Змей-искуситель - Лана Мур

Мимо пролетали яркие пятна клумб, фонтаны, струи которых разбивались в бессчетное количество радуг, разноцветные купола многочисленных церквей, современные высотные дома, подмигивающие отражающими солнце окнами, и старинные из красного кирпича, придающие шумному городу налет провинциальной неторопливости, но расстроенная Ульяна мало чего замечала.

– … а твоих брата и сестру я отправила в лагерь на море. Нечего им все лето торчать в каменном городе, – уверенно управляя автомобилем в городском потоке, щебетала тетя, и Ульяна постаралась вникнуть в смысл ее слов. – Так что, все наше с дядей внимание будет принадлежать тебе, – повернувшись к племяннице, Лена подмигнула, а Ульяна чуть снова не расплакалась от отчаяния. Она-то надеялась, что рядом с тетей, которая была ближе к ней по возрасту и всегда отличалась пониманием, почувствует себя свободнее, не будет постоянного гнета опеки, что преследовал ее дома. Но, видимо, мама прожужжала младшей сестре все уши, как следует приглядывать за бесценной дочкой. – Но сейчас Олег в отъезде, и мы с тобой останемся только вдвоем, – заложив крутой вираж, Лена въехала в просторный двор высотного фешенебельного дома. – Вот и приехали!

Ульяна удивленно смотрела как тетя легко, словно девчонка, выскочила из машины. Невысокая, как и старшая сестра, и Ульяна, она была такой стройной, будто и не родила двоих детей, а двигалась так проворно, что Ульяне стало стыдно. Она-то чувствовала себя столетней развалиной. А Лена, пока племянница вытаскивала себя из машины, успела достать из багажника ее сумки и нетерпеливо переминалась.

– Какая же ты копуша! – воскликнула она, подгоняя девушку к утопающему в цветах подъезду.

Ульяна и хотела бы двигаться поживее, но получалось только плестись нога за ногу, словно горячий, пахнущий рекой воздух стал вязким, как желе.

– Значит так, – сказала Лена, когда Ульяна, приняв душ, вышла на широкий, больше похожий на небольшую террасу, балкон. Тетя отхлебнула черный, как чернила, чай и откусила миндальную лепешку. – Я не спрашиваю тебя что произошло. Твоя мама мне ничего не рассказала, – опередила она вопрос племянницы. – Но подозреваю, что что-то очень нехорошее. Захочешь – расскажешь сама. Пей давай, – подвинула Ульяне пустую чашку и кивнула на дышащий паром чайник. – Я считаю тебя взрослой девушкой, способной отвечать за свои поступки.

Лена отвлеклась, выбирая что бы еще взять из вазочки со сладостями, и не заметила удивленный взгляд племянницы.

– И поэтому не собираюсь с тобой нянчиться.

Здесь она уже не смогла не услышать вырвавшийся из груди Ульяны вздох облегчения.

– Да-да, дорогая. Ты уже взрослая девица. Смотри, какую попу отрастила. Ей мы тоже займемся, – делая на этом акцент, Лена подняла указательный палец. – В твоем возрасте я уже зарабатывала. Поэтому думаю, что тебе будет только полезно поработать в нашем с Олегом баре.

Вот теперь у Ульяны действительно отвисла челюсть. Девушка не могла произнести ни слова, только моргала и смотрела на тетушку.

– Что ты на меня так уставилась? – Лена развернула фольгу на конфете, с хрустом разгрызла орешек и запила чаем. – Не хочешь работать в каникулы? – она разочарованно покачала головой. – Так и будешь жить под материнской юбкой?

– Нет, Лен! Ты что?! Я с удовольствием, – затараторила Ульяна, когда к ней вернулась способность говорить. – Я не ожидала от тебя такого. Думала, ты тоже запрешь меня дома!

– Нет, не запру, – Лена качнула головой, и тщательно уложенные коротко стриженные волосы разлетелись рыжеватым облаком. – Это твой шанс проявить здравомыслие и показать себя взрослой ответственной девушкой. Не думай, что мы хотим на тебе нажиться. Будешь получать зарплату, как и все.

– Лена! Ну что ты. Не надо! – снова воскликнула Ульяна. – Ты и так столько для меня сделала, согласившись, чтобы погостила у тебя этим летом!

– Вот давай без этого, – Лена раздраженно передернула плечами, и, видя, что племянница не торопится наливать чай, налила сама. – У тебя должны быть собственные карманные деньги, а не от мамы с папой. Пей давай.

Не веря своему счастью, Ульяна поднесла чашку ко рту и полной грудью вдохнула пряный аромат кардамона, а когда отпила, то язык обожгло остротой имбиря.

Прихлебывая бодрящий напиток, она смотрела на прогуливающихся по набережной горожан и отдыхающих в ярких летних платьях. Кто-то сидел на скамейках в тени развесистых деревьев, кто-то гулял прямо под солнцепеком. Девушки хлопали по широким юбкам, раздуваемым порывами ветра, смеялись и возвращались к поеданию мороженого или пили газировку. А детвора деловито крутила педали маленьких велосипедов, кто же оказался безлошадным, держали на веревочках рвущиеся в синее небо блестящие шары или поедали сладкую вату, а мамаши бранили перепачканных чад.

Ульяна уже мысленно перенеслась на место своей будущей работы – бар Лены и Олега располагался в очень оживленной части города рядом с несколькими гостиницами и недалеко от набережной. Он был излюбленным местом отдыха многих горожан и гостей ближайших отелей. После затворничества, длившегося несколько недель – пока решалась ее судьба – теперь Ульяну ожидает два месяца веселья и оживленного общения, к которому так располагает работа за барной стойкой.

Она уже почти не жалела о расставании с лучшими подругами.

***

Утром Ульяна проснулась от того, что кто-то ее толкал. Ничего не понимая, открыла глаза и увидела сияющее лицо тетушки.

– Лен, ты чего? – протирая глаза, недовольно спросила она. – Еще же рано!

– Нечего валяться, соня, – продолжала тормошить ее тетя. – Вон уже какие бока належала. Сейчас будем растрясать. Тебе пять минут на сборы. Время пошло!

– У меня же каникулы, – недовольно ворчала Ульяна, но, понимая, что спорить бесполезно, поднялась и поплелась в ванную.

Умытая, но все еще не проснувшаяся Ульяна шла на кухню, когда наткнулась на тетю.

– И куда ты собралась? – в спортивном костюме, уперев в бока руки, Лена стояла у нее на пути и насмешливо смотрела.

– Завтракать, – честно ответила Ульяна, чем вызвала у тети ехидную ухмылку.

– Сначала зарядка, потом завтрак! – категорично заявила Лена. – Надевай костюм и побежали. Скоро солнце поднимется высоко и станет слишком жарко. Давай, шевелись быстрее! – прикрикивала она и нетерпеливо посматривала на часы.

– Куда торопиться? Что, дорожка куда-то сбежит? – бурчала Ульяна, натягивая просторный спортивный костюм и кроссовки.

– Ишь, разворчалась, – поторапливая, Лена шлепнула ее по попе. – В конце лета еще «спасибо» мне скажешь.

Они выбежали из подъезда, и тетя сразу же повернула к набережной. Лена бежала впереди и размеренно, в ритм шагов дышала, а Ульяна отстала и шумно пыхтела. Они еще не успели отбежать далеко, а с Ульяны уже градом катил пот, не помогал даже прохладный, дующий с реки ветер, но, глядя на прямую спину тети, она даже не заикалась о том, чтобы вернуться.