Дом Анны - Борис Валерьевич Башутин

Женщина: – Нет, Андрей. Вы не знает самого главного…

Андрей: – Вы уже разговаривали с сыном об этом?

Женщина: – Да.

Андрей: – И что же он сказал об этом?

Женщина: – Я нашла там не только помаду.

Андрей: – Что же еще?

Женщина: – Вера была в этом доме. Понимаете?

Андрей: – Откуда такая уверенность?

Женщина: – Маленький кусочек цепочки. Крошечный.

Андрей: – Как же вы его разглядели? Это же невозможно. Да и что с того?

Женщина: – Случайно нашла. Если можно так сказать. Блеснул на мгновение. Я же ворона (усмехается). На золото у меня чутье. На лестнице, которая ведет в подвал.

А в самом подвале я нашла помаду.

Андрей: – Когда мы там были, он был закрыт.

Женщина: – Понятно, ключа же у вас нет. Брат показал мне, как они там все сделали. Внутри…

Андрей: – Брат знает о ваших находках?

Женщина: – Нет…

Андрей: – Так что же сказал сын?

Женщина: – Что он сказал? Какое это теперь имеет значение…

Андрей: – Не понимаю.

Женщина: – Андрей, вы мужественный человек?

Андрей: – Не знаю. А зачем вы спрашиваете?

Женщина: – Встаньте, пожалуйста, с кресла.

Андрей встает.

Женщина: – Помните, как вы прошли сюда…

Андрей: – Уже смутно…

Женщина (вытаскивает маленький фонарик из-под пледа): – Возьмите.

Андрей включает фонарик.

Женщина: – Найдите коридор. Слева ванная. Зайдите туда.

Андрей: – Это обязательно?

Женщина: – Думаю, что да…

Андрей отправляется в недоумении. Он находит ванную, открывает дверь. В ванной весит тело Влада.

Андрей: – Господи, Боже мой…

Возвращается в комнату. Он в шоке.

Андрей: – Господи, что же это…? Сколько он там висит уже?

Женщина: – Поможете мне снять его? Он повесился вчера, когда я относила письмо. Я не стала никого вызывать…Я вот так и сижу уже больше суток.

Андрей: – Я..Я… Даже не знаю, что сказать…Как же вы это пережили…

Женщина: – А я не пережила еще ничего. Он, кстати, оставил записку…

Андрей: – Что же там?

Женщина: – Там все печально…И ужасно. Просит прощения. Я вам ее отдам. Только что же мне делать дальше? Как быть? Это же и моя вина.. Что он получился такой…Веру он держал больше трех месяцев в этом доме.

Андрей: – И она была жива все это время?

Женщина: – Жива. Сначала он ее кормил, потом забросил, думал, что умрет от голода. Но она долго не умирала.

Андрей: – Зачем??? Для чего? А себя он почему убил?

Женщина: – Он рассказал мне…Не знаю, правда ли это или нет…Он и в записке написал все подробно…Хотел почувствовать себя сверхчеловеком. Он ведь обманул всех, манипулировал сотнями людей. Тысячами. Он властвовал над их умами. Я и не знала…Ницше был его любимым автором…Жутко? У меня Пруст, а у него Ницше. Но…нет, Ницше – это так…Ерунда. Баловство. Просто он смог доказать себе, ЧТО он. И КТО он. Я вскормила молоком чудовище. Понимаете? Чудовище. Вот этим выменем своим

(открывает плед, руками поднимает и показывает грудь, под пледом она обнаженная, резко закрывает)…

Да…Сняла с себя одежду. Омерзительно все…Хочется сжечь все, что на мне…Будто я выпачкалась вся в чем-то грязном, гадком и мерзком…Для него люди были просто подопытный материал…И он поставил свой главный опыт. Вера умерла недавно, и ее тело он утопил. Он ничего с ней не делал….

