говорить и так, и так. Но это – вообще за гранью. Это – полный беспредел, хотя и в менталитете нашего народа. По закону нельзя, но по сердцу можно – в этом весь русский человек. А ведь следование закону – признак цивилизованности. Уж хотя бы в нашей профессии давайте каких-то канонов придерживаться.

Василий УТКИН:

– Они меняются со временем: то одни, то другие. Дольше всех при мне прожило слово «вот».

Виктор ГУСЕВ:

– Стараешься все-таки обходиться без слов-паразитов, ненужных штампов. А так, замечал за собой, что довольно часто, где надо и где не надо, говорю «немножко». Может быть, это вызвано тем, что я как-то пытаюсь смягчить оценки, чтобы они не звучали категорично.

Владимир СТОГНИЕНКО:

– Периодически такие слова появляются. Был год, когда непонятно почему злоупотреблял одним, потом оно ушло. Но конкретное слово-паразит на протяжении долгого времени… Подобного у меня точно не было.

Константин ВЫБОРНОВ:

– Было два. Одно слово – «вот». Когда слушали с отцом мои первые репортажи, просто не понимал, откуда оно бралось. Но через четыре-пять матчей удалось его полностью искоренить… А второе – «в исполнении». Не могу сказать, что прямо уж сильно им грешил, но пришлось какое-то время потратить, чтобы убрать из лексикона.

Это – чистейшее слово-паразит. На концертах – да, ария в исполнении кого-то бывает. Но вот штрафной в исполнении… Абсолютно бессмысленное слово.

Ольга БОГОСЛОВСКАЯ:

– Слишком часто говорю слово «да». Такая вот я соглашательная. Особенно, когда устаешь. Мы же с Алексеем Васильевым даже ставили мировой рекорд 13 с половиной часов прямого эфира в день открытия чемпионата мира-2013 в Москве.

И вот, устав, понимаешь, что слова уже трудно подбираются, и ради паузы на обдумывание следующей фразы помогаешь себе словом «да». А мозг в это время ищет подходящие синонимы. Кстати, я замечала, что к комментаторам слова-паразиты редко приклеиваются надолго. Обычно периодами: понравилось слово, и лепишь его, а потом, спустя какое-то время, перестаешь.

Роман СКВОРЦОВ:

– Э-э-э, что? Ну, не знаю.

Андрей ГОЛОВАНОВ:

– Все очень просто: чем больше человек читает, чем богаче у него словарный запас и выше эрудиция, тем меньше слов-паразитов. Богатый лексикон – гарантия того, что слова-паразиты не будут использоваться. Единственное, что вызывает вопросы – ударения. У меня всегда такой специальный словарь под рукой, и даже вне эфира часто в него заглядываю.

Олег ЖОЛОБОВ:

– Таких вроде бы не было. Разве что словарный запас поначалу был небольшим. Однажды старшие товарищи мне дали совет, и я взял его за догму: напрочь перестать ругаться в повседневной жизни матом, чтобы какое-нибудь словечко потом случайно не проскочило.

Даже со своими маленькими детьми старался разговаривать правильно. Не прямо фразами из репортажа, конечно, но все равно всегда оставаясь в профессии. Потом это уже превращается в норму: как дышать, как ходить по лестнице. Но первоначально требовало усилий. Фразу: «Мы – комментаторы, нас немного, и мы должны держать планку во всем: как выглядим, как одеваемся, как говорим», – услышал от Гены Орлова, когда в 1992-м телеканал «Россия» неожиданно отправил меня на чемпионат Европы в Швецию.

А Владимир Иванович Перетурин тогда писал в «Комсомолке»: «Да как мог поехать Жолобов, он же играл в водное поло?» Для меня самого, если честно, та футбольная командировка стала шоком. Телеканал принял смелое решение.

Кирилл ДЕМЕНТЬЕВ:

– «Честно говоря».

Александр НЕЦЕНКО:

– Наверняка слова-паразиты у меня имеются, только вот так, с ходу не назову: со стороны виднее. Стараюсь следить за собой, хотя, может, на автомате и проскакивает. Полностью изжить их вряд ли удастся, но чем чаще будешь в эфире, тем быстрее избавишься.

Помогает обратная связь, мнение людей, которым ты доверяешь. Когда начинаешь работать комментатором, набрасываешь себе определенный план, как будешь вести репортаж, а с практикой он структурируется в голове, и не надо его прописывать. Становится проще.

Григорий ТВАЛТВАДЗЕ:

– Были, хотя сейчас даже не вспомню какие.

Сколько времени уходит на подготовку к репортажу, и от чего это зависит?

Геннадий ОРЛОВ:

– Готовишься всю жизнь. И двадцать четыре часа в сутки думаешь о следующем матче.

Василий УТКИН:

– Зависит от возможностей. От настроения. Если ты работаешь три-четыре раза в неделю, ты всегда, в принципе, готов. Следишь да новостями, смотришь обзоры. Раз в неделю я, когда работал, выбирал часик, чтобы подготовиться к конкретному репортажу. Обязательно при этом писать ручкой. Пишешь – уже запоминаешь.

И не брать с собой написанное. Что нужно – то вспомнится. У меня на репортаже с собой бывало две бумажки: составы с расстановкой и список травмированных/дисквалифицированных.

Виктор ГУСЕВ:

– Поскольку Первый канал не является специализированным, о некоторых репортажах узнаешь за месяц. Все это время что-то постоянно читаешь, помечаешь, записываешь себе в тетрадь. Если идет чемпионат мира или Европы, то самым основательным образом готовишься к первому матчу, а потом настолько наполняешься информацией в атмосфере большого турнира, что процесс подготовки к репортажам заметно упрощается.

Ты уже живешь турниром и вставляешь эту жизнь в свой репортаж. Так что соревнования, как чемпионат мира, в каждодневном режиме комментировать достаточно легко и приятно.

Владимир СТОГНИЕНКО:

– Зависит от того, насколько ты в теме. К матчу чемпионата России готовлюсь минут сорок: надо только новости просмотреть, так как ты и так все время находишься внутри. Иностранный чемпионат, за которым следишь постольку-поскольку, или Лига чемпионов отнимают на подготовку уже несколько часов. А к финалу чемпионата мира я готовился два дня.

Константин ВЫБОРНОВ:

– В первую очередь зависит от регулярности работы на конкретном виде спорта. Если ты постоянно комментируешь футбол, то через какое-то время базовая подготовительная часть у тебя уже присутствует по умолчанию. Остается только последние интересные факты поднять.

Конечно, в начале карьеры хотелось рассказать обо всем, выдать всю огромную массу найденной информации. Пришлось учиться дозировать, чтобы репортаж не забивать статистикой и прочим. Но все равно всегда готовился помногу, так как самому было интересно. Особенно во время чемпионатов мира или Олимпийских игр.

Сколько бы ты ни комментировал, вряд ли будешь много знать о спортсмене из Того или сборной Анголы. Становится любопытно, что это за люди, чем они дышат, и всегда находятся факты, параллели, истории, которые используешь короткой строкой, и они интересны зрителю.

Нельзя забывать и о специфике канала. Аудитория, допустим, «Матч ТВ» – состоявшийся спортивный болельщик, который сам многое знает. А на Первом или ВГТРК – люди,