Французский поцелуй - Сьюзен Джонсон

Ники было бы легче собраться с мыслями, если бы Джонни не наклонился вперед, уперев локти в колени, так что его широкие плечи, обтянутые тенниской, казались просто огромными, а мышцы на предплечьях буквально выпирали. Не шло на пользу и то, что ресницы у него были такие темные и длинные, что любая женщина могла разрыдаться от зависти.

Ники мощным усилием воли заставила свой мозг функционировать.

– Мои отец и мать и брат с сестрой живут в Блэк-Даке в Миннесоте. Городок маленький. Наверное, я упоминала об этом и раньше… – Было что-то такое в лице Джонни Патрика и его волнующем теле, что заставляло Ники чувствовать влечение, без которого она предпочла бы обойтись. Особенно если учитывать причину, по которой она здесь оказалась. Да и тысячу других причин, по которым любые отношения между ними – помимо деловых – были так же возможны, как, допустим, ее брак с прирученным Расселом Кроу.

– А школа в вашем городке была?

Вопрос Джонни вернул Ники обратно в реальность. Она еще раз быстро прокрутила его в голове и удивилась – откуда он знает?

– Вы тоже родом из маленького городка?! – выпалила она. Слияние школ в Блэк-Даке и Бемиджи, когда Ники училась в средних классах, стало одной из главных травм ее жизни.

– Да. Семь тысяч населения – фабричный городок в северной Калифорнии, знававший лучшие времена. У нас все время говорили, что среднюю школу закроют, а нас будут возить на автобусах через холмы в Юкайю.

– Так это ваши корни удерживают вас у залива вместо Лос-Анджелеса?

– Более или менее. – Джонни не стал рассказывать, что наркотики в Лос-Анджелесе едва не погубили его в самом начале деятельности в музыкальном бизнесе, и только университет Беркли помог удержать дистанцию, необходимую, чтобы вести нормальную жизнь.

С этой минуты Ники почувствовала более близкий контакт со своим нанимателем – то, что они из маленьких городков, каким-то образом перевесило ослепительный блеск шоу-бизнеса, который так смущал ее на борту шикарного частного самолета. Хотя, конечно, находясь с ним наедине, она все время чувствовала смущение.

Когда они сравнили воспоминания о жизни в маленьких городках и поделились рассказами о семьях, Ники немного расслабилась – мать и отец Джонни Патрика жили в Напа, а брат в Колорадо.

– Мы собираемся вместе во время отпуска, – рассказывал Джонни. – У меня дома или в Напа; а в лыжный сезон предпочитаем поехать к брату в Денвер. У него есть дети. Они младше Джорди, но это не мешает им прекрасно ладить между собой. А вы ездите домой в отпуск?

– Очень часто. У моих родителей и брата с сестрой есть елочный питомник, поэтому Рождество – прекрасное время. В начале ноября деревья отгружают по назначению, и тогда все расслабляются и начинают готовить еду. Этим занята вся семья, а День благодарения и Рождество – это просто пиры Гаргантюа.

– Вы тоже готовите?

– Конечно. Я делаю конфеты.

Джонни вскинул брови:

– Да ну?

Ники улыбнулась:

– Вообще-то мне просто досталось то, что осталось в меню. Хотя я не страдаю по этому поводу. Но папа делает колбасы и коптит бекон, мама занимается скандинавскими хлебцами к кофе и лютфиском,[2]старшая сестра выбрала рождественское печенье, а брат делает самые лучшие на три округа китайские блинчики с начинкой и картофельную запеканку. По правде говоря, диплом инженера здорово помогает, когда готовишь конфеты. Это очень точное искусство. Все остальные у нас в семье – биологи, поэтому много импровизируют, не придерживаясь технологий.

– Так вы, получается, белая ворона?

– Ну да. И мои домики на дереве тоже, – фыркнула Ники. – Скажите, а вы не выбиваетесь из семьи?

Джонни рассмеялся:

– В общем-то, нет. Папа работал на фабрике и слушал по радио не музыку, а бейсбольные репортажи. Мама библиотекарь, сейчас на пенсии, и, по ее мнению, музыка – это исключительно церковные гимны. Брат преподает математику. Но ни один из них никогда не сокрушался, что я выбрал этот путь. Даже когда дела у меня шли не очень хорошо.

– А как вы добились успеха?

– Просто делал свое дело. – Джонни усмехнулся. – Для начала я создал рок-группу, причем очень хорошую, хотя репетировать приходилось в гараже.

– А откуда вы знали, что они хорошие музыканты?

Джонни откинулся на спинку кресла и одарил Ники своей отрепетированной улыбкой – той самой, которую мог с легкостью «включать и выключать».

– Нутром почуял. Поверьте, диплом Беркли еще ничего не значит, хотя и его со счетов не сбросишь. Но в основном я учился методом проб и ошибок.

– А когда в вашей жизни появились телохранители? – Вероятно, не самая лучшая тема, но эти парни выглядели угрожающе.

На мгновение глаза Джонни расширились, но он тут же улыбнулся.

– Они вас смущают?

– Ну, вроде того.

– Барри и Коул нужны мне просто на всякий случай.

– Этого я и боюсь.

– Вам опасность не угрожает.

Ники нахмурилась.

– Тогда что означает ваше «на всякий случай»?

– Просто общая помощь, – спокойно ответил Джонни, очевидно, уловив в ее тоне напряжение. – Иногда они помогают мне, если приходится идти сквозь большую толпу поклонников. А если я отправлюсь на большой прием или вечеринку, что теперь случается очень редко, они удерживают… – Он запнулся.

– Женщин на расстоянии?

Джонни на мгновение прикрыл глаза, собираясь солгать, но передумал.

– Да… иногда. – И снова вернулся к предмету разговора: – Барри и Коул требуются мне нечасто – только иногда, для работы вне дома. Или в таких случаях, как сейчас. Дополнительные мускулы еще никому не повредили.

– Однако вы платите им жалованье. – Ники заметила, что все трое отлично ладят друг с другом.

– Я много кому плачу жалованье. Слушайте, мне жаль, что они вас нервируют, но я не знаю точно, где и с кем смогу отыскать Джорди. Мне придется занять оборону, поэтому я взял их с собой. Надеюсь, для вас это не такая уж большая проблема. Но вы в любом случае в безопасности, даю слово.

Ники вздохнула. Вероятно, они по-разному понимали слово «безопасность». Но прежде всего Джонни должен был думать о безопасности своей дочери.

– Простите, что я вообще заговорила об этом, – пробормотала она. – Меня все устраивает.

А что еще она могла сказать? Выпустите меня на высоте тридцать пять тысяч футов?

– Если повезет, мы заберем Джорди за пару часов и сразу полетим обратно. Я рассчитываю на короткую поездку.