Змей-искуситель - Лана Мур

– Доброе утро! – Лена сбавила скорость и помахала рукой какому-то мужчине.

В майке, тренировочных брюках, с пульсометром на руке, он, по-видимому, тоже вышел на утреннюю пробежку, а повязка на голове удерживала темные волосы и защищала глаза от пота.

– Доброе! – незнакомец сверкнул белозубой улыбкой и тоже сбавил скорость. – У вас пополнение? – взглядом указал на Ульяну.

Она уже успел догнать тетю и, опершись руками о колени, старалась отдышаться.

– Да, – сверкнув на племянницу строгим взглядом, чтобы выпрямилась, и снова поворачиваясь к высокому бегуну, улыбнулась Лена. – Племянница приехала на каникулы, вот стараюсь привить ей здоровый образ жизни.

– Хорошее дело, – едва взглянув на девушку, мужчина снова повернулся Лене. – Как на счет сегодняшнего заплыва? Все в силе?

– Конечно! – мы обязательно придем. Она обернулась и, обхватив Ульяну за плечи, прижала к себе. – У племянницы последние недели были тяжелыми, вот и приехала развеяться. Пляж будет ей только на пользу. Кстати, она неплохо плавает. Можем устроить тройной заплыв. Уверена, что Яночка обставит нас обоих.

Она крепче сжала плечи племянницы, поощряя ее вступить в разговор, но Ульяна продолжала молчать, только рассматривала незнакомца.

Видимо, он приехал недавно, потому что кожа широких плеч еще не успела потемнеть от солнца. Крепкие руки и мускулистая грудь блестели от пота, да еще и мокрая майка прилипла и обрисовала рельеф твердого пресса. Только жаль, что под брюками не видно бедра и ягодицы. Засмотревшись на тело спортсмена, Ульяна чуть было не совершила непростительную оплошность, обделив вниманием лицо. Немного худощавое, с высокими выразительными скулами и прямым носом. Его можно было бы назвать идеально красивым. Той красотой, которой блистают рафинированные мальчики со страниц глянцевых журналов, если бы не брови – темные и густые, они словно принадлежали двум разным людям: одна прямая и ровная полностью соответствовала идеальным чертам, зато вторая, словно была вздернута и преломлялась в постоянной ехидной насмешке. И ей совсем не соответствовали глаза – светло-карие, такие прозрачные, что солнечные лучи, проникая вглубь, зажигали золотистые искорки.

Ульяна так засмотрелась, что почти не слышала о чем говорили мужчина и тетя, пока та не подтолкнула ее в бок.

– … ждем тебя вечером в баре, у нас новая программа. А сейчас нам пора, – она помахала собеседнику и подтолкнула племянницу. – Разве можно так таращиться на человека? – пристыдила Ульяну. – Саша решит, что ты из какой-то глухой деревни и никогда не видела людей. Но мальчик, конечно, хорош. Эх, была бы я помоложе, вздохнула Лена. – А ты не зевай. Саша очень приличный мальчик – сын моей школьной подруги. Сюда приехал по делам, так что надолго не задержится. Бери его в оборот. Второго такого не найдешь, – закончив воспитательную речь, Лена снова побежала.

Когда тетя все-таки решила вернуться домой, Ульяна уже не чувствовала ног. Может, открылось второе дыхание или третье, а возможно и пятое, но ноги бежали сами, независимо от воли хозяйки. Ульяна попыталась остановиться, но не получилось, она продолжала бежать, не снижая скорости. Ульяна уже было испугалась, что так и будет бегать всю оставшуюся жизнь, но Лена, свернула во двор. А когда поднялись в квартиру, Ульяна упала на пуф в прихожей и на все уговоры Лены отказывалась подниматься. Подействовало только обещание завтрака.

Со стонами и кряхтением девушка распрямилась и поплелась в ванную, где пролежала наверное полчаса, утопая в горячей воде и ароматной, пахнущей персиком пене.

А пока племянница отмокала, тетя успела принять душ и теперь хозяйничала на кухне. Окончательно расслабившись и разнежившись, Ульяна неторопливо шла в столовую, предвкушая вкусный и сытный завтрак, что-то вроде маминых воздушных оладушек, поджаренных на сливочном масле, политых сметаной и клубничным вареньем, и очень удивилась, когда Лена поставила перед ней тарелку с овсянкой на воде, но с курагой и черносливом.

– Ешь, – ответила она на вопросительно-возмущенный взгляд племянницы и всыпала в тарелку еще и щепоть кедровых орешков, после чего такой же завтрак поставила и перед собой.

– А другого ничего нет? – жалобно протянула Ульяна, заглядывая на кухню. – Я столько сил потратила, мне нужен хороший завтрак. Может, бутербродик?

– Ах-ха, – понимающе кивнула Лена. – С сырком и копченой колбаской на белом хлебушке.

– М-м-м, – сглатывая голодную слюну, протянула Ульяна. – Именно.

– Значит так, – Лена положила обе ладони на белый глянцевый, словно залитый жидким стеклом стол, – Пока ты живешь у меня, никаких колбасок, бутербродиков и вообще, перекусов. Плотный завтрак, хороший обед и никакого ужина. Ужин – враг фигуры. Поняла? Если совсем проголодаешься, можешь поесть обезжиренного творога. Без сахара и сметаны, – она подняла указательный палец на уровень глаз. А теперь ешь, потом пойдем смотреть твое новое рабочее место.

Сообразив, что спорить бесполезно, Ульяна со стоном взялась за ложку. На удивление вкусная каша, или это Ульяна так проголодалась, моментально исчезла с тарелки. Девушка даже подумывала, а не вылизать ли оставшееся на краях, но тетя уже поднялась.

И спустя полчаса, что понадобились Лене и Ульяне на то, чтобы привести себя в порядок, они уже шагали под палящим солнцем вдоль набережной.

Ветер трепал одинаково рыжеватые волосы тети и племянницы, только у одной они были длинными, почти до пояса, а у другой – едва закрывали аккуратные уши и выставляли на обозрение длинные серьги с искрящимися под яркими лучами бриллиантами. А Ульяна, чувствуя после ванны удивительную легкость, едва не подпрыгивала, благо, что удобные балетки это позволяли, а озорной ветер не имел ни малейшего шанса задрать короткие джинсовые шорты.

Вот только грудь, поднятая пуш-апом и обтянутая белой футболкой, ритмично и задорно подпрыгивала в такт шагов, и проходящие мимо парни, засматриваясь, сворачивали шеи.

Бар был не очень далеко от дома, и вскоре Ульяна и Лена укрылись от палящего солнца под тенью полосатого тента. Днем это было кафе, где можно было послушать музыку в записи, поесть мороженого и выпить сока, а вот вечером превращалось в одно из самых посещаемых злачных мест.

– Вот здесь ты и будешь работать, – взмахом руки Лена указала на высокую блестящую стойку, перед которой стояли хромированные табуреты, а за ней возвышался высокий парень в белоснежной сорочке. Он наливал пиво потным посетителям, улыбался их дамам и шутил с детишками, подавая им молочные коктейли. – Будешь с ним работать. Попрошу его сегодня остаться на вторую смену, – и знаком подозвала бармена.

***

Около четырех часов вечера Лена снова растолкала сморенную сном племянницу.

– Вставай, соня, всех женихов проспишь. Уже забыла, что я организовала тебе свидание?

– Какое свидание? – Ульяна испугано подскочила на кровати. – Разве не ты, пока нет Олега, с ним в заплывы уходишь. Вот дядя-то не знает, – она заговорщицки прищурилась, за что получила шутливый подзатыльник и, взбодренная, побежала в ванну.