Я – комментатор! Василий Уткин, Виктор Гусев, Владимир Стогниенко, Геннадий Орлов и другие о тонкостях профессии - Роман Скворцов

Роман СКВОРЦОВ:

– Бытует мнение, что комментаторам удается не ругаться в эфире матом неимоверным напряжением всех сил. На самом деле ничего сложного, так же, как не курить во сне, например.

Андрей ГОЛОВАНОВ:

– Мифов действительно очень много, в том числе и откровенного вранья. Люди рассказывают о том, чего не было, да и не могло быть. 99 процентов историй о комментаторах – выдумки.

Самый простой пример: почему-то считается, что Николай Николаевич Озеров выругался в эфире матом. Это исключено в принципе, потому что в советские времена цензура была такой, что, если бы прозвучало даже не матерное слово, а просто ругательство, человека бы навсегда отстранили от эфира.

Сам Озеров был очень воспитанным и интеллигентным человеком, и какие бы эмоции его ни переполняли, никогда бы такого себе не позволил. Самое смешное: об этой фразе мне рассказывали совсем молодые люди, родившиеся позднее, чем Озеров комментировал. При этом люди уверяли, что сами слышали… Напомню, Николай Николаевич закончил комментировать на Центральном телевидении в 1987 году. При этом одни говорят, что дело было на хоккее, другие – на футболе. Даже вид спорта определить не могут.

И подобное встречается сплошь и рядом. Часто смотрю матч, внимательно слушаю, а потом читаю отзывы в Интернете, и у меня ощущение, что обсуждаемые фразы комментатора просто выдуманы. Непонятно, зачем?

Вот, допустим, миф непосредственно про меня. Девяносто девятый год, мы с Витей Гусевым комментировали финал чемпионата мира по хоккею Чехия – Финляндия. Обычно беру на репортаж бутылку негазированной воды, но именно в тот день в пресс-центре была только кола. Открыл ее на позиции не слишком аккуратно, и какое-то совсем небольшое количество брызг попало на протоколы – буквально несколько капель. Каким-то образом об этой истории узнали коллеги с «НТВ-Плюс», и мне предъявили следующее: «А правда ли, ты пришел на репортаж в стельку пьяный, с бутылкой виски, и, открывая колу, чтобы разбавить виски, ты был настолько пьян, что не удержал бутылку и залил пульт, наушники и соседние комментаторские позиции?»

Здесь неправда всё, кроме того, что был финальный матч чемпионата мира, но история-то гуляет. И таких мифов миллион.

Олег ЖОЛОБОВ:

– Миф о всезнайстве. Мне очень часто задавали вопрос: «Откуда ты всех знаешь?» Не знаю, как у коллег, но у меня с незапамятных времен всегда под рукой была тетрадочка-шпаргалка.

С появлением компьютеров, конечно, стало проще. А в 90-е годы мы, пусть и с недельным опозданием, показывали в «Футболе без границ» матч «Реал» – «Барселона», не имея практически никакой информации. Данные надо было собирать по крупицам: где-то находили, переводили, до кого-то дозванивались по служебным телефонам. А потом нас спрашивали: «Почему вы звонили за границу?»

Еще хотел бы развеять миф об Озерове. Николай Николаевич никогда не произносил фразу: «Гол, сами знаете что, штанга». Абсолютно все ветераны, с кем бы ни обсуждал эту тему, утверждали: Озерову эти слова просто приписали. Видимо, в силу его огромной популярности.

Но таким и надо быть комментатору, как говорил Владимир Никитич Маслаченко: пижоном, понтовым. Это – действительно уникальная профессия, требующая мастерства. Больших комментаторов, правда, немного, и мифов про них хватает. Хотя в жизни они вполне обычные люди.

Кирилл ДЕМЕНТЬЕВ:

– Главный миф – что мы всегда работаем пьяными. Это чепуха, в лучшем случае – через раз.

Александр НЕЦЕНКО:

– У болельщиков, когда они встречают комментатора, есть несколько типовых вопросов. Почти всегда заранее понятно, что ты их услышишь: «за кого вы болеете?», «как вы умудряетесь не материться в эфире?», «приходилось ли комментировать пьяным?». С моей точки зрения, это – большие мифы. Ни разу не приходил на эфир пьяным, ни за кого не болею и уж точно не буду материться в эфире. Когда нажимаю красную кнопку, переключается тумблер – я себя контролирую.

Григорий ТВАЛТВАДЗЕ:

– Не знаю, сколько раз меня спрашивали, был ли я знаком с Озеровым. Отвечаю: с ним я не общался, но был знаком с Георгием Георгиевичем Саркисьянцем, был знаком с Котэ Махарадзе, был знаком с Маслаченко, с Перетуриным… Тем не менее практически всегда задают один и тот же вопрос: «Правда ли Озеров в эфире матюгнулся?»

До сих пор не могу понять, откуда эта легенда взялась, тем более применительно к Николаю Николаевичу, который в жизни слова «дурак» не произносил. Он был настолько культурным и интеллигентным, что представить, чтобы он такое ляпнул в эфире, – просто бред сумасшедшего. Эту легенду хочется разрушить раз и навсегда, хотя, думаю, она все равно будет жить.

Какими качествами (в порядке важности) должен обладать хороший комментатор?

Геннадий ОРЛОВ:

– Ирония, юмор, страсть. Комментатор имеет право на любые эмоции, когда, допустим, играет сборная страны. Даже если, к примеру, задыхается в каком-то порыве, – это нормально и органично. Органичность – вообще одно из ключевых понятий. Не надо быть академиком и поучать всех или, наоборот, развязным. Стремиться стоит к органичности. Все, как в жизни. Любой репортаж – это жизнь.

Василий УТКИН:

– Двумя. Фантазией и реакцией. Все остальное наживное, включая знание предмета и даже интерес к нему.

Виктор ГУСЕВ:

– Наблюдательность, литературный дар, чувство юмора, выносливость, хорошее зрение. По-моему, это – самые важные качества.

Владимир СТОГНИЕНКО:

– Не знаю. Честно. Комментатора просто должно быть интересно слушать зрителю. И у каждого свой путь, как к этому прийти. Никакого универсального рецепта, по-моему, нет. Есть только одно непрофессиональное качество – не готовиться к матчам.

Константин ВЫБОРНОВ:

– Отличный русский язык, собственный стиль и хорошее знание предмета.

Ольга БОГОСЛОВСКАЯ:

– Очень трудно ставить качества по убыванию важности. Хороший русский язык и знание предмета для меня равнозначные показатели профессионализма. Точно нельзя садиться в эфир, не любя это дело. Душа и мысли должны находиться в одном и том же месте. А в остальном делай, что должно – и будь что будет. Какой бы комментатор ни был, все равно найдутся желающие покритиковать.

Роман СКВОРЦОВ:

– Этот вопрос лучше задать людям, которые отличают хорошего комментатора от не очень хорошего. По мне, так в нашем деле многое завязано на «нравится – не нравится», и у меня нет желания залезать в голову тем трем зрителям, которым по душе моя работа.

Андрей ГОЛОВАНОВ:

– Как ни банально это прозвучит: надо иметь мозги. Уметь анализировать, размышлять, обобщать, глобально мыслить. Еще очень важна харизма, даже