Комедии - Алексей Дмитриевич Симуков

С е р г е й. Еще бы не знать! (С чувством.)

«Для счастья душу береги…

Оно придет. Его не смерить.

Не сомневайся. Не беги.

Ведь быть счастливым — значит верить…»

Ж е н я (в страшном волнении). Значит, они тогда попали к вам? Нет, серьезно? Честное слово?

Сергей кивает.

Да? Ой! Чудесно как! Через столько лет!

С е р г е й. Замечательно! Значит, эти стихи — ваши? Вот почему мне их здесь читала Люся?

Ж е н я. Читала? Люся? Не может быть!

С е р г е й. А что? (Пауза. Смотрит на Женю.) Понятно! Плохо договорились между собой…

Ж е н я. О чем вы? Сергей Иваныч!

С е р г е й. Видно, мои вещи побывали в ваших руках не зря!

Ж е н я. Что-о?

С е р г е й. Ничего. Придумано было неплохо, но… сорвалось. Советую в следующий раз не рыться в чужих дневниках!

Ж е н я. Сергей Иваныч… Честное слово! Я ничего не понимаю…

С е р г е й. Честное слово? А вы знаете, что такое честное слово?

Ж е н я. Что? Да как вы смеете?! (Хотела было еще что-то сказать, но вскочила и убежала, плача.)

С е р г е й. Эх! (Машет рукой.)

Появляется  Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а.

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Еле добралась!.. (Оглядывается.) Вы что же это, Сергей Иваныч? Один?

С е р г е й. Один.

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. А где же…

С е р г е й (прерывает). Не напоминайте мне о ней.

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. А что случилось?

С е р г е й (с неожиданным порывом обнимает ее). Ефросинья Михайловна… Если бы вы знали, как обидно!..

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Что ты, что ты, голубчик мой… Кто же это тебя обидел? Расскажи. (Обнимает его, гладит по голове.)

Слышен треск кустов. Появляется  К л а в д и й. Он без очков. Волосы его всклокочены.

К л а в д и й (не разглядев сразу Ефросинью Михайловну). А! Наконец-то я вас нашел, Сергей Иваныч! Известно ли вам, кого вы держите в своих объятиях? Вы обнимаете куклу без сердца… Без души… Ядовитого скорпиона в юбке!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Моя, моя вина, Клавденька. Не отрицаю… Вот только скорпионом зачем ты меня окрестил?

К л а в д и й. Мамаша?! Простите…

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. А где же твои очки, Клавденька?

К л а в д и й. В кустах где-то соскочили… А где она?

С е р г е й. Кто — она?

К л а в д и й. И вы еще спрашиваете? Мне противно теперь называть это имя!

С е р г е й. Кажется, мне тоже противно…

К л а в д и й. Тем лучше, Сергей Иваныч! Я хочу поговорить с вами как мужчина с мужчиной.

С е р г е й. Хорошо… Только надо сперва найти очки. А потом поговорим.

К л а в д и й. Как мужчина с мужчиной!

С е р г е й. Есть! Как мужчина с мужчиной. Пойдемте поищем…

Оба уходят.

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Ну и слава богу. Кажется, разговором обойдется…

Появляется  Л ю с я.

Л ю с я. Ефросинья Михайловна! Я вас ищу!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Люся, Люся! Что мы наделали!

Л ю с я. Все знаю. Где Клавдий Захарыч?

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Здесь. С Сергеем Иванычем пошли разговаривать…

Л ю с я. Разговаривать?

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Как мужчина с мужчиной…

Л ю с я. Это так они сказали?

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Клавдюша выразился.

Л ю с я (хлопая в ладоши). Наконец! Наконец-то!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Что ты, Люсенька?

Л ю с я. Наконец-то он решил действовать!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Не пугай меня, Люсенька… Что теперь будет?

Л ю с я. Как что? Дуэль!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Господь с тобой!

Л ю с я. А как же иначе? Когда мужчина начинает говорить с мужчиной, как мужчина с мужчиной, это именно и значит — дуэль! Во все века дрались из-за женщины — сперва холодным, потом огнестрельным оружием! Одной мне пока не везло!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а (с ужасом). Да что ты, матушка! Ведь в случае чего застрелит Сергей Иваныч Клавденьку, как цыпленка!.. (Повторяет.) Сперва холодным… Потом огнестрельным… (Хочет убежать.)