Просто сгноил в подвале. А чтобы она не двигалась, колол ей какие-то препараты…Зачем он себя убил? А что ему было делать? Он же сильный. Выше всех. Властвует над толпой. Над стадом. Боже мой, ведь он всегда всех называл стадом…Кроме друзей. Все были для него пустым местом… А вы хотели бы, чтобы он убил меня? Я сказала ему, что отнесу свои находки в милицию. И что я не буду покрывать его. Зачем я так сказала? Хотела узнать правду. И что же…? Я знаю правду. Сын мертв, а эта правда убивает меня. Медленно и мучительно.

Андрей: – А ваш брат? Как Влад так долго держал там Веру?

Женщина: – Брат? Он был полгода в командировке. Деньги зарабатывал. Только вернулся. Так что дом был безо всякого присмотра все это время…И еще – Вера мешала его отношениям с другом.

Андрей: – Он был…? (вопросительно)

Женщина: – Нет, но почему-то он очень любил своего друга…Я не знаю, как это называется. Никаких интимных отношений у них не было.

Андрей: – Вы хотите, чтобы я написал ВСЕ об этом? Или оставил в тайне?

Женщина: – Вы же журналист, разве вы такую вкусную тему бросите? Просто, тогда в лифте, вы мне показались человеком, который сможет помочь…хотя и подтрунивали надо мной…Я не знаю, зачем я вас позвала… Не знаю. Просто такой порыв. Сиюминутный…А родители Веры должны знать правду…

Единственное – я не знаю, где ее тело.

Андрей: – Может быть милицию вызвать? Пусть сами снимают тело…Так положено.

Женщина: – Вот его записка…Вот мои находки. Делайте, что хотите. Только, пожалуйста, не сейчас…

Андрей: – Помилуйте, он со вчерашнего утра висит…

Женщина: – Ну и пусть висит.

Андрей: – Все-таки сын…

Женщина: – У меня неделю назад собака умерла.14 лет прожили душа в душу.

Андрей: – Вы же просили меня помочь снять тело….

Женщина: – Вы правы. Пусть милиция снимает. Позвоните им. Только можно через час? Или через два…Я не готова никого видеть….

Андрей: – Вы бы оделись…Что ли…

Женщина: – Я не могу. Пока.

Андрей: – Записку стоит оставить тут. Мне все равно ее покажут. Потом.

Женщина: – Делайте, как вам угодно….Вы теперь знаете всю правду….Простите. Я больше не могу разговаривать. Прошу вас уйти.

Андрей: – Хорошо. Я ухожу. Можно я с фонариком пойду, я его в коридоре оставлю…

Женщина: – Конечно. Прощайте…Вот как оказалось…

Думала, что не встречусь с вами, а все вышло по-другому…

Андрей: – Если нужна какая-то помощь…

Женщина (обрывает его): – Прощайте, Андрей…

Андрей: – До свидания…

С фонариком пробирается к выходу. Выключает фонарик перед дверью, открывает дверь и кладет фонарик на пол. Выходит.

Женщина встает. Делает несколько шагов по комнате, хватается за сердце: – Господи, прости…Теряет сознание и падает на пол.

Картина восьмая

(заключительная)

Сквер. Несколько дней спустя. На лавочке сидят Андрей и Женщина.

Женщина: – Андрей, не знаю вашего отчества…

Андрей: – Просто Андрей.

Женщина: – Я очень благодарна вам, что вы хоть как-то помогли мне.

Андрей: – Благодарить меня совершенно не за что. Чем я помог?

Женщина: – Все равно, вы не остались равнодушным.

Андрей: – Это всего лишь моя работа.

Женщина: – Вот Влада похоронили (удрученно). …А молиться можно только дома. За таких в Церкви молиться нельзя. Но вы, наверное, не знаете самого главного…

Андрей: – Главного? По-моему, я почти все знаю в этой истории.

Женщина: – Нет. Не все….

Андрей: – Веру так и