Одержим тобой - Тата Чепурнова

В носу защипало от запаха палёной резины, но даже он не перебил навязчивого аромата кожи, смешанного с пряным парфюмом. Слишком бодрящее и в то же время пугающее сочетание буквально въелось под кожу, заразив мою кровь. Привычное понимание происходящего покинуло меня столь же стремительно, как это сделал Арчи.

Оставшись наедине с холодным порывом ветра, что так и кусал меня в тех местах, где касался жадный мужской рот, проходясь прохладой по мокрой ткани платья. Я нервно запахнула полы плаща, то ли закрываясь от непогоды, то ли скрывая стыдливость. А может, просто надеясь сохранить наваждение, прокатившееся по телу и задержавшееся на коже дерзкими прикосновениями.

С трудом нащупала болтающийся по бокам концы пояса, затужила покрепче, вдруг, как-то совсем неумело скрепив несколько узелков.

Теперь мне придётся потрудиться, чтобы развязать завязанные впопыхах узлы.

И хотя стало немного уютнее и даже защищеннее, нежели с распахнутыми плащом. Пальцы продолжало трясти так, что справиться с элементарной задачей вышло не сразу, а по завершении, мне пришлось спрятать руки в карманы.

То сжимая, то разжимая кулаки, безрезультатно пыталась разогнать кровь, согреть ледяные кончики пальцев.

Но если ладони до сих пор мерзло скручивались в кулачки, то по спине буквально стекали капельки пота.

Жар испепеляющего взгляда, что практически физически ощущался всем телом, буравил с особой силой надзирателя. Прицельно бил между сведенными лопатками, причиняя дискомфорт, некое неуютное состояние, от которого хотелось избавиться.

Я гордо повела расправленными плечами, словно стряхивая с себя тяжесть предстоящего разговора. Меня не терзали ни чувство вины, ни желание извиняться за содеянное, тем более перед Сашей.

Я-то и у себя прощение просить не собиралась, мысли о морали расплавились ещё там в "Линче", когда поцелуй незнакомца остался ожогом на губах, а проскочившая искра за малым не спалила предохранители в моей голове.

А сегодняшнее развратное происшествие придавало какой-то дикой уверенности. Ведь если я могла, вот так бесстыдно принимать ласки, так ещё и молиться, чтобы они не прекращались. То уж остальное просто мелочи жизни.

Но даже если моей решительность хватало самостоятельно развернуться лицом к неминуемой разборке, то и у Сашки было предостаточно смелости. Чтобы начать по-хозяйски стискивать в своих объятиях.

Карие глаза смотрели на меня с непониманием и злостью, прививали чувство вины, которого априори не могло возникнуть.

— Объяснишь? — пробасил Сашка, намеренно зрительно вцепившись мне в лицо.

— Что именно? — переспросила непонимающе я.

Мне не пришлось включать дурочку, я на полном серьёзе не понимала к чему вели эти расспросы. Мы по факту друг другу никто, чтобы демонстрировать с таким энтузиазмом ревность и упаковывать слова в грубость.

— Кто это был?

— Знакомый, — сказала почти правду. Приводить в порядок его и без того вдруг проснувшееся чувство собственничества, я не собиралась. — Мне объяснительную написать?

Агрессивный порыв проявился в голосе, пролег морщинкой между бровей и скрипнул на зубах.

— Мне будет достаточно узнать его имя и причины, по которым он так себя вёл с тобой.

От воспоминаний краска прилила к щекам, сосредоточившись от полученного удовольствия приятным покалыванием на губах. А от глупого поведения Саши захотелось либо выть, либо смеяться в голос.

— Ну а чего ты сам у него не спросил? — ледяным тоном отозвалась я, а скинув с плеч ладони, отступила на шаг назад, разорвав слишком давящую близость, но только не жгучее Сашкино желание выяснять отношения.

Он ударился в слишком длительную разборку, припоминая наши свидания, которых от силы было не больше трех или пяти. Я не вела счёт таким заурядным встречам и даже сейчас могла ошибаться. Но это не меняло дела, мне совсем было неинтересно битый час рефлексировать вместе с Сашей. За последние сорок минут нашего разговора я отменяла уже третью машину такси, но у Александра не заканчивались претензии. Он жонглировал ими, как виртуозный циркач, кидая обвинения прямо мне в лицо.

— Хватит! — не выдержала я, прикрикнув на парня. — Я не обязана отчитываться перед тобой.

Резкие выражения, брошенные на пике негодования, напрягли парня, но он успел взять себя в руки раньше меня.

— Лик, прекращай играть в партизанов, — Саша попытался сгладить углы, но вышло коряво и я вспылила ещё больше.

– Повторяю, я не обязана перед тобой отчитываться ни устно, ни письменно. Там, — я кивнула в сторону клуба, и Сашка послушно встал вполоборота, чтобы посмотреть в указанном направлении. — У нас могут быть только деловые отношения и давать отчёты мне как администратору, твоя прямая обязанность. А то что у нас вне работы, я с большой натяжкой могу назвать отношениями.

— А секс? — хрипло отозвался Сашка и в последний момент заново успел обнять.

— Он не имеет значения?

— Нет, — я ответила начистоту, потому что оттого, что из моей жизни исчезли бы сексуальные отношения с Александром, я ничего не потеряла бы.

— А что имеет?

— Любовь. Слышал о таком чувстве? — почему-то стало не совсем комфортно стоять с ним в такой близости. Словно его пока ещё невинные касания были невыносимее того, что смел совсем недавно творить со мной Арчи. — Я тебя не люблю, — горьким, но правдивым сожалением вырвалось признание. — Прости, за этот разговор, и за то, что ты видел.

— Спасибо за честность!

Фальшиво улыбнулся Сашка, но мне не стало легче от разрыва гнетущих недоотношений. Зато стало свободнее дышать, когда парень понуро отступил в сторону, взглянув исподлобья, словно замышляя мстительный план.

— Давай подвезу, — как выстрел в оглушающей тишине прозвучало предложение.

— Не надо, — осеклась я. — Такси уже в пути.

Хотелось подтвердить ему правдивость своих слов, показав на смартфоне карту с движущейся машиной из яндекс приложения, но на экране вспыхнуло входящее сообщение.

"На этом месте могла бы быть ваша реклама"