Право на ошибку - Юлия Устинова

Все, что ни делается, все к лучшему.

Никогда не соглашалась с этой доктриной, явно придуманной дураками или оптимистами. Предпочитаю смотреть на вещи здраво.

Итак, что мы имеем.

Мне тридцать четыре.

Есть два высших образования.

Хорошая должность в строительной компании.

Машина. Квартира.

Неплохая анкета, если бы не тот факт, что три часа назад я стала разведенкой.

"Виталик — тупиковая ветвь эволюции".

Именно это мне велела повторять Вера, жена моего младшего брата и, по совместительству, моя лучшая подруга с тех пор, как я узнала о том, что у моего мужа есть другая женщина.

И прямо сейчас я направляюсь в загородный дом брата, который вместе с Верой и годовалой дочкой уже неделю отдыхает в Турции. Идея отправить меня на выходные на их дачу принадлежала именно Вере. Она была первой, кому я позвонила, получив свидетельство о расторжении брака.

Что я чувствую?

Не знаю. До того, как у меня не появилось в руках документа о разводе, казалось, что все происходит не по-настоящему. Только вот измена Виталика была самой настоящей.

Конечно мне все ещё больно, ведь я любила его, и, выходя замуж, естественно считала, что это раз и навсегда.

Ладно. Хватит ныть.

Виталик — тупиковая ветвь эволюции.

Втопив в пол педаль газа, я делаю громче музыку и спустя сорок минут въезжаю в дачный поселок, который в середине июля, особенно в выходные, превращается в полноценный городок. Опустив стекло, я не торопясь еду по его улицам, пока не упираюсь в проулок, где только этой весной Сергей закончил строительство двухэтажного дома. Коттедж с серо-белым фасадом получился очень симпатичным. Я была тут в мае, на Сережкином юбилее, когда ещё полным ходом шли отделочные работы.

Вернее, мы с Виталиком были тут.

Поставив машину на ручник, я роюсь в сумочке в поисках дубликата ключей и выхожу из салона. На этой улице тихо. На окнах соседнего дома опущены роллеты. В траве стрекочут кузнечики. Мое лицо обдает горячим воздухом, и я вдруг понимаю, что идея провести в одиночестве выходные не кажется такой уж замечательной.

Но не ехать же обратно. Да и какая разница, где страдать, оплакивая свой неудачный брак — здесь или в городе?

Вытащив из багажника сумку и пакет с продуктами, я открываю калитку и иду по тропинке, пока не замираю как вкопанная.

На террасе находится посторонний!

За деревянным столом в тени, спиной ко мне, сидит мужчина.

На грабителя не похож. Во-первых, он по пояс голый (а я никогда не слышала про голых грабителей). А, во во-вторых, мужчина работает за ноутбуком. В его ушах айрподсы, на голове бейсболка. Издали фигура кажется смутно знакомой.

Да кто ты такой?

Не долго думая, я обхожу ограждение террасы, поднимаюсь по ступенькам и, наконец, вижу лицо незваного гостя.

— Тёма? — мой голос звучит удивленно.

Ведь Рогозин — последний человек на планете, которого я ожидала увидеть на даче Веры и Сергея в пятницу вечером.

— Довлатова? — избавляясь от наушников, тем же тоном вторит парень.

Да, именно, парень.

Артем Рогозин — одноклассник и лучший друг моего брата. Они оба младше меня почти на девять лет. Конечно с годами разница в возрасте немного сгладилась, но не до такой степени, чтобы я считала Рогозина зрелым мужчиной.

— Я не Довлатова, — замечаю, опуская сумку и пакет на деревянные качели. — Хотя… пожалуй, теперь уже снова Довлатова, — бормочу под нос, чувствуя себя странно.

Как же давно меня не называли девичьей фамилией.

— У тебя раздвоение личности? — усмехается Артем, щуря голубые глаза.

Я удрученно вздыхаю.

— Типа того. А что ты тут делаешь? Я не видела твою машину? Или она в гараже? — указываю большим пальцем в сторону.

— В двадцать первом веке есть такая штука, как такси, — заявляет Артем. — Привет, кстати. Давно не виделись.

— Ага. Ты пропустил юбилей друга, — замечаю я.

— Хоть ты не начинай, мне твой братец весь мозг вынес по этому поводу. Ну не мог я. Не мог! — ощетинивается Тёма.

— Ну как скажешь. Так что с твоей тачкой? — я с подозрением смотрю на него.

— Я ее продал. Стартап требует вложений.

Я громко фыркаю.

Всем давно известно, чем заканчиваются стартапы Рогозина. В лучшем случае — он должен банку денег, а в худшем — помимо долга ему ещё и нос ломают.

— И что на этот раз?

— Продаю онлайн-курсы, — парень кивает на ноутбук.

— Так ты теперь инфоцыган, — догадываюсь я. — Поздравляю с повышением.

Что ни говори — работенка, как раз, для Рогозина.

— Я коуч-тренер, — поправляет меня Артем.

Я подхожу ближе и пытаюсь заглянуть в экран ноутбука.

— Ясно. И что ты там втюхиваешь? — спрашиваю его. Артем закрывает ноут и откидывается на спинку мягкого кресла. — Дай угадаю! Десять способов остаться без трусов?

— Это производственная тайна. Но, если ты хочешь избавиться от трусиков, я знаю один действенный способ, — он очаровательно улыбается.

Клянусь, очаровательно.

Покачав головой, я тоже сажусь на диванчик, позади которого находится окно, и снимаю босоножки.

— Надеюсь, ты тут не прячешься от коллекторов? Ты один? — выпрямляю затекшие в дороге ноги.

С Рогозина станется притащить кого-нибудь в чужой дом. Я имею в виду девушку или девушек.

— Один, — вздыхает Артем. — Вечером хотел вызвать проститутку, но раз уж ты здесь… — он приподнимается в кресле, наглым образом разглядывая мои бедра.

На мне короткие джинсовые шорты, так что, ему есть, на что посмотреть. Он сам тоже сидит в одних шортах. Бейсболка, повернутая козырьком назад, делает его похожим на мальчишку.

— От твоих шуток так и веет застарелой фрустрацией.

— Ничего подобного! — возражает Рогозин. — У меня очень здоровое отношение к сексу!

Я закатываю глаза.

— Очень рада за тебя.

Его поведение и выходки столь привычны, что я даже не обижаюсь. Хотя давненько так со мной не общались парни.

— Слушай, а ты тут какими судьбами? — наконец интересуется Артем.

Взмахнув рукой, скрещиваю руки на груди.