Л ю с я (останавливает ее, с вдохновением). Стойте! Не подходите к ним.

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Бесчувственная! Не любишь Клавдю…

Л ю с я (обнимает ее). Душенька, Ефросинья Михайловна! Ну как вам объяснить? Ведь это же все — одно воображение! Пустая мечта… Оружие не засверкает! Ни холодное, ни огнестрельное!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Почему ты знаешь?

Л ю с я. Не тот век!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Ты меня веками-то не путай!.. Я на всякий случай за Захар Денисычем сбегаю. (Удаляется, бормоча.) Холодное… Огнестрельное…

Слышны шаги. Л ю с я  прячется в кустах. Выходит  С е р г е й  с очками в руках.

С е р г е й. Клавдий Захарыч! Вот ваши очки!

Показывается  К л а в д и й.

К л а в д и й. Нашли?

Сергей передает ему очки.

(Надевает очки.) Спасибо. Теперь я вооружен. (Торжественно.) Сергей Иваныч! Обращаюсь к вам, как мужчина к мужчине. (Пауза. Одним духом.) Возьмите меня с собой на Курильские острова!

С е р г е й. На Курильские острова? С чего это вы вдруг?

К л а в д и й. Не могу я больше здесь оставаться! Вы не думайте, что это из-за работы… Наоборот!.. Спросите нашего главного бухгалтера! Даст самую лучшую рекомендацию. Ведь на моих плечах весь расчетный стол… Веду самостоятельный баланс… За годовой отчет опять-таки я отвечаю! Специальные курсы по тройной итальянской бухгалтерии окончил! Словом, по работе все хорошо. А уехать я все-таки должен! Уважительная причина. Поймите меня, как мужчина мужчину…

С е р г е й. Понимаю. Только Курильские острова — вещь серьезная.

К л а в д и й. Именно об этом я и мечтаю! Свой характер хочу испытать: человек я или просто… простокваша!

С е р г е й. Но вы же только что сами сказали…

К л а в д и й. Да не по службе — в личной жизни! А на Курильских островах я пригожусь, увидите! Может быть, там счетная часть иногда хромает… Возьмите меня с собой! Не откажите!

С е р г е й. Да я же там не распоряжаюсь, чудак вы человек!.. Если хотите ехать, пожалуйста. Мне же веселее.

К л а в д и й. Берете? Согласны? (Бросается к Сергею, сжимает его в своих объятиях.)

В это время из-за кустов появляются запыхавшиеся  Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а  и  З а х а р  Д е н и с ы ч.

С е р г е й (старается вырваться из объятий Клавдия). Пустите! Сумасшедший!

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а (всплескивает руками). Держи! Держи их, Захарушка! Без холодного, без огнестрельного, голыми руками душат!..

Старики растаскивают Сергея и Клавдия.

Л ю с я (выбежав из-за кустов, бросается Клавдию на шею). Любимый… Наконец-то заговорил. Как мужчина!

К л а в д и й (в объятиях Люси). Значит…

Л ю с я. Ну конечно же! Давно нужно было сообразить!

К л а в д и й. Тогда… (Подводит Люсю к старикам.) Принимайте дочку, родители!

З а х а р  Д е н и с ы ч. Дочку?

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Погоди, Клавдюша. Да ведь ты ее только что скорпионом называл…

К л а в д и й. Мамаша… Вы языка любви не понимаете.

З а х а р  Д е н и с ы ч. Выходит, старуха, нагадала ты себе дочку! (Клавдию.) Имей в виду — разговор у нас пока неофициальный…

С е р г е й. Поздравляю вас, Клавдий Захарыч! Поздравляю вас, Люся!

Л ю с я. Спасибо, Сергей Иваныч. Вы уж на меня не обижайтесь.

С е р г е й. За что?

Л ю с я. Ведь я давеча здесь, на горке… Просто хотела, чтоб вы остались у нас подольше. А стихи я случайно в вашем дневнике прочитала… Не удержалась. Простите.

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. Моя все это вина, Сереженька…

С е р г е й. Так это ваша затея? И с Люсей, и с Женей?

Е ф р о с и н ь я  М и х а й л о в н а. С