Друг моего мужа - Айрин Лакс

прошлое

— Твои родители вернутся завтра?

— Да, они приедут после обеда.

— На тебя не нажалуются? — спрашиваю я, поясняя. — Соседи. Скажут, что парней домой водишь.

Пальцы сами запутываются в её волосах на затылке. Горло плотно обхватывает колючей проволокой, и дышать становится трудно. В голове — только марево похоти.

— Не скажут. У нас очень хорошие соседи, мы с ними дружим! — беспечно заявляет Ира. — К тому же я не вожу домой парней.

Поднимается с моих колен, глядя с затаённым ожиданием, замирает на расстоянии вытянутой руки.

— Только тебя.

Сжимаю пальцы в волосах, подталкивая её к себе.

— Не боишься?

— Нет.

Она сама движется ко мне, ласково гладя по щекам. Трусь об её ладони голодным и бездомным котом.

— Не боюсь. С тобой не страшно.

Ира обводит пальцем старый шрам на моей челюсти.

— Дурочка доверчивая. Ты же меня не знаешь, — ещё немного ближе.

Мягкое дыхание касается моих губ. От неё пахнет молоком и ирисками.

— Не знаю. Но ты такой… надёжный.

— Иди ко мне. Я тебя поцелую.

Ира проворно перебирается на мои колени. Мне приходится заставлять себя держать пальцы на месте.

Одной рукой я перебираю её шелковистые волосы, путая их. Второй сжимаю талию, борясь с желанием опустить ладонь ниже.

Я осторожно нажимаю на её губы. Коротко прикасаюсь своими, лаская. Мягким напором, лёгкими поцелуями. Не больше.

Она мелко дрожит и начинает чаще вздыхать, бездумно тянется ближе и раскрывает губы, смыкая их поверх моего рта.

Дышит часто и влажно, горячо. Издаёт удивлённый звук, когда мой язык пробегается по её губам. Не отступает, но раскрывает свой ротик. Позволяя исследовать податливую мякоть её сочного рта.

Пухлые губы напоминают какие-то ягоды в сахарном сиропе. Я зависаю на волоске от пропасти. Держусь, чтобы не долбиться языком глубоко и жадно.

Но проигрываю.

В тот момент я ещё не знал, что буду постоянно проигрывать дикому, неутолимому желанию быть с ней.

А тогда просто послал всё к чёрту, начав сосать ей язык и вылизывать всё, к чему смог дотянуться своим языком. Едва перевёл дыхание, посмотрев на опухшие губы, как она вновь потянулась за добавкой.

— Ещё.

Я не успел ничего ответить, как она сама начала целовать меня. Ещё не так умело, как потом, но сладко и нежно. Быстро и сумасбродно, по-настоящему искренне и отчаянно, как умела делать только она.

Ира потёрлась язычком о мой, а потом осмелела, начав вытворять с ним то же, что и я с её языком. Она покусывала его, а потом начала посасывать.

Каждое движение — как лезвием по венам. От ощущения тела, распластанного на мне, давление в члене стало невыносимо резким и острым.

Ира целовала меня, обняв за шею, целиком и полностью отдавшись поцелую. Я чувствовал, что ещё немного — и соскочу с цепи возбуждения. Только бы не обкончаться как долбаному подростку себе в штаны.

Я отстранил её и резко встал.

— Серёжа? — недоумённо спросила она.

Голос у Иры нежный и мягкий, а после отвязного поцелуя стал чувственно низким.

Я резко свернул не туда, и сначала влетел на кухню, а потом развернулся, в поисках ванной комнаты. Но наткнулся на Иру.

Взлохмаченная, в тонкой футболке, натянутой на острых от возбуждения сосках.

— Что случилось?

— Ты, бля, случилась.

Ира изумлённо посмотрела на меня, а потом расценила всё совершенно не так. Глаза подёрнулись влагой.

— Извини. Я не хотела вешаться к тебе на шею. Извини. Я не держу тебя.

Хорошая девочка Ира ласточкой метнулась к двери и даже развернула мои кеды так, чтобы я мог нырнуть в них ногой, не задерживаясь ни на одну лишнюю секунду.

— Дело не в тебе, Ириска. Вот честно, не в тебе.

Я тяжело дышал, не зная, как свалить из квартиры и не обидеть при этом девчонку.

— Тогда почему ты убегаешь? — наморщила свой лобик.

Я наклонился, поцеловав её в губы, и словил ответную дрожь желания, простонав:

— Дурочка, ты не понимаешь, что ли? Ты меня жутко возбудила. А я не хочу показаться скотом, запуская руку тебе в трусики сразу же.

— Да? — спросила она, оторвавшись от моего рта.

Господи, ещё и сомневается!

— Да, Ир. Всё так.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Хорошо. Если хочешь уйти, я не буду тебя держать.

Блядь… И как мне ответить на эти слова?

— Я не хочу уходить. Я тебя хочу. Тебя. Но не сегодня, не после нападения, понимаешь?

— Тогда поцелуй меня на прощание, — попросила она, вставая на цыпочки. — А потом ты пожелаешь мне заранее доброго утра и пойдёшь к себе.

Я сдался невинной просьбе и опять проиграл.