Под знаком Вовки - Тамара Шатохина

ФСО? Хорошо… он подал заявку на работу в конторе и ожидаемо получил отказ. Скорее всего, не в последнюю очередь потому, что работал сейчас на супостатовскую фирму. Тут без вариантов, мог бы и сам сообразить

Ближе к Рождеству он не выдержал, собрался и поехал к Саше.

Выпустили его из подобия обезьянника только через трое суток. Отвечало это требованиям закона или не очень, выяснять он не стал. Скупые слова о женщине, к которой он настойчиво рвался, не выяснив предварительно, что территория поселка охраняется, не произвели впечатления. Наверное, его проверяли эти трое суток. Проверили и выпустили.

Выть хотелось. Выйти в ночь и выть на луну, стоя по колено в снегу. Он сел в машину и поехал обратно в Вологду.

И закусил, наверное. Разозлившись и окончательно вырвавшись из тоскливой дремоты, решил не сдаваться и выяснил адрес родителей Саши. Вернее, ее матери и отчима. Вологодская глубинка встретила его косыми снежными заносами поперек дороги, жутким ветром и морозами. Но до места он все же добрался, хотя пару раз пришлось откапываться и рубить ветки под колеса.

Сырой, злой и промерзший, он постучался наконец в нужный дом и попросился переночевать. А на следующий день заплатил за постой и с согласия хозяев остался пожить. Зачем? Захотелось. И отпуск позволял.

Он не стал рассказывать о своем интересе к Саше, это не имело смысла. Просто хотелось немного побыть там, где росла она, подышать тем же воздухом, увидеть те же места.

Он как-то сразу втянулся в такой… пускай будет - экотуризм. Жил в отдельной комнатке – бывшей Сашиной… Рубил днями дрова и носил из колодца воду. Чистил навоз из-под коровы и тропинки после снегопада. Помогал топить баню и парился там с Сашиным отчимом, стегая того по очереди можжевеловым и дубовым вениками и обпиваясь потом вместе с ним кислым квасом. Все это было так похоже на воспоминания детства… только более полные и яркие, потому что сейчас он был более деятельным участником событий.

И чувствовал себя сукиным сыном рядом с этими людьми – мог, но не помог Саше.

Ее отчим был… исконным, если можно так сказать, простым и прямым, как палка в своих убеждениях. И с легким налетом святости. Он весь был, как на ладони. С верой правда не докучал, но на его примере верить как раз-таки хотелось.

Сашина мама оказалась сложнее... показалась вначале женщиной беспроблемной и легкой. Казалось, ее легко удивить и легко обрадовать, она легко огорчалась и легко отходила. Тур даже позавидовал. Вот такому отношению к жизни он и правда завидовал. Царапало одно и сильно… и однажды он спросил ее, когда Сашин отчим не мог их услышать:

- Анна Степановна, не обижайтесь на вопрос, просто любопытно… а почему вы мужа Ванькой зовете? Он к вам со всей душой, Аннушкой называет… а вы – вот так. Если вопрос вам неприятен – гоните меня, заслужил.

А она вытерла руки, расправила фартук, повернулась к нему и ответила… И сразу стало ясно, от кого у Саши характер. И что легкая и беспроблемная его будущая теща только с теми, кто проблем ей не подбрасывает и не создает.

- Мой первый муж был Иван. Сильный, смелый, злой и жадный до жизни, настоящий… Я его за это и Ванюшей, и Ванечкой называла. А Ваньку я к себе не звала, сам пришел, сам остался. Что велю – делает, не велю – молчит. Так кто он по-твоему?

- Ваня, как минимум, - не отводил взгляда Виктор, - хотя бы потому, что вас любит. Раз с вами нельзя иначе, он и такому вот рад… Сами вы значит разрешили, раз он приполз. И не всем орлами летать! Я тоже у Сашкиных ног собакой преданной лежал бы, пока… встать разреш-шит… - хрипнул, понимая уже, что прокололся.

Глава 18

Вот ведь! Он же рад был, что приехал сюда. За эти несколько дней ни разу не пожалел о своем решении. Кроме зимних красот и обступающего со всех сторон и обволакивающего буквально природного покоя, в сознание врывались неожиданные картинки из детства, вызывая улыбку. Он опять вспоминал, как ездил на всё лето к бабушке и дедушке, носился там беззаботно с утра до вечера… Зимой стариков часто проведывали родители, он – редко. Но пару раз в зимние каникулы приезжал и тогда все было очень похоже. И сейчас тихая грусть наполняла сердце и щемило в груди от желания вернуться в прошлое хотя бы ненадолго. И чувство иногда такое… отдельными ассоциативными вспышками - будто и правда вернулся… ну почти.

Но только до этой минуты.

Какого черта он полез в чужие отношения? Увидел идеальность, которую уродовал один маленький момент? И захотелось исправить, привести все к своему пониманию семейных отношений? Зря. Он ошибся - всё предыдущее было просто приличной витриной. Об этом говорили и слова, и выражение лица приятной до этих пор женщины. Будто колдовство – миг и перед тобой вместо доброй феи среднего возраста вдруг ведьма. Не совсем, но… Вот же дурак… в который раз поражался своей наивной доверчивости Тур.

- Вон как… - сквозь зубы процедила женщина, присаживаясь на стул. Смотрела тяжело и пристально.

- Так зачем ты здесь? Выходит - из-за Саши? Не помню тебя… - задумалась она, - нет… не помню, чтобы она говорила о таком. Ну, рассказывай.

- А с чего вы взялись-то так, Анна Степановна? - вырвалось у Виктора, - не маньяк я, не переживайте. Почему к вам приехал? Да если б я сам знал! Сашу люблю давно, но все что-то мешало… теперь понимаю, что сам и мешал.

- А от меня чего хочешь? Сашу помочь уговорить, раз сам не можешь? Или что?