Театр. Том 1 - Пьер Корнель

А наши, как-никак, по чести говоря,

И ссорятся, как мы, и часто спорят зря!

Пусть за мои слова я понесу расплату —

У нас богов, сказать по правде, многовато.

Поверь мне: хороши и нравы христиан —

Все чтут они закон, который богом дан,

Их гонят, их клеймят, поносят, истязают,

Но молятся они за тех, кто их терзает.

Солдат надежней их не знает гордый Рим —

Христианин везде, всегда неустрашим!

Отчаянны в бою, пред казнью не строптивы —

Они смелы, как львы, как агнцы, незлобивы!

Я так жалею их, что должен защищать!

Мы с Феликса начнем: его злосчастный зять

Не должен быть казнен! Его спасти хочу я,

И чести и любви победу торжествуя!

ДЕЙСТВИЕ ПЯТОЕ

ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

Феликс, Альбин, Клеон.

Феликс.

Ты видел, мой Альбин, как был Север жесток?

Как пышет ярость в нем, как мой плачевен рок?

Альбин.

Лишь благородство в нем я видел, восхищаясь

И вашей строгости отцовской изумляясь!

Феликс.

Ты чувств его понять не в силах до конца —

Он презирает дочь несчастного отца.

Да, он ее любил, но, став женой другого,

Она рождает в нем порывы чувства злого.

Соперника спасти от казни он велит,

Он просит за него, он местью мне грозит.

Великодушие — отличная личина,

Но доброты его понятна мне причина —

Я при дворе давно и зла людских интриг

Немало повидал, до тонкости постиг.

Притворно грозен он, притворно строг со мною,

Но императору он говорит иное.

Я, подчинясь ему, переступлю закон;

Казнив его врага, им буду обвинен.

Поставлены силки искусно и умело,

Но тут не с новичком Север имеет дело.

Я опытен и стар, не верю я словам

И обмануть себя, играть собой не дам!

Коварства я встречал такие проявленья,

Что каждому давать способен наставленья!

Альбин.

Не веря никому — как жить и как дышать?

Феликс.

Науку я постиг врагов разоблачать.

Кто ненавидеть нас имеет основанья,

Тот может нас предать без тени колебанья.

Севера доброта — не боле чем обман,

И если Полиевкт не бросит христиан,

Что б мне ни приказал его защитник ярый,

Я выполню закон, ему грозящий карой!

Альбин.

Но пощадите дочь несчастную свою!

Феликс.

Лишь императора я волю признаю!

Ненужной добротой безумца не спасу я.

Но вместе с ним себя я погубить рискую!

Альбин.

Но обещал Север!

Феликс.

Не верю я ему!

Я Децию сейчас покорен одному!

Я больше, чем Север, привык его страшиться —

Ужасно гнев его способен разразиться.

Как ни любим Север, но он рискует пасть,

Преступника щадя и послабляя власть.

Но есть последний шаг.

(Клеону.)

Введите Полиевкта!

Я с ним поговорю, и если мерзкой секты

По просьбе всех друзей не сможет бросить он —

Он будет в тот же день немедленно казнен!

Альбин.

Ваш приговор суров!

Феликс.

Он должен быть суровым,

Чтоб смутам помешать и беспорядкам новым.

Я знаю, что толпа в пылу своих страстей

Способна забывать о строгости властей;

Я знаю — он любим! И в случае волненья

Не просто удержать в руках бразды правленья!

Быть может, нынче иль с приходом только дня

Мы все увидим то, что так страшит меня,

И добрый наш Север тогда, пылая местью,

Направит прямо в Рим жестокое известье!

Но я опережу завистников моих!

Альбин.

Вас вечно мучит страх каких-то козней злых!

Вам чудятся враги, коварства, ухищренья, —

Но эта смерть народ повергнет в исступленье!

Отчаянье толпы вредит ее вождям!

Феликс.

Когда свершится казнь — не страшен ропот нам!

Пускай народ шумит, пускай восстать решится —

Неистовство его не больше дня продлится!

Я выполню свой долг и буду невредим,

Но Полиевкт идет — поговорю я с ним!

Солдатам выйти прочь и ждать распоряженья!

Клеон уходит.

ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

Феликс, Альбин, Полиевкт.

Феликс.

Ужели жизнь тебе внушает лишь презренье,

Несчастный Полиевкт? Ужели ваш закон

Повелевает вам бросать отцов и жен?

Полиевкт.

Я ненависти чужд, я цену жизни знаю,

Но власти личных чувств, как рабства, избегаю!

Всечасно рад я жизнь за господа отдать,

И в этом христиан закон и благодать.

Я только дал пример, как верой жить одною,

И те, кто сердцем чист, последуют за мною.

Феликс.

Чтоб в бездну сгоряча бросаться, как и ты?

Полиевкт.

Нет! Чтобы неземной достигнуть высоты!

Феликс.

Так дай же мне постичь суть вашего ученья,

Решенье принял я — веди меня к спасенью!

Ты должен обратить меня и просветить —

Ведь может бог тебя и за меня спросить!

Полиевкт.

Здесь неуместен смех! Господь нас всех рассудит,

И от него нигде спасенья вам не будет,

Цари и пастухи — все перед ним равны,

За пролитую кровь ответить все должны.

Феликс.

Я больше проливать невинных кровь не стану,

Я веру христиан порочить перестану,

Я буду другом им!

Полиевкт.

Нет, будьте уж врагом!

Терзанья к богу нас ведут прямым путем,

Блаженство христиан — тягчайшие страданья,

За них получим мы от бога