Клан Сопрано - Мэтт Золлер Сайтц

Последующие взаимодействия между Тони (и его людьми) и вернувшимся Пусси непривычным для «Клана Сопрано» образом затягивается. Однако показательно, что в этом эпизоде нарратив кажется более минималистичным, чем в первом сезоне. Раскрытие персонажей происходит медленнее и любопытнее, чем в первом сезоне, — допрос Пусси его старыми друзьями построен вокруг пародии Сильвио на Аль Пачино в роли Майкла Корлеоне и заканчивается намеком: «Наш истинный враг еще не показал свое лицо». А параллели между сюжетными линиями кажутся еще более впечатляющими. Истории Ливии и Пусси вращаются вокруг, возможно, несуществующих проблем со здоровьем^[86], и у обоих героев есть сцена, где они смотрят прямо в камеру, словно изучая реакцию собеседника — невидимого в случае с Ливией и Тони — в случае с Пусси, — чтобы понять, насколько правдоподобна их игра. В длинной и поначалу никак не объясняемой сцене, капо из команды Джуниора, Филли Париси (Дэн Гримальди), получает пулю от перебежчика и будущего солдата команды Сопрано Гиги Сестоне (Джон Фиоре) в качестве мести за то, что распускал слухи о проблемах с матерью Тони. Затем Тони звонит Мелфи, чтобы сказать, что она может спокойно вернуться к своей практике; однако, несмотря на их диалог и последующую встречу в дайнере, Тони не возвращается в этом эпизоде в терапию и вынужден довольствоваться обсуждением своих проблем со своими друзьями-мужчинами и участием в бессловесных семейных ритуалах с Кармелой (например, когда она разогревает для него пасту).

Как это обычно бывает в первой серии сезона, вводятся новые важные герои. Крис становится боссом для двух мелких бандитов, связанных с семьей Сопрано, Шона Гисмонте (Крис Тардио) и Мэтта Бевилаквы (Лилло Бранкато-младший^[87]), незадачливых головорезов, боготворящих Тони и воображающих себя опасными гангстерами (хотя их основное занятие — продажа дешевых акций доверчивым пожилым людям). На барбекью появляется сестра Тони Барбара (Николь Бердетт) и родители Кармелы Хью и Мэри ДеАнджелис (Том Алдредж и Сюзанн Шеперд), которые ненавидят Ливию и не пришли бы, если бы она там присутствовала.

Самый важный новый персонаж — это Дженис. Как и Барбару, ее уже упоминали (и ненадолго показывали ребенком в серии «По горло»). Героиня, чью роль исполняет Аида Туртурро^[88], проникает в мир семьи Сопрано и продолжает оказывать давление на своего младшего брата. Дженис, оставившая Тони ухаживать за их матерью, теперь намеренно ее заменяет: хочет забрать себе ее машину и дом, приходит к Сопрано без приглашения и защищает Ливию в разговорах с Тони и Барбарой. «Ну и семейные посиделки, — говорит она Барбаре на барбекю, — женщине, которая произвела их всех на свет, запрещено здесь появляться».

«Для нее я все еще толстый маленький мальчик!» — злится Тони. Возможно, но сама Дженис демонстрирует эмоциональный инфантилизм, который пагубно влияет на Тони. «Ты выглядишь как подросток», — говорит Тони. «Мой терапевт говорит, что я в стадии регресса», — отвечает Дженис без намека на иронию. Смесь притворной загадочности (она называет себя Парвати), увлечения вторичными духовными практиками и бессознательное стремление всех обмануть уравнивает ее в статусе с уже знакомыми героями, а пара Гандольфини — Туртурро оказывается еще и отличным актерским сочетанием. Героиня Дженис вызывает такое раздражение, что после первого ее появления на экране среди зрителей разгорелись споры, как ее можно терпеть и как быстро ее убьют, а также кто это сделает и с какой степенью жестокости. Таких разговоров никогда не велось вокруг Тони, настоящего убийцы.

Появление Дженис дает «Клану Сопрано» необходимый и своевременный заряд энергии. Кроме того, оно решает основную сценарную проблему: Ливия теперь находится за пределами основной сюжетной арки и не может запустить свои когти в Тони так же, как раньше.

Эпизод «Мужчина заходит в кабинет психотерапевта» сфокусирован на смене поколений. На вечеринке Барбара и Дженис решают, что Тони напоминает им отца. В профессиональном плане Тони уже занял место Джуниора, и это известно всем, кроме ФБР. Кристофер зарабатывает репутацию локального авторитета, несмотря даже на то, что отвергает искреннюю заботу Адрианы и поступает безответственно, когда Шон и Мэтт ведут себя, словно безмозглые дети-переростки. Дженис в конце концов обещает стать похожей на Ливию, хотя последняя все равно незримо присутствует в сериале — изгнанная, но не забытая. «Она для меня умерла», — говорит Тони дважды за эпизод, словно надеясь, что его желание сбудется. Тони и Кармела приезжают в дом Ливии и видят, что его разгромили, вероятно, подростки из соседней школы. «Долбаные шакалы», — произносит Тони. Шакалы, как известно, питаются мертвыми или умирающими. Все то же несбывшееся желание.