Маша и два медведя - Лора Вайс

— Вы держите в сарае медведя? Надеюсь, не людоеда?

— Нет, — нервно усмехнулся, — не держим. Мы и есть медведи.

— Не очень удачная шутка, Саш. Я, конечно, понимаю… но, — однако он перебил.

— Это не шутка. Я и Леха, мы медведи. Оборотни, если точнее. А на тебя напал волк оборотень.

— Ты же сам сказал, что мне привиделось. Стресс, все такое, — снова побледнела.

— В общем, я лучше покажу. Словами такое, согласен, сложно объяснить. Ты только не пугайся. Я не трону.

И начал раздеваться.

— Саш, ты что делаешь? Нет, не надо! — а сердце заколотилось с такой скоростью, что того и гляди взорвется в груди. — Вы же не такие! — подскочила с кровати, забилась в угол.

— Да я не собираюсь…

А слезы полились с еще большей силой. Маша съежилась вся. В этот момент дверь со скрипом отворилась, и на пороге возник медведь. Здоровенный бурый медведь. Он медленно вошел в комнату, встал около Саши.

— Это Леха, Маш, — кивнул на него. — И я такой же.

Спустя пару минут медведь начал меняться. Выглядело это жутко, страшно, но когда все прекратилось, напротив, на корточках сидел голый Леша.

— Хреновый из тебя правдоруб, — покосился глазами-щелками на брата.

Маша какое-то время стояла, не двигаясь, смотрела, не моргая. Потом вдруг выпрямилась, подошла к Леше, коснулась его лица, затем шеи. Обвела пальцем татуировку в форме медвежьей лапы на груди, затем взяла за руку.

— Покажи еще раз…

Лёше аж не по себе стало от таких прикосновений, но он быстро собрался с мыслями и продемонстрировал Маше когти.

— Оборотни, — растерянно улыбнулась, дотронувшись до черного длинного когтя. — Это же сказки. Такого не бывает, — посмотрела ему в глаза. — Или бывает?

— Бывает, — кивнул.

— А-а… — отпустила его руку и вернулась к кровати. — Здорово. Вы это, идите, мне надо немного отдохнуть… возможно, переосмыслить жизнь.

И братья покинули спальню. Леша устремился в комнату напротив, где заперся, после чего лег на разложенный диван, натянул на себя одеяло, и с видом мученика предался сну. А Саша в очередной раз испытал разочарование. В себе. Видимо, ему до конца дней суждено бродить одиночкой по лесам. Как бы ни старался, а с женщинами ничего не выходит. Даже сейчас. На кой черт начал раздеваться? Надо было меняться, как есть и хрен бы с ними, со шмотками. И снова за него постарался брат.

Саша спустился вниз, запустил технику и окунулся в работу. Работа единственное, что пока еще спасает, что не позволяет одичать. А спустя полчаса ощутил легкое прикосновение, на плечо легла аккуратная ручка.

— Это правда? — послышался ее мягкий голос. — И я не схожу с ума?

— Правда, — отодвинул клавиатуру.

— И много вас?

— Много. Оборотни живут среди обычных людей.

— А почему же ты тогда живешь один?

— Мне не очень комфортно в обществе, — усмехнулся.

— А твоему брату?

— У Лехи все схвачено.

— То есть, на меня напал волк? Волк оборотень?

— Да. И судя по твоему рассказу, поехавший маньяк.

Маша забралась на диван с ногами, прикрыла глаза. Ей не верилось. Да не может такого быть! Оборотни! В кино, да. В книгах, да. Но в жизни! Бред.

— А Леша где? — вспомнила про осиное гнездо.

— Борется с осиным ядом…

— Сильно его покусали, да? — застыдилась сразу, из-за нее ведь.

— Нормально покусали. У Лехи просто аллергия на пчелиный и осиный яд. Да и на мед.

— У медведя и аллергия? — нервно хихикнула.

— И такое бывает, да, — улыбнулся, все же она не убежала, сломя голову. Значит, есть шанс.

Затем Маша посмотрела на пакеты, припасенные на выброс.

— Давай, — поднялся медведь, — что тут и куда?

И они вместе начали вытаскивать мусор, который потом жгли в большом железном контейнере.

— Да, что-то захламился я, — Саша насчитал аж сорок пакетов, затем посмотрел на Машу, та любовалась огнем, лицо местами было испачкано в саже, волосы трепетали на ветру. Красивая она… очень. И пляшущее пламя как-то мистически отражается в ее глазах.

— Что? — перевела на него взгляд, а щеки покраснели.

— Ничего, — тоже смутился. — Ты испачкалась…

Маша тогда начала вытирать лицо, но только еще сильнее размазала сажу.

— Нет, нет, перестань, — подошел к ней, — ты теперь как трубочист, лучше потом умойся.

А взгляд у братьев какой проникновенный, таких ярких серых глаз Маша еще ни разу не встречала ни у кого. И до чего неловко стало.

— Пожалуй, ты прав, пойду, умоюсь.

И поспешила ретироваться. Девушка отправилась в ванну, но потом принюхалась к себе, вся одежда и волосы пропитались запахом гари, лучше все же принять душ. Маша сбросила вещи, забралась в ванную. Хоть сантехника чистая, уже хорошо. Пока мылась, не услышала, как дверь открылась. В ванную зашел сонный и крайне сердитый Леша. Он посмотрел на себя в зеркало. Н-да, последний раз его так раздувало шестнадцать лет назад, когда братья гостили у деда, тот держал пасеку, вот Леша и нарвался на рой обозленных пчел. Тогда-то выяснилось, что у медведя сильная аллергия на пчелиный яд. Но тут в нос ударил запах, сильный запах. Женщины. После Леша обнаружил одежду, что лежала на баке для грязного белья. Странно, а шума воды не слышно. Медведь посмотрел в сторону ванны, через полупрозрачную шторку просматривался стройный силуэт. Маша старательно намыливалась.

Леша так и встал как вкопанный. Запах ее взбудоражил, отчего кровь прилила везде, где можно. А образ пробудил инстинкты, зверь внутри заскребся. И сам того не желая, он зарычал. Что последовало за этим рычанием? Ничего хорошего! Маша взвизгнула, схватилась за шторку. В общем, скоро она лежала в ванне, накрытая этой самой шторкой, а Леша суетился рядом.

— Да что ж ты такая дерганая? Могла бы и черепушку себе разбить.

— Могла бы! — ощутила боль в спине и правом локте, и, кажется, левой ноге. — Ты чего тут вообще забыл?

— Пришел полюбоваться на себя, — и через силу улыбнулся, все ж лицо огнем горело.

Тут еще и Саша подоспел:

— Что у вас здесь происходит? — обнаружил Лешу, нависшего над ванной, в которой лежала мокрая обнаженная Маша, правда, прикрытая шторкой.

— Машенька дурашенька опять поддалась эмоциям, — сразу отстранился. — В общем, спасай свою русалку, а я пойду.

— Угу, — проводил его подозрительным взглядом, затем поторопился к Маше. — Ты как?

— Живая, — и натянула шторку повыше, хотя та прилипла к влажному телу и практически ничего не скрывала от мужских глаз.