Наследник для бандита - Дина Данич

Я смотрела на него во все глаза и судорожно соображала как быть.

— У нас больше нет дел. Ты отпустил меня.

— Ошибаешься, — покачал он головой. А затем опустил взгляд на мой живот, отчего я инстинктивно прикрыла тот рукой. — Ты кое-что забрала у меня, Маша…

— Что?!

— Моего сына.

— Но…

— Никаких “но”, девочка. У всего своя цена. И у твоей лжи тоже. Пришло время платить…

— Я не отдам тебе его! И не позволю избавиться от него, понял?!

— А с чего ты решила, что я хочу от него избавиться?

— Я понятия не имею, что еще придет тебе в голову. Но не хочу иметь с тобой хоть что-то общее. — В ответ мужчин насмешливо фыркнул, и до меня дошло что я ляпнула. — Нашли дороги разошлись, Олег. Ты сказал, что наигрался. Так что — до свидания. Дверь — там.

— Ты быстро освоилась, зайчонок. Теперь чувствуешь себя хозяйкой здесь, да? — вкрадчиво произнес он. И я смутилась. Неприятно было слышать намек о моей продажности.

— Арес сказал, что это твой подарок на прощание, — дерзко возразила я.

— Так и есть. И я не упрекаю тебя этим, Маша. Но я устал, так что заканчивай свои концерты, и поехали.

— Куда? Опять сидеть запертой в твоем доме? Нет уж.

— Ты же понимаешь, что я могу заставить тебя?

— Даже нисколько не сомневаюсь! Ведь заставить спать с тобой ты не побрезговал!

Взгляд Волкова потемнел, и я уже готовилась, что получу по полной за свою дерзость. Но мужчина лишь стиснул зубы и шумно выдохнул.

— Мое терпение небезгранично, девочка. Собирайся. Машина ждет.

— Нет.

— Или ты решила с братцем моим снюхаться? — оскалился мужчина. — Думаешь, он вариант получше?

— Что? — искренне возмутилась я. — Да как ты смеешь! Белобрысых своих баб поучай иди! А я снюхаюсь с тем, с кем захочу!

— Ревнуешь, зайчонок? — довольно ухмыльнулся Волков. — Так ты только скажи — никого, кроме тебя не будет. Согласна?

— Да плевать мне кто у тебя в койке, — зашипела в ответ. — Хоть весь город перетрахай — меня это не касается. Как и тебя не касается моя жизнь.

— Ошибаешься, девочка. Твоя жизнь теперь очень меня касается. И ты — моя. Нравится тебе или нет! — припечатал Олег.

— А не много ли ты на себя берешь? — возмутилась я. Сама не понимала откуда у меня взялась только смелость спорить с этим зверем. Но сейчас я готова была биться и отстаивать свою жизнь до конца!

— Это — мой город, Маша. И тебе не скрыться больше от меня. Чем быстрее ты примешь свое новое положение, тем проще тебе будет.

— Какое положение? Твоей подстилки очередной? — выдавила я, ужаснувшись его словам. Непрошенные слезы стояли в глазах, и мне едва удавалось сдерживаться чтобы не показать свою слабость и страх. — Зачем тебе это? Ты же видишь, что я не хочу…

— Ты — мать моего ребенка. Так что теперь будешь жить там, где я скажу. Ради твоей же безопасности.

— Какая удобная формулировка, да? А дальше что? Снова станешь зажимать по углам, склоняя к сексу? Зачем тебе я, Олег? У нас разные представления о жизни, мы — разные. И дорогие у нас — тоже разные.

Волков недобро усмехнулся и подошел так близко, что дальше мне бежать было уже некуда — уперлась спиной в стену. Склонился надо мной, расставив руки по обе стороны, отрезая пути к отступлению.

— Очень проникновенная речь, зайчонок. Вот только я своего решения не меняю.

— Заставишь силой? — с вызовом спросила я. — Скрутишь беременную женщину? — с презрением добавила, заметив как он поморщился. — Ну давай. Вперед. Ты же — хозяин жизни. Плевать же на всех!